Ужонок скользил по ступенькам, притворился веревочкой у закрытой двери. Он умел ждать.
Василина же легла на кровать, в телефон играть не хотелось. Она бездумно смотрела, и пыталась понять произошедшее. Это там, при родителях и бабушке она делала вид, что все прекрасно и замечательно. Но теперь можно все обдумать, испугаться, попереживать.
Василина вспомнила прикосновение прохладной кожи, скользнувшей по руке:
- Словно шелковый шарфик, как было приятно.
****
***
Внутри что-то всколыхнулось, что-то знакомое, из детства. Василина пыталась вспомнить и не могла.
Тут заиграл телефон.
- Привет, Мира.
- Да, все нормально, отдыхаю. Почему не звоню, не пишу? Занята была, я же не сижу с телефоном круглосуточно, тут куча всего интересного. Да, с родителями в лес ходили, змеиную гору смотрели.
- В форме змеи?
Завтра у меня выходной, не теряйте.
- Нет, там просто много змей рядом, прямо в клубки сворачиваются.
- Когда на курорт?
- Как только, так сразу. Всю программу родители еще не выполнили.
- Понятно, селяночка.
- Ну да, нынче я прямо деревенский житель.
- Смотри, не увлекись, а то явишься после каникул в лаптях и сарафане, будешь рассекать по институту в таком виде, - хохотнула Мира.
Василину это неприятно резануло, стало обидно за местных жителей.
- Так тут не ходят, - сдержано сказала она.
- Смотри, не увлекись, а то будешь как основная серая масса.
- Не буду, - фыркнула Василина. – Ладно, некогда, меня зовут.
Она отложила телефон, мыли потекли по другому руслу, воспоминания нахлынули потоком, она вспоминала обидные и резкие слова девчонок, высмеивающие ее джинсы, ее удобные и весьма миленькие кроссовки. Тогда Василине стало обидно, и задело:
- Я что, хуже других.
И она поменяла стиль, накупила модных шмоток. Ярких, вызывающих, и не всегда удобных.
Мира, ее новая подруга, всегда была рядом, и постоянно говорила, как надо ходить, что надо делать.
- Предки нужны, чтобы бабло давать. Дали, и в сторону. Мы должны сами жить и на своих ошибках учиться.
- Но деньги-то они дают, они и условия ставят.
- Ой, пусть там себе хоть что говорят. Молодость дается один раз, и надо прожить ее так, чтобы было о чем внукам умолчать и покраснеть.
И начались походы по клубам, выпивка, компании.
Василина крепкие напитки не любила, и чаще притворялась, что пьет, заменяя коктейли соком, но натыкав туда всяких трубочек для конспирации. Веселилась, показывая, что не хуже других.
- Ну, плохо мне от спиртного, не нравится, что меня заставлять. Я и так потанцую.
Мира подталкивала ее к какому-либо парню:
- Смотри, какой, и на тебя смотрит, глаз не сводит.
- Он мне не нравится, и он не в формате, совсем никакой. Ему сейчас и обезьяна красавице покажется.
- Да что тебе, потанцуй, может, и уединишься, надо опыта побольше, чтобы в браке быть спокойной и все умеющей.
Василина научилась и этих встреч избегать, уходила на танцпол, или отходила в комнату уединения. Что она заметила, такие предложения от Миры шли, когда Василина, по ее мнению, выпила достаточно. Она же не знала, что та сок пьет.
В глубине души Василина понимала – ей не хочется никаких отношений «на один раз».
- Как будто одноразовый стаканчик, использовал и выкинул. Разве одноразовые стаканчики уважают и берегут? Нет, это чудаком надо быть, чтобы такое нравилось. Хочу быть фарфоровой чашечкой, которую моют, аккуратно с ней обращаются, ставят на полочку и любуются.
Она засмеялась, представив себя чашечкой. Прозрачной, такой из тонкого фарфора с неярким узором.
- Что она пристала с этими мальчиками, успею я еще с ними повстречаться. Те, кто там, мне не нравятся.
На последних вечеринках Мира с подружками курили что-то, даже нюхали.
- Василинка, это такой отрыв, это новый уровень. Ты попробуй. От одного раза привыкания не будет.
Василина взяла самокрутку, попыталась вдохнуть, и ее стало полоскать, организм не принимал эту гадость.
- Ты что?
- У меня неприятие этого, типа аллергической реакции, так выходит.
- Ну вот еще, на тебя такое тратить. Может, позднее, Ваганчик на родину уехал, приедет, привезет, разведем. Уколы-то будут позабористее.
Василина не обратила на эти слова внимания, точно зная, что никаких уколов себе она делать не позволит, ей это не надо.
За дверью она расслышала какое-то шуршание.