Семья и отношения внутри неё, прежде всего, отношения с родителями, являются для ребёнка плавильным котлом, горнилом, в котором выковывается его личность. Подобный процесс не может пройти бесследно для тела.
З. Фрейд, Ф. Перлз, Д.В. Винникотт, М. Малер, А. Феррари и многие другие столпы психологической науки говорили о теле и телесных процессах, как о предикторах формирования психики. По мере взросления и перехода от одной стадии онтогенеза к другой происходит, как отмечал А. Феррари, «потускнение тела». Это связано с увеличением вместимости и устойчивости психики, в результате чего психические процессы в норме переживаются относительно (подчеркнём это слово) автономно от тела. Однако в подростковом возрасте с присущей ему психоэмоциональной амбивалентностью тело по-прежнему остается крайне восприимчивым к тому, что происходит за его пределами, в первую очередь внутри семейной системы.
Обращаясь к терминологии системной семейной психотерапии, мы можем сказать, что психосоматические заболевания подростка – это лишь то, что делает его идентифицированным пациентом, но сама «болезнь» распространилась далеко за пределы его тела. Она вросла в ткань и сосуды семейной системы.
Ирвин Ялом в своей книге «Когда Ницше плакал» сказал: «Когда никто не слышит, начать орать вполне естественно». Мы, немного перефразируя гениального психолога-экзистенциалиста, скажем «Вполне естественно начать болеть, когда ни на что не влияешь». Часто именно переживание собственного бессилия, незначительности и бесправности приводит к возникновению у подростка психосоматических заболеваний.
В рамках данной темы мне очень нравится один яркий случай, описанный И.С. Коростелевой, С. Корбальо и Х. Ульник . И хотя главный герой в нём шестилетний ребёнок, а не подросток, ощущение бессильной ярости и отчаянья, прорывающейся через тело и поведение является очень показательным.
Итак, шестилетний мальчик Николас плохо учится, агрессивно ведёт себя в школе и страдает двумя дерматологическими заболеваниями. Это псориаз и очаговая алопеция. Известно, что симбиотическая связь Николаса с матерью не была удовлетворяющей и напитывающей. Родители часто ссорились из-за невозможности прийти к единому мнению в вопросах его воспитания. Итогом стал тяжелый развод. В возрасте 3 лет у мальчика начинается очаговая алопеция. Отец обвиняет в этом мать Николаса и начинает судиться за ребёнка. В течение следующего года родители пытаются установить совместную опеку над мальчиком, однако этот процесс сопровождается ссорами и привлечением полиции.
В марте 2014 года мальчик одновременно пошел в школу и узнал о том, что его сестры не от его матери.
Эти события разрушают его привычный и относительно стабильный мир. Однако горе Николаса осталось незамеченным. Дети, в отличие от взрослых, не умеют горевать самостоятельно. Предположительно появление псориаза и энурезаявляются маркерами отрицания потери и отражают эксгибиционистские тенденции. Закономерно, что Николас любит только два вида игр – конструкторы и войнушки: построить и сломать, создать и разрушить, либидо и мортидо. Играя в конструктор, он использует деревянные элементы, чтобы строить мосты. Во время одной из сессий с терапевтом после очередного «боя» игрушек, Николас предлагает вместе построить мост. Когдамост построен, Николас берет игрушку размером меньше, чем те, с которыми он играл до этого, и ставит ее на середину моста:
Н (Николас): Давайте разорвем мост. Я со своей стороны, а вы – со своей.
T (Терапевт): Хорошо.
Когда эта игра заканчивается, Николас начинает смеяться.
T: Бедная игрушка… Ему совсем не за что держаться. Мосты разрываются с обеих сторон и ему не за что держаться.
Николас смотрит на терапевта с недоверием.
Н: Сегодня я хотел вам кое-что сказать, когда пришел. Я забываю просто.
T: Может быть, ты забываешь некоторые вещи, потому что многое, что в тебе происходит, ты не понимаешь. Поэтому ты чувствуешь себя потерянным и забываешь разные вещи.
Н: Да… (Молчит). Иногда я не понимаю разное.
На этом сессия заканчивается. Ребёнку, когда разрываются мосты и сжигаются семейные связи, когда отвержение достигает критической точки остается лишь гореть изнутри, что не может не найти отражение на его теле.
Приводя в пример этот случай Николоса , мне хотелось еще раз подсветить взаимосвязь детско-родительских отношений и психосоматических заболеваний ребёнка подросткового возраста. И речь идет не только о классических психосоматических заболеваниях, так называемой чикагской семерке, но и соматоформных расстройствах (F45 по МКБ-10).
С уважением психолог Галина Губанова.
Запись на консультацию:
+7(985)226-64-65
WhatsApp, Telegram
https://t.me/psychologygalinagubanova
Продолжение следует...
Автор: Губанова Галина Вячеславовна
Психолог, Супервизор
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru