Всем привет, друзья!
Писатель Овидий Горчаков, автор известных книг о героях советской военной разведки, начинал свой боевой путь, как рассказано в его книге «Хранить вечно», в войсковой части 9903. В ней служили многие прославленные герои, в том числе Лёля Колесова, Константин Заслонов, Григорий Линьков. Здесь же была и московская комсомолка, будущий Герой Советского Союза Зоя Космодемьянская.
Командиром войсковой части 9903 был полковник в отставке Артур Карлович Спрогис, легендарный разведчик, один из помощников Яна Берзиня, «старика» — начальника Разведывательного управления Красной Армии, ставшего главным военным советником Республиканской Испании. Он не раз рассказывал нам вплоть до своей кончины в прошлом году, что сначала, заседая в комиссии ЦК ВЛКСМ по отбору добровольцев в нашу часть, он не захотел брать Зою Космодемьянскую, десятиклассницу из 20-й школы Октябрьского района (ныне 201-я школа Тимирязевского района).
Но она после отказа осталась ждать в коридоре старого особняка в Колпачном переулке, где работала комиссия. Всё в Зое восстало против этого отказа. Недавно я узнал, что ей отказали тогда не в первый раз.
Сначала её отправил домой секретарь Октябрьского райкома комсомола А. Горчаков, позднее — секретарь МК ВЛКСМ, затем дипломат. И он решил, что Зоя чересчур молода, малоопытна, не знает немецкого языка, не ворошиловский стрелок, не спортсменка — в первую очередь отбирали парней и значкистов. Пришла она с двумя подругами, такими же молоденькими, как и она, быть может, одноклассницами, и все трое получили от ворот поворот. Ведь секретарь райкома ясно представлял себе, на какое дело он отбирал комсомолию и что её ждёт в тылу врага.
Но Зоя, показав характер и волю, вернулась. Вернулась одна, без подруг. И добилась своего, хотя пришлось ей сидеть в коридоре до полуночи.
Я прошёл отбор в той же комиссии, в той же комнате, и на всю жизнь запомнил, далеко не полностью в тот день сознавая всё значение предпринятого шага, и Артура Карловича, и первого своего «крёстного отца» — секретаря Коминтерновского райкома ВЛКСМ, ныне заместителя главного редактора еженедельника «Говорит и показывает Москва» Вячеслава Владимировича Янчевского, вручившего мне после долгой и обстоятельной беседы путёвку в комиссию ЦК.
2 ноября 1941 г. в пять вечера, как ей и велели, пришла Зоя к кассам кинотеатра «Колизей», где шёл тогда довоенный фильм «Джульбарс»…
Размашистая подпись Спрогиса появилась под списком группы Михаила Николаевича Соколова с завода «Подъёмник», члена партии с 1932 года. Ему было тридцать четыре года, но все называли его «дядей Мишей». В эту группу попала и Зоя.
Действовали разведчики-подрывники с 5 по 12 ноября в районе Волоколамска. Переходили фронт с группой Кости Пахомова с завода «Серп и молот». Зоя едва успела познакомиться с девушками этой группы: Шурой Луковиной — Грибковой и Женей Полтавской. Зое так и не суждено было знать, что эти первые её боевые подруги и шестеро ребят, вся группа Пахомова была схвачена в Волоколамске и казнена на Солдатской площади.
На второе своё задание Зоя ушла с двумя объединившимися группами — Бориса Крайнова и Павла Проворова. Двенадцать парней и восемь девчат: Зоя, Аля Воронина, Лида Булгина, Наташа Самойлович, Клава Лебедева, Клава Милорадова, Вера Волошина, Наташа Обуховская тёмной ноябрьской ночью через реку Нару перешли фронт на его центральном направлении, на участке 32-й сибирской дивизии, сражавшейся на Бородинском поле. Перешли с перестрелкой…
Все, кроме Зои и Клавы Лебедевой, были одеты в зимнюю красноармейскую форму — шинели и валенки. Зоя и Клава остались в своих городских пальтишках, только обувь сменили — Зоя мёрзла в холодных сапогах, а маленькая Клава шагала в огромных валенках.
В дальнейшем под пулемётным огнём откололась почти половина группы. Зою позднее схватили гитлеровцы и, как знает весь мир, казнили в Петрищеве.
С петлёй на шее Зоя выкрикнула:
— Вы меня сейчас повесите, но я не одна! Нас 200 миллионов, всех не перевешаете! Вам отомстят за меня.
Зоины товарищи отомстили за неё уже тем, что смогли доложить командованию, генералу армии Г. К. Жукову самое главное: у немецко-фашистской армии резервов под Москвой нет. Разведка, писал позднее Г. К. Жуков, свою задачу под Москвой выполнила.
Мёртвую Зою опознали её товарищи по потрясшему всех советских людей очерку Петра Лидова в «Правде» и по сопровождавшей его фотографии Струнникова.
И мстили за неё до конца войны, до самого Берлина.
Пополнение, которое прибыло в нашу часть после того, как Зоя шагнула на эшафот в бессмертие, можно было назвать Зоиным призывом.
Овидий ГОРЧАКОВ, лауреат премии Ленинского комсомола (1981)
★ ★ ★
Читайте также:
★ ★ ★
ПАМЯТЬ ЖИВА, ПОКА ПОМНЯТ ЖИВЫЕ...
СПАСИБО ЗА ВНИМАНИЕ!
★ ★ ★
Поддержать канал:
- кошелек ЮMoney: 410018900909230
- карта ЮMoney: 5599002037844364