Михаил Петрович, владелец небольшого книжного магазина на Пушкинской улице, терпеть не мог кошек. Особенно эту – серую, тощую, с драным ухом и наглющими зелёными глазами. Она повадилась спать на крылечке его магазина, распугивая приличных покупателей.
– Брысь отсюда! – в который раз замахнулся он на неё портфелем. – Ходят тут всякие.
Кошка лениво потянулась, демонстративно зевнула и... осталась на месте.
– Вот же наглая тварь! Лена! – крикнул он продавщице. – Я же просил не подкармливать эту попрошайку!
Лена, студентка-вечерница, только плечами пожала:
– Михаил Петрович, так холодно же. И дождь собирается.
– Вот только не надо этих соплей! – Михаил Петрович сердито хлопнул дверью кабинета.
Лена дождалась, пока стихнут его шаги, и достала из-под прилавка пакетик с кормом:
– Иди сюда, маленькая. Только тихонько.
Кошка, словно понимая, осторожно проскользнула в магазин. Она уже выучила этот ритуал – надо дождаться, когда грозный человек уйдет в свою комнату, и тогда добрые руки накормят и даже погладят.
– Безобразие! – ворчала тётя Валя, но сама незаметно подливала кошке молоко в плошку за стеллажом. – Животное ведь.
Днём кошку прятали за ширмой. Михаил Петрович туда редко заглядывал – боялся пыли, а тётя Валя специально устроила для неё лежанку из старой кофты между стопками книг. Там было тепло и тихо – только шуршали страницы, когда кто-то из сотрудниц забегал "проверить наличие".
– Валентина Сергеевна, где вы опять копаетесь? – доносился иногда начальственный окрик.
– Инвентаризацию провожу! – бодро отвечала тётя Валя, пряча за спиной миску.
Хуже всего было вечером. По правилам магазин закрывался в восемь, и кошку приходилось выставлять на улицу. Она словно чувствовала приближение этого момента – начинала беспокойно ходить по складу, тихонько мяукая.
– Прости, маленькая, – шептала Лена, выпуская её через заднюю дверь. – Мы же не можем тебя тут оставить – вдруг проверка.
Особенно тяжело было в дождь. Кошка садилась под козырьком и смотрела вслед уходящим сотрудницам такими глазами, что у Лены сердце разрывалось.
– Может, я её домой возьму? – предложила она как-то.
– У тебя общежитие, – вздохнула тётя Валя. – А у меня внучка аллергик.
Был случай в конце ноября, когда ударили первые морозы. Лена тогда специально вернулась через час после закрытия – принесла старую коробку из-под обуви, подстелила туда тряпок.
– Хоть какая-то защита от ветра, – приговаривала она, устраивая этот импровизированный домик под крыльцом.
Кошка благодарно терлась о её ноги, словно говоря: "Ничего, я потерплю. Я же знаю, что утром вы снова придете."
Тётя Валя специально на работу пораньше стала приходить – открывала заднюю дверь, впускала продрогшую за ночь кошку. Лена носила в сумке пакетики с кормом. Даже новенькая кассирша Оля, сначала боявшаяся кошек, потихоньку начала приносить "остатки от обеда".
Так и жили: днем – встречи украдкой, вечером – тяжелое расставание. До того самого дня, когда тётя Валя обнаружила погрызенные книги.
Из подсобки она выскочила перепуганная:
– Ой, Михаил Петрович! Там это... На складе. Книги!
– Что – книги?
– Погрызенные! Три штуки! Новенькие совсем, только вчера получили.
Михаил Петрович побагровел. Три книги! По полторы тысячи каждая!
– Лена! Звони в санэпидемстанцию!
– А может, – Лена переглянулась с тётей Валей. – Может, наоборот? Кошку оставим? Она мышей-то переловит.
– Чтобы это блохастое чудовище. В моём магазине?!
– Зато бесплатно! – тётя Валя подключилась к уговорам. – И никакой химии. А то травить начнём – покупатели разбегутся.
Михаил Петрович представил счёт от санэпидемстанции. Потом – новые погрызенные книги. Потом – запах химикатов в магазине.
– Чёрт с вами! Только на ночь. И чтоб днём духу её тут не было!
Через неделю Михаил Петрович застал странную картину: пожилая дама в норковой шубе сидела в кресле для чтения, а на коленях у неё мурлыкала та самая серая кошка.
– Божественное создание! – восторгалась дама кошкой. – Такая воспитанная, такая ласковая. Вы знаете, я специально приехала с другого конца города – соседка рассказала, что у вас тут.
– Простите, но животным нельзя.
– Ах, не говорите глупостей! – дама отмахнулась. – Кстати, посоветуйте что-нибудь из современной прозы. И пакетик корма для этой красавицы можно оставлю? Специально купила.
Когда дама ушла, унося три книги и оставив кошке пакетик дорогого корма, Лена тихонько хмыкнула:
– А она неплохо разбирается в маркетинге, наша Муська.
– Какая ещё Муська?
– Ну надо же её как-то называть! Она же теперь наш сотрудник. Типа директор по работе с клиентами!
– Совсем с ума сошли.
Но кошку днём выгонять перестал.
А потом началось что-то необъяснимое. Сначала соседские дети стали забегать "поиграть с книжной кошкой". Потом появились студенты – они утверждали, что Муська, если ее погладить, помогает сдать зачет, . Какая-то благотворительная организация сделала фотосессию "Коты и книги". Фотографии разлетелись по интернету.
– Михаил Петрович! – влетела как-то Лена. – Нас в инстаграме запостили! Какая-то блогерша с миллионом подписчиков!
– И что?
– Как что?! У нас очереди на кассу!
Очередь действительно была. И почти каждый что-то покупал – "ну неудобно же просто так с пустыми руками."
К концу месяца выручка выросла вдвое.
А Муська? Муська явно наслаждалась своей славой. Она величественно восседала на стойке администратора, позволяя себя гладить избранным посетителям. Она безошибочно определяла, кому можно мурлыкнуть, а кого проводить надменным взглядом. Она даже научилась позировать для фотографий – Лена клялась, что кошка улыбается в камеру!
Апофеозом стал день, когда в магазин зашёл какой-то хипстер в смешных очках.
– Простите, – начал он, нервно теребя шарф, – я из издательства "Новая строка"... Мы тут подумали... Может, сделаем статью про вашу кошку? "Приключения книжной Муськи" или как-то так.
Михаил Петрович посмотрел на кошку. Кошка невозмутимо намывала лапу.
– Знаете, – медленно сказал он, – вообще-то она не наша... Она сама по себе. Просто однажды пришла и осталась.
– Не скромничайте! – улыбнулся хипстер. – Все же знают, что вы специально приютили бездомную кошку, чтобы та ловила мышей. Это такая красивая социальная история! В наше время.
– Да-да, конечно, – перебил Михаил Петрович. – Но с одним условием: часть гонорара пойдёт на помощь бездомным животным. Муська настаивает.
Кошка одобрительно мурлыкнула.
Теперь в книжном магазине на Пушкинской улице в углу стоит большая коробка для пожертвований приюту. Рядом с ней – фотография худой серой кошки с драным ухом. Той самой, которая когда-то пришла на порог, не подозревая, что станет легендой.
А Муська? Муська просто спит на тёплом подоконнике, свернувшись клубочком среди книг. Ведь каждой кошке нужен дом. Даже если этот дом – книжный магазин.
Спасибо, друзья, за то, что читаете, за лайки и комментарии!
Еще интересные публикации на канале: