Андрей сидел в палате и смотрел в окно через сетку и решетку. Там, с той стороны, кружились снежинки и падали куда-то вниз, в огромные сугробы. В этом году выпало много снега. Он вспомнил, как они в прошлом году с семьей отмечали Новый год, как радовались дети Ольга и Денис, как улыбалась Олеся. Разве он мог подумать, что следующий Новый год он встретит в пси-хушке и у него не будет больше семьи, а дети станут с испугом от него шарахаться. Он тяжело вздохнул и опустил голову вниз. В этом году он потерял все, что у него было: семью, жену, которая его любила, детей, хорошую работу, деньги, здоровье, и даже мать отвернулась от него, хотя до последнего она находилась рядом с ним.
Доктор обещал, что освидетельствование он пройдет до Нового года, но что-то не сложилось, причин он не знал, понял только, что остается еще на некоторое время. В целом здесь было не так плохо, как писали в разных историях: персонал вполне вежливый, если ему не перечить, врачи спокойные и разговорчивые. Вот только с соседями ему не повезло: какие-то нервные, крикливые, но чего хотеть, больница специфическая.
Делать тут было совершенно нечего, оставалось только общаться с соседями и врачами. Телефоны запрещены, выдавались только раз в неделю на пятнадцать минут под присмотром медперсонала. Он позвонил матери, чтобы она ему привезла еды и одежды, но та особо не захотела с ним разговаривать, заявив, что из-за него отец попал в больницу и что вообще она на него сильно обижена. Мать для него всё делает, а он еще на нее кулаками машет.
Андрей тогда сильно разозлился, наорал на медсестру, швырнул ей на стол телефон, сбросил на пол какие-то ручки. Тогда его быстро скрутили и сделали успокаивающий укол. Врач после этого инцидента пообещал, что в следующий раз его переведут в палату к буйным, а там и отношение другое, и постельного нет, и вязки особенные, и персонал злющий. Андрей поклялся, что больше так делать не будет, и теперь старался держать себя в руках.
Сосед сказал, что обычно никто тебя не предупреждает, а сразу после первого инцидента переводят на другой этаж, и что Андрею повезло с врачом.
– Да уж, мне вообще в последнее время везет во всем. Одно сплошное везение, – хмыкнул он.
– А за что тебя сюда поместили? – поинтересовался сосед.
– Я чуть жену не убил на глазах у детей и мать ударил.
– А я сослуживцу глаза выколол, – улыбнулся мужчина.
– За что? – ошарашенно спросил Андрей.
– А у него стол напротив моего. Он сидит все время и глазками луп-луп, луп-луп, раздражает. Ну, я схватил ножницы и воткнул ему в глаз, второй не успел, а жаль. Скрутили меня.
Сосед нисколько не раскаивался, а продолжал улыбаться.
– А тебе тоже не дали жену убить. Так ее надо было бить ножом в живот. Ты ее, наверно, душил.
– Иди ты в пень, – шарахнулся от него Андрей. – Еще бы я такое на душу не брал. Я вообще не знаю, что на меня нашло в тот момент. Как ее увидал, так мозг отключился, и злость меня с головой накрыла.
Сосед очень сильно хотел поделиться подробностями своего преступления, но Андрей его стал избегать и старался не пересекаться с ним взглядами, мало ли чего у него на уме.
– И чего его вместе со всеми держат? Он же неадекватный, опасный для других, – думал он.
Он вспомнил про девушку, с которой он встречался втайне от жены последние полгода. Их познакомил приятель на работе, и Андрей, увидав ее, понял, что пропал, так она ему запала в душу. На удивление, они как-то быстро с ней сошлись, и после общения с ним у него стали проявляться разные страхи. Он начал бояться полового бессилия, хотя раньше с этим проблем у него не наблюдалось. Андрей пожаловался приятелю, и тот достал ему каких-то таблеток для мужского здоровья. Вот тут и начались проблемы с агрессией. Он не мог сдерживать в себе приступы гнева, а в последнее время злился он практически на всё, кроме своей пассии. Его дико стала раздражать Олеся и собственные дети, да и на работе он часто срывался на подчиненных.
Теперь, сидя в психушке, Андрей понимал, что в его общем состоянии что-то было не так. Он попытался вспомнить, как звали его пассию, но ее имя все время куда-то ускользало. Голова начала болеть. Он улегся на кровать и накрылся одеялом. На него снова начала накатывать волна злости. Он вцепился зубами в подушку и тихонько рычал до тех пор, пока не отпустило.
Андрей вспомнил, как встречался с адвокатом, и так же его накрыла волна бешенства. Он тогда еле себя сдержал, понимая, что ругаться с этим товарищем не то что бесполезно, но и чревато. Тогда он подписал какие-то бумаги, не особо вникая, что там написано. Что-то было про суд по разделу имущества. Андрей решил, что делить у них нечего, поэтому от похода в суд отказался. Ну, кровать она заберет, да пусть забирает. Она все равно сломана. Машина записана на него, квартира на мать, а все заработанные деньги лежат на его счетах. По его мнению Олесе ничего не должно было достаться. Ну не будет же суд изымать с его счетов деньги. Ерунда какая-то.
Его больше всего огорошило то, что Олеся написала на него заявление о побоях, и на него завели уголовное дело. Но он же ее не бил, только выпихнул из квартиры, а с лестницы она свалилась сама. Но она тоже виновата, не так его встретила с работы. Да и вообще была слишком дерзкой с ним. Но это же не побои. Он же не бил его по голове и лицу. Или бил? Нет, не бил вроде. Вот второй раз он ее душил, но помнит этот момент плохо. Ему тогда плохо стало. Еще эти тетки странные к ним приперлись. Последний раз точно душил, но он не собирался ее убивать, просто хотел припугнуть, чтобы больше никаких адвокатов к нему не посылала. А она все приняла за чистую монету, напугалась. Глупая женщина, правильно сделал, что с ней развелся.
А почему их развели? Он же не ходил на суд. Не могли без него их развести. А адвокатишко сказал, что они разведены. Как? Она, наверно, кому-то взятку дала, вот и развели. Он выйдет на свободу и всех их выведет на чистую воду. Все болото поднимет. Они у него все попляшут. Андрей погрозил в пустоту кулаком. У него снова начала болеть голова.
– Новый год скоро, – сказал тот самый сосед, – Так хочется мандаринов, шампанского и оливье, а встречать придется его здесь. Назад хочу, в семью. Они у меня хорошие, добрые. А ты?
– Не знаю, – мотнул головой Андрей, – Хочу, чтобы этого года не было.
– Нового года?
– Который уходит год, чтобы его не было.
– Так в следующем году его не будет, – улыбнулся сосед.
– Угу, вот только по-прежнему тоже уже ничего не будет.
– Что потеряно, того не вернуть, – согласился с ним сосед по палате.
– Можно же попробовать? – с надеждой сказал Андрей.
– Не-а, новый глаз не вырастет, – помотал головой сосед.
– Ну да, тут ты прав. Но остальное можно попробовать.
Андрей замолчал и уставился снова в окно. Там летали хрупкие снежинки и падали куда-то вниз в сугроб.
Автор Потапова Евгения