- Знаешь, — сказала Аня, глядя на Илью, — мне кажется, ты прав.
Честно говоря, я бы сама не разобралась в этом. Мы с Ирой обсуждали это, и она расспрашивала меня о моей жизни, но так и не нашла во мне ничего особенного. Она даже поговорила со своей мамой и тётей, но они сказали, что у меня нет дара, и даже если он был, то, скорее всего, исчез во время клинической смерти.
— Удивительно, — задумчиво произнес Илья. — Возможно, они рассматривали твой дар как ведьмин, поэтому и сказали, что его нет. Но отрицать наличие у тебя способностей? Мне кажется, это странно. Я, не обладая сверхъестественными способностями, смог увидеть в тебе необычную силу, а Ира не заметила? Мне трудно в это поверить. Скорее всего, у неё есть причина не рассказывать тебе правду. Только так я могу объяснить то, что она тебе сказала.
- Наверное, ты прав, - произнесла Аня. – Мне тогда показалось, что она
что-то скрывает или не договаривает, но я решила не расспрашивать.
- Вероятно, у неё есть на то веская причина, - сказал Илья. – Или же она в очередной раз решила защитить Наташу. Сейчас это уже не имеет значения, и мы с тобой разобрались в том, что с тобой происходит. Но я хочу услышать, что ты рассказывала Ире.
Он подумал, что обязательно поговорит с Ирой и узнает, почему она не рассказала Ане правду. Он сомневался, что ей самой было что-то неизвестно.
— Хорошо, — пожав плечами, произнесла Аня. — Только давай я расскажу тебе всё, когда мы будем идти домой. Уже поздно, и я боюсь, что мама будет волноваться. Она знает, что я на дне рождения у друга Димы и приду поздно, но, зная её характер, я уверена, что она не спит и ждёт моего возвращения.
Они поблагодарили друга Ильи, который подарил Ане сбор горных трав в небольшом холщовом мешочке, подробно описав, как его применять, и вышли на улицу. Медленно идя по улице, Аня рассказывала о своём появлении на свет, о том, как пережила клиническую смерть, и не забыла упомянуть о двоюродной бабушке и необычной просьбе тети. Она подробно описала разговоры с Ирой и выводы, к которым та пришла, а также упомянула учителя физики и своё обучение у него. Илья внимательно слушал, не перебивая, и делал свои выводы.
Закончив свой рассказ, Аня замолчала, мельком взглянув на задумчивого Илью, который не спешил делиться своими мыслями.
- Знаешь, - произнес он после непродолжительного молчания. – У меня
возникает ощущение, что тебя готовили к чему-то. Возможно, даже твоя смерть стала временным препятствием для развития способностей, ведь ты была слишком мала, а та сила, которую я в тебе заметил, кажется слишком большой для ребенка.
Бабушка и тетя, вероятно, должны были стать активаторами твоих сил. Однако мне кажется, что в твоем рассказе не хватает важной детали. У меня сложилось впечатление, что было что-то, о чём ты не рассказала, — сказал он, внимательно глядя на Аню.
Аня в недоумении смотрела на своего собеседника, не в силах понять, как ему удаётся связывать разрозненные события в единую картину и находить суть. Даже Ира, казалось, не осознавала, что она умолчала о некоторых эпизодах своей жизни, после которых и стали происходить странные вещи.
— Не смотри на меня так, — с улыбкой произнес Илья. — Мне рассказывал парень-шаман о том, как формируется и развивается дар. Я дал ему слово, что не буду об этом распространяться, поэтому не могу рассказать тебе, почему пришёл к такому выводу. Но я надеюсь, что ты поделишься со мной событиями, о которых умолчала, раз уж у нас с тобой откровенный разговор и ты действительно хочешь разобраться в происходящем с тобой.
Аня шла рядом с Ильёй, погружённая в свои мысли. Стоит ли рассказывать ему? Но выхода не было. Она была напугана тем, что произошло на дне рождения, и хотела разобраться в себе, чтобы не допустить повторения ситуации и не причинить вред окружающим.
- Ты прав, - произнесла она, решив полностью довериться парню в надежде, что он сможет подробно объяснить ей происходящее или дать совет, как действовать дальше. - Действительно, в нашей семье произошло еще одно событие, о котором мы предпочитаем не говорить, но оно сильно повлияло как на меня, так и на моего брата.
