Сегодня был особенно тяжёлый день. Максим хоронил свою сестру — непутёвую, но всё же родную. Пять лет они не общались, и теперь эта трагедия внезапно ворвалась в его жизнь. Его жена, Наталья, старалась как могла поддержать мужа, взяв на себя большую часть хлопот по организации похорон.
После церемонии прощания им предстояло решить ещё один, не менее важный вопрос. У Анны, сестры Максима, остался семилетний сын — Виталик. Все родственники, собравшиеся на похоронах, как-то сразу возложили ответственность за мальчика на Максима. Кто же, если не родной дядя, должен позаботиться о ребёнке?
Этот вопрос даже не обсуждался — все считали такое решение единственно верным.
Наталья всё понимала и не была особо против, но было одно существенное "но". Она никогда не хотела детей. Ни своих, ни тем более чужих. Это решение она приняла очень давно. Перед свадьбой честно призналась об этом Максиму, а он тогда отнёсся к этому легкомысленно. В двадцать с небольшим лет мало кто серьёзно задумывается о детях. "Нет и нет, будем жить для себя", — решили они тогда, десять лет назад.
Теперь ей предстояло принять в свой дом совершенно чужого ребёнка. Выбора не было. Отдать племянника в детский дом Максим никогда не позволит, да и Наталья не решилась бы даже заводить такой разговор.
Она знала, что никогда не полюбит этого мальчика и не сможет заменить ему мать. Виталик был не по годам взрослым и смышлёным, и Наталья решила сказать ему всё откровенно.
— Виталик, где ты хочешь жить: у нас или в детском доме? — спросила она, глядя прямо в его карие глаза.
— Я хочу жить дома. Сам, — тихо ответил он.
— Но дома тебе жить не разрешат. Тебе всего семь лет. Так что тебе нужно выбрать.
Мальчик задумался и сказал:
— Тогда я хочу жить с дядей Максимом.
— Хорошо, ты поедешь с нами, но должна тебе сказать: я не смогу стать тебе мамой и не смогу тебя любить. Но я буду о тебе заботиться, и ты не должен обижаться. У нас тебе всё равно будет лучше, чем в детском доме.
Виталик кивнул, опустив голову.
После оформления всех необходимых документов они наконец вернулись домой.
Наталья решила, что после этого разговора она не обязана играть роль заботливой тёти и может быть самой собой. Накормить, обстирать, помочь с уроками — это несложно. Но отдавать свои душевные силы — она была к этому не готова.
Маленький Виталик теперь ни на минуту не забывал, что его не любят, и чтобы его не отдали в детский дом, старался вести себя идеально.
Когда они приехали домой, Виталику выделили самую маленькую комнату. Но сначала нужно было всё переделать под него. Выбор обоев, мебели, декора — то, что Наталья обожала. С энтузиазмом она взялась за обустройство детской. Виталику разрешили выбрать цвет обоев, а всё остальное подбирала она сама. Средств не жалела — она не была жадной, просто не любила детей. Комнатка получилась на загляденье.
Виталик был счастлив! Жаль только, что мама не видит, какая у него теперь комната. "Если бы ещё Наталья могла меня полюбить... Она хорошая, добрая, только детей не любит", — размышлял он перед сном.
Мальчик умел радоваться всему, каждой мелочи. Цирк, зоопарк, парк аттракционов — он так искренне выражал восторг, что Наталья начала получать удовольствие от этих прогулок. Ей нравилось сначала удивить Виталика, а потом наблюдать за его реакцией.
В августе они с Максимом собирались лететь на море, а Виталика на десять дней должна была взять их дальняя родственница. Однако в последний момент Наталья всё изменила. Ей вдруг очень захотелось, чтобы мальчик увидел море. Максим был рад такому решению. Он сам сильно привязался к племяннику. А Виталик был почти счастлив! "Вот если бы меня ещё любили... Ну и ладно, зато увижу море", — думал он.
Поездка удалась. Море было тёплым, фрукты сочными, настроение отличным. Но отпуск закончился, и начались будни. Работа, дом, школа. Но что-то в их маленькой семье изменилось, появилось едва уловимое ощущение радости, ожидания чуда.
