Джек, стиснул сломанную зажигалку. Внутри царила кромешная тьма, пропитанная запахом сырости, гнили и металла, смешанного со сладковатым привкусом крови. Тусклый фонарик телефона выхватил из мрака груду ящиков, заваленных мусором и рваной бумагой. И Лиззи.
Она лежала на полу, бледная, как лунный свет, пробивающийся сквозь дырявую крышу. Её изорванное, грязное белое платье — резкий контраст с окружающим мраком — подчёркивало её хрупкость и беспомощность. Она открыла глаза. Взгляд был пустой, затуманенный болью, но в нём всё ещё теплилась надежда — бледный огонёк в бездне отчаяния. Она была женщиной в белом — агнцем на заклании, которого Джек должен был спасти.
Тень. Быстро приближающаяся тень. Мужчина в чёрном пальто. В руке — пистолет. Джек инстинктивно прикрыл Лиззи собой, ожидая выстрела. Но его опередили.
Выстрел раздался не из пистолета мужчины, а из маленького пистолета, появившегося в руке женщины, материализовавшейся из теней. Её платье — ярко-красное, как кровавый закат, облегало её фигуру. В её волосах были пряди, сверкающие алой краской в полумраке. Она была роковой женщиной в красном, пришедшей сломать Джека, окунуть его в пучину проблем. Её взгляд был холодным и расчётливым.
Мужчина рухнул, не издав ни звука.
Женщина в красном наклонилась к Джеку, её голос был тих, но полон ледяной уверенности: «Эндрю — лишь начало. Виктор Крейг… он контролирует всё. Найдите его особняк на улице Мертвых Душ… и помните о розе…»
Она оборвала фразу, взгляд её скользнул на бледное лицо Лиззи, потом на красную розу на пальто Джека. Её лицо было не видно в тени, но в глубине глаз Джек увидел отражение будущего — чёрного, без надежды на спасение. Она была женщиной в чёрном — предопределяющей его судьбу.
Она растворилась в темноте, оставив Джека с полуживой Лиззи и горьким предчувствием.
Джек осторожно поднял Лиззи на руки. Её тело было лёгким, почти невесомым. Белое платье, пропитанное кровью, прилипло к её телу. Он почувствовал её слабый пульс. Она была жива.
Джек обхватил Лиззи, чувствуя биение её слабого пульса. В ушах звенело, а перед глазами плыли пятна. Он вспомнил розу, такую же, как та, что была на его пальто год назад. Роза… Она сказала «помните о розе»… Мысль, резкая и холодная, пронзила его: женщина в красном была в "Кровавой Мэри". Она видела… Видела, как он не смог защитить… Или видела что-то ещё, что-то, что он не помнит…