— Аня, неужели ты думаешь, что я могу передать наш разговор кому-то еще? — спросил Илья, заметив ее сомнения. — Если тебе так будет спокойнее, я обещаю, что всё, что ты скажешь, останется между нами. Я действительно хочу тебе помочь, прекрасно понимая, как ты напугана и растеряна после того, что произошло в доме. У меня нет особых способностей, но есть знания и умение анализировать и находить нужные зацепки.
- В то лето мы с братом гостили у бабушки, - начала Аня, отбросив в сторону все сомнения. Мне было пять с половиной лет, а моему брату — десять. Наши родители работали, а у бабушки был свой огород, свежий воздух. Мы целыми днями бегали босиком по улице и, как и все дети, исследовали развалины и старые строения. Рядом с бабушкиным домом находилась заброшенная конюшня, и мы часто играли в ней.
Однажды, когда мы играли в конюшне, к нам подошел молодой человек, представившийся фотографом. Он сказал, что делает фотографии, а потом с них пишет иконы. Молодой человек предложил нам сфотографироваться, но мы отказались, хотя нам было очень интересно.
Тогда он подошел к нашей бабушке и попросил разрешения на нашу съемку. Сказал, что временно снял комнату у соседки для работы. Бабушка, зная, что соседка иногда сдает комнату, не усомнилась в его словах и дала согласие. Мы с радостью последовали за парнем. Мне кажется, все дети любят фотографироваться, особенно когда фотограф ставит определенную задачу, и ребенок должен что-то изобразить - это становится своеобразной игрой.
Аня бросила взгляд на Илью, который шел рядом, внимательно слушая её. Он молча кивнул, соглашаясь с ней.
Фотограф надел на меня белую футболку и попросил опустить голову вниз, смотреть на него исподлобья, а руки согнуть в локтях, разведя их в стороны и повернув ладошки вверх, согнув при этом большой, средний и указательный пальцы. В одну руку он дал мне ветку пижмы.
Я спросила, почему я должна так странно складывать руки. Он ответил, что будет рисовать ангела с этой фотографии. Он сделал со мной несколько снимков, меняя положение моей головы, а затем начал создавать декорации для следующей фотографии.
Мне, конечно, было любопытно, как ребёнку, но перед следующим снимком я засомневалась. Я была маленькой и не помню, какие мысли тогда меня посетили, но отчётливо помню, что внутри меня всё противилось этой фотографии. Я сказала, что устала и хочу есть, но брат меня уговорил, ведь у него ещё не было фотографий с ним, и ему было обидно. Как ребёнок, я его понимала и согласилась на ещё один снимок. Мы сели ждать, пока фотограф закончит подготовку к следующей серии фотографий.
Аня замолчала, пытаясь привести мысли в порядок и ничего не упустить.
- Для съемки он выбрал полуразвалившееся строение обмазанное глиной, которое раньше было входом в конюшню, - продолжила свой рассказ Аня. – За окном без рамы он установил лестницу, которая хорошо просматривалась в проёме. Дверь он закрыл красным отрезом ткани, чтобы разделить на снимке меня и моего брата.
Меня он поставил рядом с оконным проемом, и я согнула руки, сложив пальцы. А брата он поставил с другой стороны, поставив у его ног овальный алюминиевый таз. На голову брата он надел противогаз с длинным хоботом. Руки брат согнул в локтях, ладони развёл в стороны, не сгибая пальцы.
Я тогда несколько раз посмотрела на брата, и мне хотелось убежать. Но он поднял палец вверх, показывая, что ему всё нравится. Вздохнув, я продолжила стоять, пока фотограф делал снимки.
Когда он закончил снимать, то сказал, что отдаст фотографии бабушке, когда они будут готовы. И мы убежали домой. Через несколько дней бабушка нашла фотографии в почтовом ящике. Она занесла их в дом и положила на тумбочку, даже не взглянув.
Через пару дней за нами приехала мама. У неё была неделя отпуска, и она решила забрать нас домой на время. Когда она увидела фотографии, то побледнела. Подойдя к бабушке, она спросила, что это за снимки и кто их делал. Бабушка сказала, что по соседству живёт фотограф, который пишет иконы. Мама стала ругаться, показывая бабушке снимки и спрашивая, какую икону можно написать с этих фотографий.
Схватив фотографии, мама побежала к соседке, но той не оказалось дома. Расспросив соседей, она узнала, что они не видели никакого фотографа и впервые о нем слышат.
- Действительно, получается какая-то странная икона! — Илья не смог сдержать эмоций. — Лестница, ведущая вверх, символизирует небо, ты — ангел, таз перед ногами брата — символ бездны, а сам брат — дьявол. И между вами красная ткань. Извини, мысли в слух, но что было дальше?
Продолжение: