— Как вам ремонт, Галина Петровна? — Анна с замиранием сердца ждала вердикта свекрови.
Три года они с Дмитрием копили на эту квартиру. Влезли в огромную ипотеку, делали ремонт по выходным, экономя на ремонтной бригаде. И вот наконец-то переезд...
— М-да... — Галина Петровна придирчиво осматривала новую квартиру. — И это вы называете ремонтом? Обои какие-то непонятные, с разводами. Плинтуса неровно приклеены. А шкаф этот новомодный куда поставили? Нет, мой старый сервант тут смотрелся бы гораздо лучше...
— Мам, мы же обсуждали, — Дмитрий выглянул из детской, где распаковывал коробки с игрушками пятилетней Маши. — У нас свой стиль, свои представления...
— Стиль? — Галина Петровна фыркнула. — Какой тут стиль? Безвкусица одна! Хорошо, что трешку взяли, одна комната моя будет. Я тут все по-человечески обставлю...
Анна и Дмитрий переглянулись.
— В каком смысле — твоя комната? — осторожно спросил Дмитрий.
— В прямом! — Галина Петровна по-хозяйски прошлась по гостиной. — Вы же понимаете, что мне придется к вам переехать? Квартиру свою я сдавать буду. А тут и за Машей присмотрю, и хозяйство возьму на себя. Вы же без меня пропадете!
— Мам, — Дмитрий отложил в сторону очередную коробку, — мы тебе благодарны за помощь с первым взносом. Но мы собираемся вернуть долг в течение года...
— При чем тут деньги? — перебила его мать. — Я же не чужой человек! Я имею право быть рядом с внучкой. И вообще, мой материнский долг — следить, чтобы у вас все было правильно.
— А как же папа? — спросил Дмитрий. — Он согласен переезжать?
Что-то промелькнуло в глазах Галины Петровны — не то тревога, не то растерянность.
— Василий... Он как я скажу, так и будет. Ему все равно где жить.
— Галина Петровна, — Анна решила, что пора вмешаться, — мы с Димой очень ценим вашу заботу. Но мы хотим жить своей семьей. У нас свои правила, свой режим...
— Режим? — свекровь резко развернулась. — То есть к родной внучке я должна буду приходить по расписанию? Как посторонняя?
— Мам, никто такого не говорил, — попытался успокоить ее Дмитрий.
— Нет уж! — Галина Петровна воинственно вскинула подбородок. — Я все решила. Завтра начну вещи перевозить. Тут у окна моя кровать встанет, шкаф поставим вдоль стены...
— А где мы будем всей семьей собираться? — не выдержала Анна. — Это же гостиная!
— В кухне посидите, не баре! Я, может, всю жизнь мечтала о такой светлой комнате. А вы...
Телефонный звонок прервал начинающийся скандал. Звонил свёкор.
— Галя дома? — спросил он без предисловий.
— Нет, пап, она у нас, — ответил Дмитрий.
— Что говорит?
— Собирается к нам переезжать. Квартиру вашу сдавать хочет.
В трубке повисла тяжелая пауза.
— Значит, и тебе не сказала... — голос Василия Ивановича звучал устало. — Сын, ты не соглашайся, чтобы она к вам переезжала. Тут такое дело...
— Какое дело? — насторожился Дмитрий.
— Не по телефону. Скажи ей, чтоб домой ехала. Срочно.
Галина Петровна, услышав про звонок мужа, занервничала:
— Что он хотел? Зачем меня домой зовет?
— Мам, что происходит? Почему папа не знает о твоих планах переезда?
— Ничего не происходит! — Галина Петровна схватила сумку. — Просто... просто я сама хотела ему рассказать. В подходящий момент.
Когда за свекровью закрылась дверь, Анна обессиленно опустилась на еще не распакованные коробки:
— Дим, что это было?
— Не знаю. Но мне это все очень не нравится.
Вечером приехал Василий Иванович. Без стука зашел в квартиру — видимо, жена не закрыла дверь.
— Сын, надо поговорить.
Они устроились на кухне. Маша уже спала, Анна занималась распаковкой вещей в спальне.
— Мать кредит взяла, — без предисловий начал Василий Иванович. — Под залог нашей квартиры. Полтора миллиона.
— Сколько?! — Дмитрий едва не поперхнулся чаем. — Зачем?
— Сереже твоему, брату. На автосервис его непутевый. Три месяца назад еще взяла, втихаря от меня. У нее доверенность была, я ей всегда во всем доверял...
— А сейчас что случилось?
— Письмо из банка пришло. Два платежа просрочены. Оказывается, Серега прогорел — клиентов нет, долги растут. Матери звонит каждый день, деньги просит. А платить нечем.
— Поэтому она квартиру сдавать собралась?
— Да. Думает, что аренды хватит на выплаты по кредиту. А сама к вам переехать решила. — Василий Иванович тяжело вздохнул. — Только я на такое не согласен. Всю жизнь ее слушался, а тут — нет. Пусть Серега сам выкручивается. Не маленький уже.
— А если не выкрутится? Квартиру банк заберет?
— Могут и забрать. Там в договоре так прописано. — Свёкор помолчал. — Знаешь, сын, я ведь не просто так пришел. Мать наверняка еще попытается к вам переехать. Не пускайте. У вас своя семья, свои дети. Нечего ей тут командовать.
В прихожей послышался звук открываемой двери — вернулась Галина Петровна.
