– Если ты хочешь денег, их больше нет, доченька, – твёрдо сказал Владимир Николаевич, приехавшей в очередной раз за деньгами Юлии.
– Как это... нет?
– Я потратил их на свою свадьбу.
Юля стояла посреди отцовского дома, чувствуя, как внутри всё кипит. Его спокойствие выводило её из себя больше, чем слова. Он не упрекал, не обвинял, но от этого становилось только больнее.
– Ты серьёзно? – её голос задрожал. – Ты даже не подумал, как это повлияет на меня?
– На тебя? – Владимир Николаевич усмехнулся, и в этой усмешке было что-то новое, незнакомое. – Ты хоть раз подумала, как твои поступки влияют на меня?
Его слова ударили больно. Юля вспомнила, как забыла о его юбилее, и позвонила только тогда, когда ей напомнила об этом её тетка. Как редко звонила, как раз за разом оставляла внука у него на выходные, едва бросив пару слов благодарности.
– Ты мог бы хотя бы раньше предупредить, – пробормотала она, уже не так уверенно.
– Предупредить? А зачем? Чтобы ты нашла, как меня отговорить?
Она посмотрела на него – постаревшего, с уставшими глазами, но сейчас в них был огонь, которого она давно не видела.
– Юля, – его голос стал мягче, но от этого не менее твёрдым. – Я не хочу прожить остаток жизни в ожидании твоего звонка или твоей редкой улыбки. Я хочу жить.
Эти слова, казалось, лишили её сил. Юля опустилась на стул и прикрыла глаза.
– Ты ничего не понимаешь... – прошептала она.
– Это ты ничего не понимаешь, дочка.
***
Отец уехал в свадебное путешествие через неделю. Юля узнала об этом от соседских подруг по детству, которые записали ей видео сообщение.
– Ну, молодец, Вовка, батя твой! – восхищалась она. – Вон какую молодую себе нашёл. Да и Елена Андреевна, что надо.
– Свадьбу-то как сыграли! – вторила другая. – Всю деревню пригласили, только тебя не было.
Её распирала злость, но она ничего не сказала им в ответ. Для неё они так и оставались просто деревенскими бабами.
***
Елена Андреевна оказалась женщиной лёгкой на подъём. Они с Владимиром Николаевичем за неделю объездили несколько городов, вернулись, как подростки, сияя счастьем.
– Вы прямо светитесь, – пошутил сосед на остановке, встретив их с чемоданами.
– Так и есть! – рассмеялся Владимир.
Дома их ждал сюрприз – Юля.
Она сидела на крыльце, скрестив руки.
– Ну, и как тебе новая жизнь, пап? – спросила она, даже не пытаясь скрыть сарказм.
– Прекрасно, – спокойно ответил он, проходя мимо неё с чемоданами. – А что ты тут делаешь?
– Я хотела поговорить.
– Вы пообщайтесь тут, Володенька, – сказала Елена Андреевна. – Я пойду до внуков дойду.
Владимир Николаевич кивнул дочери, жестом пригласив её в дом.
***
За столом, напротив него, Юля сидела, стиснув руки в замок.
– Пап, – начала она. – Я... наверное, была неправа.
Он удивлённо поднял брови, но промолчал.
– Просто я не понимаю, зачем тебе всё это. Жениться в твоём возрасте...
– Юля, – перебил он её. – Ты опять за своё? Ты не обязана всё понимать. Главное – уважать.
Она вздохнула, ощущая, как раздражение поднимается снова.
– Хорошо. Пусть так. Но ты ведь знаешь, как это выглядит со стороны?
– А мне плевать, – его голос был твёрд. – Со стороны, Юля, всё всегда выглядит иначе.
Она замолчала, не зная, что сказать.
– Дочка, – продолжил он, смягчив тон. – Я прожил свою жизнь ради тебя. Всё, что у меня было, я отдавал тебе. А теперь я хочу жить ради себя.
Она сжала губы.
– И ради Лены, – добавил он, глядя прямо в её глаза.
***
После этого разговора Юля уехала. Они долго не виделись, почти не общались. Она не знала, как подступиться к нему, как вернуть всё обратно.
А он и не пытался что-либо вернуть. Теперь его жизнь наполнилась теплом и светом. Елена стала ему настоящей опорой. Вместе они сажали цветы, устраивали вечеринки для соседей, даже взяли собаку, которую Владимир Николаевич ласково называл, хихикая, «Младшим Членом семьи».
Он больше не ждал звонков. И не было в этом ни обиды, ни грусти.
***
Однажды, спустя несколько месяцев, Юля всё-таки приехала.
– Пап, – сказала она, стоя на пороге. – Я просто хотела узнать, как ты.
Он посмотрел на неё долго и внимательно.
– Я хорошо, дочь, – наконец ответил он. – Очень хорошо.
И в его словах не было ни упрёка, ни сарказма.
Юля улыбнулась, но в её глазах блестели слёзы. Она вдруг поняла: её отец действительно счастлив. Счастлив без неё.
Вы тоже сталкивались с такими историями?
Очень жду ваших Комментариев!