Мы с Глебом, замерев, наблюдали за происходящим в небе. Вовчик наверняка был ранен, но все же уверено спускался вниз, прижимая к себе всю свою семью. Но, уже коснувшись ногами земли, он не удержался и упал на колени.
Аронов подхватил близнецов, а я помогла подняться Сусанне. Ее такие знакомые, добрые глаза были привычного темного цвета. Мы крепко обнялись.
- Прости, - прошептала подруга. – Я была не в себе.
- Я знаю, - мне хотелось плакать, но сантименты лучше отложить на потом.
- Ты сможешь идти? – спросил Глеб у Вовки и тот кивнул. Его большие крылья будто растворялись в воздухе, теряя сияющие перышки.
- Меня чуть не подбили, но все не настолько плохо, - улыбнулся наш ангел. – Вот только уходить все равно нужно побыстрее. Сейчас эти злобные твари спустятся за мной сюда.
Наша компания быстро пошла, прижимаясь к стене и постоянно поглядывая наверх, где кружил сонм демонов. Туман и заклинание Аронова скрывали нас, но это было ненадолго.
- Зачем демонам нужны дети? – мне казалось, что если узнать эту тайну, то многое станет ясным. Да и наше спасение зависело от этого.
- Они нарушают баланс всего сущего, ибо могут присоединиться к любой стороне. Если нефалемы выбирают сторону ангелов, то ад объявляет его врагом. А если наоборот, то за ними будут охотиться силы добра. Об этом мне рассказала демоница, которую убил мой ангел, - ответила Сусанна, с любовью глядя на мужа. – Их боятся и ненавидят. Их хотят заполучить… Ведь нефалемы могут достичь такого уровня силы, которая будет превосходить архангельскую.
- Ничего себе… - я с некоторым страхом взглянула на малышей. – Вот это у вас детки. Но тогда получается у них один выбор – в сторону добра. Ведь, несмотря на твою сущность, Сусанна, ты добрая и чистая.
- Так и есть. Другой судьбы я бы своим детям не желала, - грустно улыбнулась девушка. – Только светлое будущее, без зла и адской тьмы.
- Но тогда возможно близнецы помогут нам выбраться отсюда? – я сама ошалела от такой мысли.
- Что ты имеешь в виду? – Глеб, который молча, прислушивался к нашему разговору, повернулся ко мне.
- Мальчики могут соединиться со своим отцом силами и открыть портал перехода. Нас просто вытолкнет из ада с таким-то мощным ангельским излучением! – ответила я, и мужчины остановились.
- А ведь Саша права! – согласился Вовчик. – Нужно попробовать!
- И чем быстрее, тем лучше. – Сусанна напряженно вглядывалась в туманное небо. – Что-то не так… Я чувствую!
И тут из серой мглы показались ноги, а потом и весь демон. Он размахивал черными кожаными крыльями, пожирая нас красными глазами.
- Ангел… - оскалился он, поигрывая огненной сферой. – Я первый нашел тебя…
- Только посмей… - прорычала Сусанна, становясь между Вовкой и демоном.
- Пошла прочь, - процедил он, размахиваясь, но Вова оттолкнул жену и бросился на демона.
Близнецы снова заплакали, а я в ужасе закричала, увидев, как из тумана появляются еще несколько исчадий ада.
- Во имя Отца и Сына и Святого Духа! Господь Бог наш Вседержитель! Услышь мою молитву! – вдруг громко заговорил Аронов, усадив близнецов на обе руки. – Соедините силу этих детей и силу их отца! Навсегда! Навеки! Чтобы были они спаяны и неразлучны, как земля и небо! Как дерево и корни! Как вода и берег! Во имя Отца и Сына и Святого Духа!
Демоны заревели, услышав молитву, а в адском небе загремел оглушающий раскат грома. После которого в землю вонзилась черная молния. Вовчика отбросило к детям и вокруг них заиграло божественным светом золотистое сияние.
- Портал! – крикнула Сусанна, показывая на ослепляющее пятно позади ее семьи. – Открылся портал!
Глеб схватил меня в охапку и бросился к свету. На меня пахнуло ароматом полевых цветов, теплом прогретой солнцем земли и стало так хорошо, что защемило в душе. Этот переход был самым приятным из всех.
В себя я пришла не сразу. Меня качало на волнах сладкой истомы, немного пьяно кружилась голова… Раскрыв глаза, я поняла, что мы все лежим посреди нашей с Глебом гостиной, а близнецы ползают между нами.
- Эй… друзья… - протянула я хриплым голосом. – Вы живы?
- Живы… - Сусанна открыла один глаз. – Светлый переход опьяняет.
- Я надеюсь, демоны не придут сюда за нами? – от этой мысли мне стало страшно и я мгновенно протрезвела.
- Нет, - на мое бедро легла теплая рука мужа. – Нефалемы приняли сторону добра. Они теперь демонам без надобности.
- Но ведь зло станет охотиться за ними, - я вспомнила слова Сусанны. – Если оно не смогло затащить мальчиков на свою сторону, то попытается убить.
- Конечно, попытается. Но не сейчас, - успокоил меня Глеб. – После принятия ангельской сущности, детей укрывает Божья сила. А вот когда они достигнут возраста совершеннолетия, то думаю, обретут такие навыки, что демонам впору будет самим прятаться от близнецов.
- Ребят, а ведь я что-то чувствую сейчас… - вдруг сказал Вовка, поворачивая голову в нашу сторону.
- Что? – все моментально напряглись.
- Здесь есть маленькая жизнь… Она еще не обрела тела, поэтому находится в руках Бога. И я чувствую ее… - Вован улыбнулся.
- Я не понимаю, о чем ты говоришь. – Аронов нахмурился. – Что за ребусы?
- Он говорит, что твоя жена беременна! – засмеялась Сусанна, обнимая близнецов. – У нас будет еще один ребенок! Колдовской!
У меня сердце ухнуло в пятки. Но не от страха, а от всепоглощающего восторга. Я беременна? Я беременна!
- О Боже… Дорогая моя, любовь моя… - Глеб обхватил мое лицо большими ладонями и принялся целовать его. – Да! Да! Спасибо тебе! Ты лучшее, что могло случиться в моей жизни!
И в этот момент я услышала призыв зеркала. Оно снова звало меня к себе.
- Зеркало… - прошептала я, и друзья в один голос застонали:
- Не-е-ет… Ну не-е-ет… Только не сейчас….
Заметался пожар голубой,
Позабылись родимые дали.
В первый раз я запел про любовь,
В первый раз отрекаюсь скандалить.
Был я весь – как запущенный сад,
Был на женщин и зелие падкий.
Разонравилось пить и плясать
И терять свою жизнь без оглядки.
Мне бы только смотреть на тебя,
Видеть глаз злато-карий омут,
И чтоб, прошлое не любя,
Ты уйти не смогла к другому.
Поступь нежная, легкий стан,
Если б знала ты сердцем упорным,
Как умеет любить хулиган,
Как умеет он быть покорным.
Я б навеки забыл кабаки
И стихи бы писать забросил,
Только б тонко касаться руки
И волос твоих цветом в осень.
Я б навеки пошел за тобой
Хоть в свои, хоть в чужие дали…
В первый раз я запел про любовь,
В первый раз отрекаюсь скандалить.
Сергей Есенин