— Вася? Ты здесь? — её голос дрожал. — Я все объясню...
— Дома объяснишь, — отрезал Василий Иванович. — Собирайся.
Когда родители ушли, Дмитрий позвал жену:
— Ань, надо решить, что делать. По-моему, мама так просто не отступит.
Следующие несколько дней прошли относительно спокойно. Галина Петровна не звонила, и Анна с Дмитрием потихоньку обживались на новом месте. Расставили мебель, развесили шторы, организовали детский уголок для Маши.
Но в субботу утром раздался звонок в дверь. На пороге стояла свекровь с двумя огромными сумками:
— Ну что, показывайте мою комнату! Я тут занавески привезла, картины... А старый сервант Вася завтра на машине подвезет.
— Мам, мы же вчера с папой говорили — никакого переезда не будет, — Дмитрий загородил проход.
— Это ты с ним говорил! А я решила иначе. Я имею право жить со своим сыном!
— А как же долг перед банком? — тихо спросил Дмитрий.
Галина Петровна побледнела:
— Откуда ты...
— Папа рассказал. Про кредит, про Серегин автосервис. Про то, что ты без его ведома все провернула.
— Не имел он права! Это наши семейные дела!
— Правильно, семейные. А ты решила свалить все проблемы на нас.
— Да как ты смеешь! — Галина Петровна повысила голос. — Я всю жизнь вам отдала! А теперь, значит, на улицу меня выгоняете?
— Никто тебя не выгоняет. У тебя есть квартира. И муж, с которым нужно вместе решать проблемы, а не бегать от них.
— Машенька! — свекровь попыталась заглянуть в квартиру. — Иди к бабушке, солнышко! Бабушка с тобой жить будет...
— Мам, хватит! — Дмитрий первый раз в жизни повысил голос на мать. — Не впутывай сюда ребенка. Мы не позволим тебе манипулировать нами через Машу.
Галина Петровна картинно схватилась за сердце:
— Ах так! Тогда я прямо здесь уйду на тот свет! На пороге у неблагодарного сына!
— Вызвать скорую? — спокойно спросил Дмитрий.
Свекровь осеклась. Видимо, не ожидала такой реакции.
— Значит, вот как... — она поджала губы. — Ну что ж, я все поняла. Вычеркиваю вас из своей жизни! Навсегда!
Она развернулась и пошла к лифту, с трудом волоча свои сумки.
— Дим, может... — начала было Анна.
— Не может, — отрезал муж. — Хватит. Пусть учится решать свои проблемы сама.
Следующие две недели от Галины Петровны не было никаких вестей. Она не звонила, не писала, не появлялась на пороге. Дмитрий несколько раз набирал отца, но тот отвечал коротко: "Все нормально, сын, справляемся".
А потом внезапно позвонил Сергей.
— Брат, выручай! — голос младшего был полон паники. — Тут такое дело... Короче, коллекторы матери звонить начали. Она мне денег дала, я думал, свои у нее... А оказывается - кредит! Что делать-то?
— Для начала прекрати прятаться и приезжай к родителям, — жестко ответил Дмитрий. — Хватит от ответственности бегать.
Вечером все собрались в родительской квартире. Галина Петровна сидела в углу дивана, непривычно тихая. Василий Иванович хмуро смотрел в окно. Сергей нервно теребил молнию на куртке.
— Значит так, — Дмитрий положил на стол бумаги. — Я взял выписку из банка. Долг уже два миллиона с процентами. Сергей, когда сможешь начать выплаты?
— Я это... не могу пока, — младший брат опустил глаза. — У меня самого долги...
— Отлично! — Дмитрий хлопнул по столу. — Мам, а ты что думала, когда такую сумму занимала?
— Я хотела, как лучше... — пробормотала Галина Петровна. — Сереженьке помочь...
— А о папе ты подумала? О том, что можете без квартиры остаться?
— Сынок, — вдруг подал голос Василий Иванович. — Не ругай мать. Я тоже виноват — доверял во всем, не проверял ничего.
— Ладно, — Дмитрий достал еще один документ. — Вот мое предложение. Мы с Аней готовы закрыть часть долга — продадим машину. Сергей устраивается на работу и выплачивает остальное — каждый месяц по графику. Без пропусков. А вы, мам, прекращаете командовать нашими жизнями и учитесь уважать чужие границы.
Повисла тишина. Первой заговорила Галина Петровна:
— Вася, ты слышишь? Наш сын мне условия ставит...
— Правильные условия, Галя, — спокойно ответил муж. — Давно пора было.
Сергей шумно выдохнул:
— Я найду работу. Честно. И буду выплачивать.
— Хорошо, — кивнул Дмитрий. — Завтра едем в банк, переоформляем документы.
...Прошло полгода. Сергей устроился механиком в крупный автосервис, исправно переводил деньги. Галина Петровна больше не пыталась переехать к старшему сыну, хотя иногда не могла удержаться от комментариев про "неправильные" обои или шторы.
А на семейном ужине в честь дня рождения Маши Василий Иванович тихонько сказал невестке:
— Знаешь, Аня, иногда кризис идет на пользу. Галя наконец поняла, что дети имеют право на свою жизнь. А я научился говорить "нет", когда надо.
И, помолчав, добавил:
— Только давайте ей пока про второго внука не говорить. А то опять начнет советы давать...
Анна улыбнулась, машинально прикрыв рукой едва заметный живот. Некоторые новости действительно лучше придержать до подходящего момента.