Лиходейка ухаживала за Лизонькой день и ночь. Девушка металась в горячке. Старуха варила отвары из трав и призывала своих помощников помочь бедной девушке. Синяки и укусы постепенно сходили с нежного тела Лизы. С момента бегства прошло трое суток, но бедная так и не пришла в себя. Ведьма не дала ей утонуть. Вытащив из озера, Лиходейка потащила бедную девушку к себе в избушку. Обмороженные ноги несчастной покрылись волдырями, ведьма перышком аккуратно смазывала их гусиным жиром.
-- Эх, дуреха ты дуреха, что надумала, утопиться, ну не глупая-ли? -- Разговаривала старуха с девушкой. Но та ее не слышала. Лиза металась в горячке, ее помутненный разум не слышал ведьму. Она вновь проживала тот страшный день, убийства Якова Петровича. Лизе казалось, что она мертва, но отчего ей так плохо? Тело болит и горит, а ноги пылают будто их опустили в костер. Бедная Лизонька не выдержала и заплакала как в детстве, горько и надрывно. Лиходейка вздрогнула и принялась успокаивать девушку.
-- Ну полно тебе, не надо плакать. Все будет хорошо, -- уговаривала она Лизу обтирая ее прохладной тряпицей. Девушка плакала не переставая, и тогда ведьма запела колыбельную, откуда она пришла в голову старухе, так и не могла вспомнить.
Ой, люлú-люлú-люлú,
Прилетели к нам гулú,
Прилетели гуленьки,
Сели возле люленьки.
Баю-баиньки-баю,
Спать укладываю,
Спать укладываю,
Коту наказываю:
Киса, каши свари,
Киса, Лизу накорми,
Киса, кашки поешь
Киса Лизоньку утешь!
Старуха закрыв глаза, сидела и пела качаясь из стороны в сторону. Никогда не имевшая своих детей ведьма-старуха прониклась материнским теплом и нежностью к бедной и несчастной девушке. Лиза слушая колыбельную стала затихать, и постепенно уснула. Старуху привел в себя кот Рулад. Он запрыгнул ей на колени и потерся головой о подбородок. Она резко замолчала и опомнившись проворчала.
-- Эко тебя старая занесло, проняло то как горе девчонки. Видишь Рулад, видно и у меня еще сердце есть. А, я уж грешным делом думала, что высохло мое сердце, и жалости к людям в нем никогда не будет. Ан нет, видишь, как оно получилось? Проворчала старуха и встав со скамейки, вышла на улицу. Кот походив по избе, запрыгнул на лежанку к девушке и уютно умостившись у той под бочком запел свою котовскую песню - выздоровление.
Всю ночь Дарьюшка не находила себе места. Барышня так и не отыскалась, и бедная служанка видела перед собой самые страшные картины. Вот Лизонька набрасывает на себя петлю, или топится в глубоком водоеме. Дарьюшка отгоняла жуткие видения уговаривая себя, что наступит утро и Елизавета Макаровна отыщется. Но наступило утро, а барышня так и не появилась. Дарья поспрашивала у слуг: -- "не видали они молодой хозяйки?" Но все только отрицательно махали головами. Барышню никто не видел. Она как в воду канула. Дарьюшка выходила за ворота и присматривалась к следам, но утренний снег давно засыпал все следы.
-- Барышня, ну где вы, отзовитесь? Кричала Дарья в никуда.
Яков Петрович слег. Приезжавший накануне доктор выявил у него сильное сотрясение. Ощупав лысый череп и не найдя ничего кроме огромной шишки, выписал успокоительные капли и постельный режим. На разбитую голову наложили швы. Доктор спрашивал Якова Петровича, кто его так приложил? Но тот ничего не мог вспомнить и лишь повторял историю, которую ему поведала Матрена Лукинична. Мол, изрядно выпив, не удержался на ногах и упал ударившись об угол камина.
-- Ну да, ну да, -- задумчиво проговорил доктор и поспешно откланялся.