И чудо произошло. Наталья узнала, что ждёт ребёнка. Как такое могло случиться? Они столько лет благополучно избегали подобных неожиданностей. Что делать, она не знала. Говорить мужу или решить всё самой? Она боялась реакции Максима, ведь он тоже никогда не проявлял особого желания иметь детей.
После появления Виталика она заметила, как сильно Максим привязался к мальчику, но была не уверена, готов ли он к собственному ребёнку. "Один шаг навстречу детям я уже сделала, но на второй не готова", — размышляла Наталья. Она решила принять это непростое решение самостоятельно.
В тот день она сидела в клинике, когда раздался звонок из школы. Виталика увезли на скорой с подозрением на приступ астмы. "Что ж, пока всё откладывается", — подумала она с тревогой.
Наталья влетела в приёмное отделение больницы. Виталик сидел на кушетке, тяжело дыша. Увидев Наталью, он расплакался.
— Пожалуйста, не уходи, я боюсь. Побудь сегодня моей мамой. Пожалуйста, только один день, и всё. Я потом никогда-никогда не буду просить, — умолял он, с трудом выговаривая слова.
Мальчик крепко сжимал её руку, слёзы текли по щекам. Его трясло от страха и удушья. Наталья никогда не видела его таким. Сейчас он был беззащитен как никогда.
Она прижала его руку к своей щеке.
— Виталик, дорогой, я здесь, рядом. Всё будет хорошо. Доктора скоро помогут тебе. Я никуда не уйду, обещаю.
В тот момент она осознала, насколько сильно привязалась к этому мальчику. Её сердце сжалось от любви и боли за него.
"Не хотеть детей — какая глупость", — подумала она. Сегодня же вечером она расскажет Максиму о беременности. Она больше не хотела принимать решения в одиночку.
Прошло десять лет.
Сегодня у Натальи почти юбилей — сорок пять лет. Будут гости, поздравления. А пока, за чашкой кофе, она погрузилась в воспоминания. Как быстро пролетело время. Теперь она — счастливая жена и мама двух замечательных детей. Виталику уже семнадцать, а маленькой Ане — девять. И она ни о чём не жалеет.
Хотя нет, есть одна вещь, о которой она очень-очень сожалеет. О тех словах о нелюбви, сказанных Виталику много лет назад. Как бы ей хотелось, чтобы он их не помнил, чтобы забыл и никогда не вспоминал. После того дня в больнице она старалась как можно чаще говорить ему о своей любви, но так и не решилась спросить, помнит ли он её первые признания.
Наталья поднялась и подошла к окну. Во дворе Виталик учил Аню кататься на велосипеде. Его глаза светились заботой и теплом. Она улыбнулась.
— О чём задумалась? — раздался голос Максима.
— Смотрю на наших детей, — тихо ответила она, оборачиваясь к мужу.
Он подошёл и обнял её.
— Я никогда не думал, что смогу быть так счастлив, — признался он.
— Я тоже, — согласилась Наталья. — Максим, есть одна вещь, которая не даёт мне покоя.
— Что именно?
— Помнишь, когда Виталик только переехал к нам, я сказала ему, что не смогу его полюбить. Боюсь, что эти слова до сих пор ранят его.
Максим посмотрел на неё с пониманием.
— Думаю, тебе стоит поговорить с ним об этом.
Она кивнула.
Вечером, когда Аня уже спала, Наталья позвала Виталика на кухню.
— Мам, ты что-то хотела? — спросил он, садясь за стол.
Она глубоко вздохнула.
— Виталик, я хочу поговорить с тобой о том, что произошло много лет назад. О тех словах, которые я тогда сказала тебе.
Мальчик внимательно смотрел на неё.
— Я очень сожалею об этом. Я была неправа и эгоистична. Ты не должен был это слышать.
Виталик улыбнулся.
— Мама, я давно всё понял. Ты дала мне семью, любовь и заботу. Это самое главное. Я никогда не держал на тебя обиды.
Слёзы навернулись на её глаза.
— Спасибо тебе, сынок.
Он встал и обнял её.
— Я люблю тебя, мам.
Наталья почувствовала, как тяжесть свалилась с её души. Теперь она точно знала, что всё сложилось так, как должно было быть.