Это продолжение цикла о формировании современных границ Венгрии. Начало – здесь.
Трианонский договор был подписан Венгрией не то, чтобы с пистолетом у виска (как Брестский мир Россией). Тем не менее, фактически венграм пришлось подписать готовый документ – Антанта шла на уступки только по незначительным вопросам, к числу которых территориальные не относились. Шопрон удалось вернуть только благодаря мятежу сброда под командованием серийного убийцы. А вот мечты Чехословакии и Югославии о создании «бургенландского коридора» (серым на карте ниже) пресекла Антанта:
Как бы то ни было, восстановление дотрианонских границ было национальной идеей на протяжении всего межвоенного периода. Этнографическая карта Венгрии 1927 г. говорит о том, что новые границы не особо-то и признавали. Впрочем, массив данных был собран еще до войны – не пропадать же добру:
Для предотвращение венгерского ирредентизма Франция сколотила Малую Антанту из Чехословакии, Румынии и Югославии:
Венгрия же, стремясь выйти из международной изоляции, в 1927 г. заключила договор «О дружбе, сотрудничестве и арбитраже» с Италией. В нарушение Трианонского договора Италия начала поставки в Венгрию вооружений. Так Венгрия начала водиться с плохой компанией, которая довела ее до очередной катастрофы. В результате Великой депрессии Венгрия стала резко праветь. В 1932 г. премьер-министром натуральный фашист Дьюла Гёмбёш:
В 1933 г. именно он первым из глав иностранных правительств совершил поездку в Берлин. Венгрия начинала все больше ориентироваться на гитлеровскую Германию.
Ну ладно, давайте о хорошем, и устроим музыкальную паузу на канале.
Золтан Кодай родился в Австро-Венгрии, пережил распад империи, советскую республику (правительство которой назначило его вице-президентом Музыкальной академии), хортистский режим, салашистскую диктатуру, революцию 1956 года и умер в 1967 г. в Будапеште живым классиком. Пожалуй, самое популярное его произведение – интермеццо из оперы «Хари Янош», премьера которой состоялась в 1926 году:
Веселый зингшпиль, главный герой которого – бодрый солдат, расписывающий свои невероятные подвиги, был именно тем, чего не хватало венграм в депрессивные двадцатые. Кодай был прославленным собирателем венгерской народной музыки и, похоже, на этой почве у него возникла профдеформация. Сообщает советский композитор Дмитрий Кабалевский:
«Однажды, – писал Кодай, – я слышал по радио Вашу симфонию ор.18 и запомнил тему [тут ноты]. Дело в том, что заключительные фразы с тремя повторяющимися звуками схожи с венгерской исторической песней XVI столетия...» Кодай просил меня сообщить ему, сам ли я сочинил эту мелодию или заимствовал из какого-нибудь сборника. Я был немало удивлен этим письмом, так как мелодия, о которой шла речь, была народной балкарской песней о Ленине, которую я нашел в сборнике кабардино-балкарских песен.
Вопрос о том, зачем балкарский народ написал песню о Ленине, оставим открытым.