К счастью, он не поинтересовался, принадлежит ли ещё что-то в доме «этой бабе», иначе, депрессия Гаврилкину была бы обеспечена. Нет, он хотел было прошерстить владельцев, благо ему, как сотруднику агентства, были доступны данные из закрытых баз по недвижимости, но внезапно выяснилось, что в соседнем подъезде одна из категории «мелких людишек», собралась продавать квартиру.
Найти желающих купить было элементарно, сложнее было заставить владелицу уменьшить исходную стоимость, наврав ей «сорок бочек арестантов» - за уменьшение цены ему прилично приплачивали покупатели.
-И дом старый, и второй этаж без лифта, и парковочных мест нет, да и вообще! Что вы там мне говорите? Какая такая стоимость? Сколько? Да где вы такое видали-то? Это было в прошлом веке, когда все рвались купить что-то в центре, а сейчас это старьё никому вообще не нужно! – брюзгливо фыркал агент.
-Но мне сказали, что можно продать гораздо дороже! – упиралась владелица.
-Ну, продайте! Только денег вы не получите, потому что купят у вас мошенники! – давил на психику Гаврилкин.
Анатолий много чего наговорил глупой бабе, да так, что у неё сделался растерянный, а потом и совершенно замороченный взгляд, она даже слезу пустила, но ушлому Гаврилкину на это было глубоко наплевать. Он точно знал, как и что говорить – недаром уже давненько занимался этим бизнесом, но не просто занимался, а цинично и напористо – всех жалеть, это ж с чего он себе-то прибыль сделает?
-Нет уж… жалко – у пчёлки, а у меня рабочий процесс, - приговаривал он, искусно удерживаясь на грани законных сделок, увиливая от очень уж вопиющих случаев и искусно оформляя всё так, чтобы обвинить его в обмане клиентов было нереально, а слова… ну, что слова – он внимательно следил, чтобы разговоры продавцами не записывались. Да и на психику давил тогда, когда свидетелей не было, а сам объект был уязвим.
Сегодня Анатолий решил приехать пораньше – всегда лучше лишний раз удостовериться, а не избавилась ли тётка-продавец от убеждений, вбитых им в её глупую голову?
Сколько он перевидел разных подъездов в своей жизни! Так много, что уже и обращать внимание на них перестал… Воспринимал их как некий мостик от улицы к деньгам, и что показательно, к ЕГО деньгам.
Начало первой книги серии "По эту сторону" ТУТ
Начало второй книги серии "По эту сторону" ТУТ
Начало третьей книги серии "По эту сторону" ТУТ
Начало четвёртой книги серии "По эту сторону" ТУТ
Все остальные книги и книжные серии есть в Навигации по каналу. Ссылка ТУТ.
Короткие "односерийные" публикации можно найти в навигации по отдельным публикациям.
Ссылки на книги автора можно найти ТУТ
Все фото к публикациям взяты из сети интернет для иллюстрации.
Правда, войдя в этот подъезд, он почему-то обернулся – почудилось, что он тут не один, что кто-то смотрит ему в спину, и так… не очень доброжелательно.
К таким взглядам он привык, что поделаешь, если работа такая, но не в пустом же подъезде…
Анатолий Вениаминович подозрительно осмотрел закрывшуюся входную дверь, пустые углы, почтовые ящики – никого там не было и быть не могло!
-Мерещится… - пожал он плечами, ставя ногу на первую ступеньку.
Ну, то есть, он успел даже переступить через неё, а потом глянул вниз, истошно заорал и отпрыгнул назад, врезавшись спиной в тот самый угол, куда только что всматривался – ступенька ожила и зашевелилась у него под ногой, оказавшись толстенной змеёй, с телом, которое было уложено как перила.
-Шшшша… - приглашающе прозвучало сверху, там, видимо располагалась голова змеи.
-Шта? – выдавил из пересохшего горла ошалевший от ужаса Гаврилкин. – Шта это тттакое?
