Мне кажется, что она расцвела ближе к сорока. Её живописность украсила зрелость, и тот невероятный шарм, что так присущ ей и по сию пору, раскрылся не вдруг. Он распустился не в майское разнотравье, когда всё зелено и свежо, а ранние птахи, безумные от свободы, порхают среди юных трав. Нет. Её пленяющая притягательность созрела к тёплым августовским вечерам, когда тяжёлые соцветья уже манит к земле, а по ночам с севера веет тревожной прохладой. И она вошла в этот возраст во всеоружии и сразила своим очарованием тех, кто был нетвёрд сердцем и сомневался в её богатых душевных дарах. Она шагнула с театральных подмостков, где её имя уже гремело медью труб, в мир кино, и, словно по щелчку волшебной палочки в экранах советских "Рекордов" зажглась новая звезда. И был фееричный "Служебный роман". И пронзительно-откровенная "Стародавняя комедия". Меланхоличный "Опасный возраст". Маскарадно-шальной "Д, Артаньян". И тёплый, камерный "Пятый десяток". Алмазная россыпь прекрасных рол