Уважаемый читатель!
Недавно я опубликовал четыре истории, а по сути – это рассказы, из которых вы узнали о неординарных умах героев. (Первая история находится здесь.) Рассказу не требуются комментарии – как я уже говорил – книга вам не нравится – закрыли и забыли, делов то! Почему люблю рассказы? Здесь весь смысл, как правило, в последней фразе!
Всегда рад видеть интеллигентных людей у себя в «гостях», таких несомненное большинство, мне и другим приятно читать ваши интересные отзывы. Рад и злопыхателям и тем, кто их поддерживает, поднимая палец вверх, одобряя совершенно глупые комментарии - спасибо – о вас узнали, вы прославились. Категорически против в любом виде оскорблений, давайте жить дружно.
Мне всегда есть что вспомнить и рассказать. Пишу почему? А просто интересно. Возможно потому, что располагаю временем. Все мои читатели - это мои друзья, пишу именно для вас. С радостью вижу, что друзей прибавилось.
Лежит где-то на «полочке» в моей голове несколько историй, при воспоминании о которых появляется улыбка. Думаю, и читатель улыбнётся.
Итак, история первая. Немного железнодорожная, немного деликатная, но совершенно правдивая.
Судя по этому коллажу, о чём будет моё повествование? Едва ли догадаетесь!
Я очень долгое время работал машинистом тепловоза в локомотивном депо Лихоборы, водил грузовые поезда по Малому кольцу Московской ж.д. Но с легкой подачи Н.В.А., которого считаю своим учителем, кардинально изменившим мою жизнь, - светлая ему память, перевёлся в ремонтный персонал. Это был 1997 год. Должность у меня была очень ответственной, правильно она называется «приёмщик локомотивов». Работник, на нее назначенный, первым отвечает за качество проводимых ремонтов и ставит свою подпись на отчётных документах со всеми вытекающими последствиями. Кабинет, справки, совещания, бумаги и все такое, что не любил никогда. Полюбить пришлось. И, к счастью, – «последствия не вытекали», работу свою я делал исправно.
Теперь со своими коллегами-машинистами я встречался не на встречных курсах поездов, подняв руку в знак приветствия и подав короткий свисток (зелёный?), а в ремонтных цехах, когда те шли после поездки или на наоборот – заступали на смену. Всегда радостно здоровались, обсуждая последние деповские новости.
Когда-то давно со мной работал помощником машиниста Дима М., хороший парень, лет на 5 моложе меня, с ним всегда можно было пошутить и поболтать. Позднее он стал машинистом, мы с ним частенько виделись в цехах депо. Я со смотровым молоточком на длинной ручке возле тепловозов, Дима, всегда аккуратный и подтянутый, мне навстречу – с маршрутом машиниста. Мы всегда очень тепло приветствовали друг друга, пару минут разговаривали.
Какое-то время мы не виделись, возможно, отпуск. Потом я Диму встречаю в тех же цехах, удивляюсь большой светлой бороде которой полгода, не меньше. Когда он успел отрастить себе такую? Говорю – привет, Дим, протягиваю руку. Тот меня словно не слышит и сторонится – бочком-бочком, так и разминулись. Обиделся, что ли? Так я повода не давал! Ну ладно, человек в своих мыслях, просто не захотел общаться, бывает.
Об этой встрече я забыл и после этого Диму долго не видел.
Спустя несколько месяцев начальником депо назначают нового человека, по всей видимости, сильно набожного, который решает освятить депо, окропив его святой водой с положенным при этом ритуалом. Вот отчего, оказывается, все проблемы и внеплановые ремонты локомотивов, теперь точно лучше станет, святая вода должна помочь!
И вот, сидим втроем, как обычно за столами в нашем кабинете, вдруг открывается дверь и заходит начальник депо, а следом за ним… Дима! С бородой, в красивом церковном облачении священнослужителя – я не сильно разбираюсь в чинах и статусе, в руках кропило, чаша – всё, что соответствует обряду освящения. Мы замерли.
Дима-батюшка ходит по кабинету нас не замечая, взмахивает кропилом, что-то тихонько произносит. Мы не знаем что делать, то ли креститься, то ли… Не буду дальше слова подбирать, чтобы никого не обидеть. Пройдя по кругу, окропив святой водой все углы, документы и оргтехнику, начальник и батюшка ушли.
Тишина. Мы смотрим друг на друга и не знаем, что сказать…Ряженый! Что за бред? Дмитрий, ты когда успел профессию поменять и кто тебе дал право священнодействовать?
А «тайна» свершения обряда вскоре вскрылась.
Дима по-прежнему водил поезда. А в помещения депо и наш кабинет на втором этаже к нам заходил не Дима, а его родной брат-близнец, о существовании которого знали на работе немногие. И тогда мне навстречу попался именно он - вылитая копия Димы, как говорят в таких случаях - родная мать не отличит.
Он и по сей день служит в одной из церквей где-то на Рижской, возможно кто-то знает отца Сергия с утонченными чертами лица, проникновенным взглядом и светлой с проседью густой бородой.
Спустя более 20 лет нас снова свела судьба с Димой. Конечно, он давно Дмитрий Николаевич, человек в коллективе уважаемый и ценимый за знания; профессионал, оставшийся верным железной дороге. Ставший немногословным, я бы сказал – неразговорчивым и замкнутым – о причинах догадываюсь. Но человеком справедливым с крепким характером! И, кстати, с красивой богатой бородой, она очень ему идет!
Как-то я напомнил ему об этом случае, открыто улыбаясь. Дмитрий молча посмотрел на меня, погладил бороду, но ничего не сказал.
Вот такая, братцы, история.
Я мог что-то забыть, но не прибавил ни слова – на том стою!
Андрей Белогорцев
16.12.24
А я готовлю следующую побасёнку, она будет здесь.