Тут сверху зазвучали шаги, и оттуда начал спускаться какой-то подросток. Он шел, надев наушники и залипнув в смартфоне, так что вжавшегося в угол мужчину обнаружил только на середине лестницы.
Зрелище было странное, и паренёк притормозил:
-Извините, с вами всё в порядке?
Он держался рукой за змею… то есть за перила, никто на него не нападал, но Анатолий Вениаминович не торопился отмирать, решив, что пусть мальчишка окончательно спустится, и если всё с ним будет нормально – ну, тогда это просто глюк… Наверное, не стоило вчера так уж налегать на морепродукты в том ресторане – может, это они так в голову вдарили!
Так что Гаврилкин ограничился кивком, мальчишка пожал плечами и заторопился поскорее вниз – ему не понравился этот странный тип, так что хорошо бы пройти мимо поскорее.
Конечно, он не понял, почему этот незнакомый человек так напряженно смотрит на его ноги, но ещё ускорился – может это вообще какой-то… ненормальный.
Гаврилкин увидел совершенно ясно, как мальчишка наступил на ту самую ступеньку, и ничего с ним не случилось.
-Ну, точно, просто померещилось мне. Всё, больше устрицы не ем, они на меня как-то фигово влияют! – бормотал Анатолий, шагнув к лестнице. – Ну, и… раз, и два!
Он решительно попрал ногами ступеньку, а потом следующую и ещё одну, а потом и ещё, и ещё, и…
-Так, я не понял, а сколько тут вообще ступенек-то? – удивился он, когда осознал, что уже запыхался, но так и не сумел добраться до верха площадки между первым и вторым этажом. – Что за фигня?
-Ххххде? – уточнили у него перила лестницы – на них прямо у руки Гаврилкина показались два глаза и зубастенькая такая пасть.
-А-а-а-а-а! – вопль Гаврилкина заметался, отражаясь от стен, возвращаясь и застревая в ушах своего звукоиспустителя.
За воплем метнулся было и Гаврилкин, отскочив от перил к стене. Впрочем, ненадолго – стена, в отличие от страшноватых зубов оказалась очень уж сочувствующей… На ощупь она была как мягкий матрас, который изогнулся под телом Анатолия и даже слегка приобнял его.
-Пуститяяя, - выдавил из себя, отталкивая любвеобильную стену.
-А шшшто так? – уточнила у него стена, у которой тоже проявились глаза и начала возникать пасть…
-Мамммааа! – простонал Гаврилкин, который для получения стартовой недвижимости собственную мать благополучно выселил в деревню, искусно уговорив её переписать всё на него, и не вспоминал о ней уже лет десять, наверное – всё дела, дела, не до глупостей!
Но, увы, увы, мама из деревни никак не могла телепортироваться и спасти своего сыночка от жутких странностей этого подъезда, так что он вырвался из стены сам, прыжком развернулся в воздухе и помчался вниз, топая как слон и стараясь держаться ровно посреди лестницы – перила и стена его пугали панически.
Впрочем, нижняя ступенька тоже оставила не лучшие впечатления, поэтому, он прыгнул с третьей вниз, вломился в закрытую подъездную дверь всей тушкой, но она сама по себе распахнулась прямо перед его носом.
Гаврилкин успел было обрадоваться тому, что он вырвался из ужасного дома целым и невредимым, но как выяснилось, он слегка поторопился…
Дорожка у дома была расчищена – он это точно-преточно помнил, а вот сейчас перед ним оказалась ледяная, прекрасно укатанная тропка, по которой он полетел со свистом, изо всех сил стараясь устоять на ногах. И ему это удалось, но ровно до того самого дерева, которое, он это видел абсолютно точно, изогнулось, добыло из-под снега корень и устроило Гаврилкину совершенно классическую подножку, да ещё и хлестнуло вдогонку по пятой точке, оказавшейся сверху.
-Позвони ты ему! – недовольно велела жена мужу. – Ну, что такое-то?