Первое время после позорного изгнания коварного Василия Валя по привычке по утрам сонно шарила рукой, пытаясь отыскать бывшего. Когда же полностью покидала чертоги Морфея, вспоминала все и заливалась горькими слезами, рыдая в подушку. Чтобы унять душевные терзания, Кукина пыталась заводить новые отношения, клин клином, так сказать вышибала. Помня мамин завет, она не приводила более кавалеров к себе домой, стараясь узнать избранников получше на стороне.
То есть на территории подружек или на худой конец на съемной квартире, сдаваемой на сутки или на ночь, озабоченным парочкам. Но, к сожалению, никто из кавалеров не сумел, а если точнее, даже не старался, зацепить потаенные струны души Кукиной, жаждущей по-настоящему высоких отношений.
Валя страдала от тоски и неудовлетворенности подобным порядком вещей до тех пор, пока не осознала, что надо бы сменить круг знакомых мужского пола, так как от простых грубых работяг как-то глупо ожидать чего-то возвышенного. Правда, бывший Вася, несмотря на свое простое происхождение и особенности натуры, имел в арсенале и хорошие черты — он обладал приличными манерами и умел вести разговоры на умные темы. Но, что про него вспоминать?
Все в прошлом. Жизнь идет своим чередом и, как рекомендуют психологи и коучи в статьях по саморазвитию в интернете, для получения других, качественно лучших результатов нужна новая жизненная стратегия.
Поэтому Кукина стала более тщательно фильтровать контакты с противоположным полом. Некоторое время ничего лучшего ей не попадалось, Валя даже приуныла. А однажды, в переходе в центре, куда она ездила в поисках нового пуховика и зимних сапог, Кукина увидела Его. Симпатичного парнишку с тёмными волосами и карими глазами, играющего на какой-то гнусавой толстой дудке. Хотя дудка, по мнению Вали, звучала как-то не очень, но сам мотивчик еврейской Хавы Нагалы ей понравился. Да и играл парнишка довольно бойко. Без фальши.
Кукина имела некоторое представление о качестве исполнения, как-никак в детстве ходила в студию на уроки музыки. Обладая хорошим слухом от природы и освоив довольно быстро нотную грамоту, она умела изобразить пусть и несколько коряво, но все же довольно сносно недлинные мелодии из классических шлягеров тех времен — "К Элизе" Бетховена, Танец Феи Драже Чайковского, Славянский танец Дворжака. Этим своим умением Валя гордилась, ведь далеко не каждый так может, а тех, кто профессионально учился музыке и умел играть гораздо лучше, чем она, уважала и как-то робела что ли перед ними.
Поэтому эта встреча в переходе произвела на Кукину сильнейшее впечатление. Молодой человек, так играющий на музыкальном инструменте, наверняка обладал более высоким уровнем развития, нежели все вместе взятые знакомые мужчины Вали. Плюс симпатичный, хоть и тощенький. Так что душа у Кукиной и радовалась, и рыдала одновременно от сложного внутреннего конфликта — " быть или не быть"?!
Парнишка, будто уловив пронзительные частоты переживаний, застывшей как истукан Вали за два метра от него, резко оборвал мелодию и после полуминутного безмолвного диалога глазами, внезапно заиграл что-то медленное лирическое. Вот тут-то Кукина окончательно и пропала.
А пришла в себя только дома к восьми утра следующего дня, обнаружив рядом с собой сладко посапывающего музыканта из перехода. Как все произошло, и в какой последовательности Валя, можно сказать, не помнила. Лишь какая-то смутная мешанина из слов, звуков и образов свидетельствовала, что, да, отношения точно начались.И может быть, даже высокие...