Юстиниан I, правивший в период с 527 по 565 год, является одним из немногих византийских императоров, чей внешний вид нам известен как по описаниям современников, так и по реалистичному портрету. Современники отмечали, что он был среднего роста, с круглым румяным лицом. Мозаичный портрет, сохранившийся в базилике Сан-Витале в Равенне, подтверждает эти описания, изображая сурового мужчину средних лет в богато украшенной драгоценными камнями короне. В целом, новый император не выделялся особой внешностью, однако его правление оставило заметный след в истории.
Во времена Юстиниана тенденции, которые начали проявляться еще во времена Константина, достигли своего пика, особенно в процессе христианизации. В десятилетия, предшествовавшие его восхождению на престол, язычники, такие как Зосима, могли жить в империи без каких-либо препятствий. Однако, едва придя к власти, новый император стремился искоренить последние следы старой религии. Он нанес удар по той области, где язычники еще сохраняли свое влияние — в системе образования. Хотя их голоса уже не были решающими при дворе или в церкви, они по-прежнему имели вес в учебных программах, основанных на классической древнегреческой литературе. В 529 году был издан указ о закрытии всех философских школ в Афинах, что положило конец традиции, уходящей корнями во времена Сократа и Платона, и лишило многих интеллектуалов-язычников средств к существованию.
В конце 530-х годов, потеряв надежду на лучшее будущее, философы обратили свои взоры на мир за пределами Византийской империи. Они были наслышаны о новом шахиншахе сасанидской Персии Хосрове I, который, по их представлениям, воплощал собой образ идеального правителя-философа, описанный Платоном в «Государстве».
Хосров славился тем, что в его время в Персии исчезла преступность. Ценные вещи можно было оставлять без присмотра на улице, и никто не крал их. Около 531 года группа из семи философов-язычников пересекла границу и отправилась ко двору Хосрова в Ктесифон.
Однако по прибытии их постигло жестокое разочарование. Хотя Хосров принял их с гостеприимством, он не проявлял интереса к философии, как они ожидали. В Персии же, как они обнаружили, было достаточно преступности. Правящие классы, также далекие от философии, были хищными, властными и деспотичными. Но что более всего поразило философов — это склонность мужчин к прелюбодеянию, несмотря на разрешённое многоженство.
Проведя в Персии два года, философы решили вернуться домой, что бы их там ни ждало. К тому времени Юстиниан несколько смягчился, и хотя их не встретили с распростёртыми объятиями, их оставили спокойно доживать свой век.
Иногда власти предпринимали определённые действия. Так, в один из летних дней 559 года нескольких видных язычников арестовали, а их книги, статуи и картины свалили на одной из главных площадей Константинополя и сожгли. Однако подобные случаи происходили нечасто.
Один из эмигрантов, вернувшихся из Персии, Симпликий Киликийский, смог продолжить свои исследования и до своей смерти в 560 году написал ряд ценных комментариев к работам Аристотеля. Это было последнее поколение интеллектуалов-язычников в Византии, и многие из них приняли христианство, хотя бы формально, ибо жить в империи, не примкнув к религиозному большинству, стало невозможно.
Среди таких номинальных христиан, вероятно, был и Прокопий Кесарийский. Внешне он был образованным христианином, вхожим в придворные круги. Как и Евсевий во времена Константина, он написал панегирик императору, превознося строительную деятельность Юстиниана и утверждая, что «там, где император проявляет своё благочестие, божественные существа не избегают принимать участие в человеческих делах». Он также написал объёмный труд, посвящённый войнам, которые велись в царствование Юстиниана, хотя, что любопытно, сам император упоминается там совсем нечасто.