Вика стояла у окна. Утренний свет лениво пробивался сквозь плотные шторы. Она не спала всю ночь. Андрей молчал, и это молчание звучало громче, чем любые слова. Варя ещё спала, её дыхание тихо доносилось из детской.
Телефон, который она вчера отключила, снова ожил. Один пропущенный звонок, потом второй. Костя. Её пальцы замерли над экраном.
— Мам, ты плачешь? — раздался сонный голос.
Вика обернулась. Варя стояла в дверях, её пижамные шортики были чуть мятыми, а волосы взъерошены.
— Нет, милая. Просто... думала.
Варя кивнула, как будто поняла. Вика подошла к дочери, прижала её к себе.
— Мам, ты не злишься на папу? — вдруг спросила она, уткнувшись в её плечо.
Этот вопрос был как гром среди ясного неба.
— А почему я должна злиться? — Вика попыталась улыбнуться.
— Он вчера долго говорил с бабушкой. Говорил, что ты странная. И что у вас всё как-то... сложно.
Вике показалось, что кто-то выдернул землю у неё из-под ног. Даже ребёнок чувствует то, что они оба старались скрыть.
— Знаешь, милая, взрослые иногда тоже учатся быть счастливыми.
Варя кивнула, хотя, вероятно, не до конца поняла, о чём идёт речь.
День прошёл как в тумане. Андрей ушёл, как обычно, не сказав лишнего. Вика чувствовала странную смесь облегчения и тревоги. Она решила, что сегодняшний день всё расставит на свои места.
Вечером, когда Варя легла спать, Вика набрала номер Кости.
— Я думал, ты не позвонишь, — раздался его голос.
— У меня не так много вариантов, правда? — попыталась пошутить она.
— Ты точно хочешь говорить?
Она хотела. И не хотела одновременно.
— Приезжай, — наконец выдохнула она.
Костя пришёл через час. Он стоял на пороге, чуть растерянный, но уверенный.
— Ты решилась? — спросил он, не заходя в квартиру.
— Я ещё не знаю, — ответила она.
Он кивнул, как будто знал, что так и будет.
— Пойдём, прогуляемся, — предложил он.
Они шли по пустынной улице. Осень только начинала вступать в свои права: воздух был свежим, а листья, мокрые от дождя, шуршали под ногами.
— Ты хочешь, чтобы я всё бросила? — вдруг спросила она.
— Я хочу, чтобы ты была счастлива.
— А если я не смогу?
— Ты даже не пробовала.
Его ответ звучал просто, но от этого становилось только сложнее.
— Костя, у меня семья. Дочка. Я не могу всё разрушить только потому, что мне хочется...
— Хочется? Вика, это не «хочется». Это не та жизнь, которой ты заслуживаешь, тебе нравится так жить?
Её глаза наполнились слезами.
— Ты понятия не имеешь, как я жила, — прошептала она.
— Но я вижу, как ты живешь сейчас, — ответил он.
Когда они вернулись обратно и подошли к её подъезду, он сказал:
— Ты знаешь, где меня найти, — и посмотрел ей прямо в глаза.
Она молча кивнула.
Вика вошла в квартиру и сразу почувствовала, что что-то не так. На кухне горел свет. Андрей сидел за столом, перед ним стоял стакан с виски.
— Где ты была? — спросил он, не поворачиваясь.
— Гуляла.
— С ним?
Она замерла.
— Ты следил за мной?
— Нет. Мне сказала мама. Она видела вас.
Она села напротив него.
— Ты собираешься объяснить? — его голос был тихим, но в нём ощущалась угроза.
— Объяснить что? Что я устала жить как в тумане? Что я хочу... дышать? Я устала от твоего равнодушия и этого вечного «угу» или «нормально».
— И что дальше? Ты уйдёшь? Куда? К нему? — он стиснул зубы.
— Я ещё не знаю.
— А как же Варя? Ты вообще думаешь о ней?
Этот вопрос ранил сильнее всего.
— Именно о ней я и думаю. Я не хочу, чтобы она росла, видя, как её родители делают вид, что любят друг друга.
Андрей молчал.
— Ты хочешь, чтобы я осталась? — спросила она.
— Конечно, хочу.
— Тогда скажи мне, что ты любишь меня.
Он не ответил. Просто промолчал и сделал большой глоток виски.
На следующее утро Вика собрала свои вещи, оставила записку на столе и вышла на улицу. Она знала, что вернется за Варей, нужно только устроиться, найти жилье и как-то наладить быт. Было тяжело, но в то же время стало как-то очень легко дышать. И она вдохнула полную грудь воздуха, подставила лицо острым каплям дождя и с шумом выдохнула, как будто выплеснув всю боль и напряжение последних лет.
Она выбрала себя.
Первая часть здесь >>
Вторая часть здесь >>
