Родной берег 79
Витя с восхищением смотрел на Павла Ивановича. Именно так он и представлял отважного советского капитана морского судна. Парень даже не замечал, насколько этот капитан был растерян. Да и как могло быть иначе, если появление Вити в условиях военного времени в Мурманске было неправдоподобным. Однако факт оставался фактом.
- Пойдем, брат, ко мне. Посидим, спокойно поговорим. Только сейчас ты мне главное скажи – где Майя?
Витька смотрел потерянно. Ему очень хотелось выглядеть перед морским офицером бодро, а вот новости его носили совсем другой характер.
- Дядя Паша, нет ее. Нет тети Майи, - Витька опустил голову.
- Как это нет? Ты есть, а ее нет? Где она? Что случилось? Впрочем, пошли, - капитан сделал шаг вперед. Лицо его стало суровым. Шел он быстро, не оглядывался и ничего не говорил. Поднялись на второй этаж, Павел Иванович открыл дверь. Зашел в комнату первым. Не разуваясь и не раздеваясь, прошел к шкафу, достал бутылку с водкой и маленькую стопку. Налил в нее, одним махом выпил содержимое.
Сидел молча, опустив голову. Потом словно очнулся, вспомнил о Вите. Тревожно посмотрел в его сторону.
- Прости, брат. Не ожидал я такого известия. Как случилось с Майей?
- Мы из Новороссийска на барже плыли. К Новороссийску уже немцы близко подошли. Тетя Майя в госпитале работала, всех из него в эвакуацию отправляли. А с ним еще детский дом плыл, ну и мы с Настей пристроились, вроде детдомовские. Баржа уже в море вышла. Тут и налетели самолеты, бомбить начали. Баржа крениться стала. А бомбежка все не прекращалась. Шум, крики, взрывы. Нас с Настей на катер сразу посадили. Баржу катера сопровождали. Детдомовских – на катера и в Сочи. Потом еще ребят привезли, воспитательницу. А тети Майи не было. Сказали, что раненых в Геленджик отправляли. Я потом туда ходил, искал. Все госпиталя обошел, тетю Майю так и не нашел, - вспоминал Витька.
- Что потом?
- Потом мы в детском доме жили.
- То есть вы сами не видели, что с Майей стало?
- Не видели.
- Так, может, она жива?
- Мы тоже надеялись, но она так и не пришла.
- А вот это уже лучше, раз не видели. Значит, есть надежда, - Павел Иванович встрепенулся. Встал, снял одежду, зажег на кухне керосинку, поставил чайник.
-Ты давай, раздевайся. Я, конечно, гостей не ждал, но тебе рад. Не всем дано на краю земли родственника увидеть.
На столе появились галеты, сахар. В чашках пускал пар горячий чай.
- Рассказывай. Все по порядку.
Витя начал говорить. Он вспоминал пережитые события, иногда замолкал, иногда говорил торопливо, или, наоборот, медленно. Пережитое вызывало разные чувства, но в основном, от рассказа пахло горем и безысходностью.
Павел втягивался в услышанное, хмурил брови, лицо вновь становилось суровым.
- Значит, вы в Мурманск ко мне ехали?
- К тебе, - подтвердил парень. – Нет больше у нас никого. Ни бабушки, ни мамы, ни брата, ни сестры. Отец, наверное, на фронте. Но дома мы от него писем не нашли. А я очень на флот хочу, капитаном хочу быть, как и ты. Вот и рвался сюда. Думал, с тобой легче будет.
- Понимаешь, брат, легче сейчас вряд ли где найдешь. Ну да ладно, придумаем что – нибудь. Где вы сейчас живете? Настя где? Вы сколько классов окончили?
- Почти семь. Я узнавал, надо экзамены за седьмой класс сдать и нам бумагу дадут. Так -то я в бараке сейчас.
- Работу ты выбрал себе тяжелую. Но ничего. Говоришь, оправился после болезни? Хорошо. Стремление к учебе поддерживаю. Хочешь учиться – будешь. А станешь ли капитаном – зависит только от тебя. А я помогу. Будешь ходить уже по мирным водам. Немцу скоро капут. А Настя как? Она чего хочет?
Витя опустил голову. Говорить про Настю было больно. Он собрался с духом и прошептал:
- Дядя Паша, нет здесь Насти. В Америку она уплыла.
Павел Иванович смотрел с непониманием. После долгой паузы уточнил: Куда уплыла?
- В Америку, - Витька стал рассказывать то немногое, что знал сам.
Павел Иванович долго молчал. Встал, ходил из угла в угол. О чем-то сосредоточенно думал. Наконец, подвинув стул ближе к Вите, сел напротив.
- Сестра твоя поступила не правильно. Ее поступок может иметь и для тебя, и для меня плохие последствия. Теперь надо крепко подумать, как быть дальше.
- Что теперь с Настей будет?
- Вариантов масса, но о них лучше не думать. Сейчас важнее подумать о себе.
- Я очень о ней беспокоюсь.
- Сейчас Насте уже ничем не поможешь. Она на территории другого государства. Хорошо, что дружественного. Но это погоды не делает. Сейчас тебе надо подумать о себе. Любое чье-то слово вызовет подозрение. На судно она попала известным маршрутом, а в порту всегда есть народ. Кто-то что-то мог видеть. Уезжать тебе отсюда надо. И чем быстрее, тем лучше.
- Куда уезжать? Некуда мне ехать.
- А вот над этим давай подумаем.
Витька был огорчен. Слова дяди Паши поселили в душу еще большую тревогу. Витька, понимая серьезность ситуации, решил полностью ему довериться.