Яков Петрович так и не вспомнил о супруге, а Матрена Лукинична не напоминала. Ей с самого начала не нравилась история с женитьбой племянника. Мечтала престарелая тетушка, что однажды она будет единственная наследница всего Яшкиного богатства. Потому как роднее тетки у него больше никого не было. И теперь вот те на, женился. Надоело ей прислуживать племяннику, хотелось самой почувствовать себя барыней, да на законных основаниях единственной наследницы сорить деньгами направо и налево. А тут такая оказия, эта женитьба. Уж как только тетка не отговаривала его, он все равно женился, да еще свадьбу отгрохал.
-- Дармоедов накормил, напоил, деньги потратил... Ой, да, что там говорить, -- махнула рукой Матрена Лукинична. Она поправила одеяло на племяннике, заглянула в спящее лицо и ей не понравился его цвет лица.
-- Белый как покойник, -- прошептала себе под нос старуха.
-- Ну ничего, скоро ты развяжешь руки мне. А с женушкой твоей я сама разберусь. Она вышла из комнаты, тихо прикрыла за собой двери. Шла на цыпочках, стараясь производить как можно меньше шума. Неслышно отворив дверь в комнату Лизы, тихо прошмыгнула в проем и остановилась. Осмотрелась, в комнате царила темнота. Свеча не горела и лампа тоже была потушена. Тихо подошла к кровати и увидела тело девушки свернувшееся калачиком, долго на него смотрела. Потом аккуратно взяла подушку и накрыла голову девушки.
Лизонька после хорошего сна пришла в себя отдохнувшей, лихорадка отступила. Девушка открыла глаза и встретилась с внимательным взглядом ведьмы Устиньи.
-- Ну как ты? Ласково спросила Лиходейка.
--Где я? -- тихо спросила Лизонька.
-- У меня в гостях, -- поправляя одеяло, ответила старуха.
-- А как я к вам попала?
-- Так мы тебя с Руладом притащили. Правда котик? -- Ведьма погладила сонного кота примостившегося тут же на лежанке у Лизы.
-- Видишь как он тебя охраняет? Это ведь он тебя спас, если бы не Рулад, тело бы твое сейчас болталось в озере. Ты хоть помнишь как ты бежала раздетая и босая к озеру? -- Спросила Устинья.
-- Нет, совершенно ничего не помню. Помню только как спускалась по лестнице и вышла из поместья, и все, пустота.
-- Ну может оно и к лучшему, -- махнула рукой старуха. Она встала со скамейки и подошла к столу, где на гладкой поверхности стола стояла плошка с отваром, а рядом туесок из бересты полный меда. Устинья подняла плошку и положила туда две ложки меда, после чего поднесла к Лизоньке.
-- На, сердешная, выпей, а потом медком заешь, это полезный отвар, быстро на ноги поставит. Девушка послушно взяла плошку и пригубив ее скривилась.
-- Невкусно?
-- Нет, -- тихо ответила Лиза.
-- Так полезные лекарства они завсегда невкусные, -- наставительно ответила старуха.
-- Ты выпей скоренько и медком заешь. Отвар силу имеет большую. Сразу почувствуешь как руки и ноги легкими станут.
Дарьюшка выбившись из сил в поисках Лизоньки упала на кровать и разрыдалась.
-- Ну где же вы милая барышня? Что я теперь скажу вашей маменьке? Что не уследила? Бедная Даша горько плакала, и от усталости не заметила как уснула. Проснулась от того, что кто-то накрыл ее подушкой и сверху с силой придавил к постели. Девушка, ничего не поняв, стала выворачиваться, но тот кто задумал ее убить крепко держал подушку.
-- Господи, помоги мне, спаси меня, задыхаясь, -- молилась Дарьюшка. Она извивалась, брыкалась ногами, но безуспешно, худая, но жилистая Матрена Лукинична, всем телом навалилась на подушку.
-- Ну вот и все, -- промелькнуло в голове у бедной девушки и сознание ее померкло....
Спасибо, что дочитали до конца.
Кому понравилась история Ставьте лайки Пишите комментарии Подписывайтесь на канал.