Очень люблю так незаслуженно отнесённого к "менее значительным писателям" (и умершего такой ужасной ... русской смертью) Николая Помяловского! Все читали "Очерки бурсы", это понятно. Но я бы на первое место у него поставил "Мещанское счастье" и "Молотова".
Когда читаешь, например, Тургенева, то притягивает именно ощущение "устаревшего" другого мира: психологические коллизии тургеневских героев и логику их поступков за редкими исключениями почувствовать самому, изнутри сегодняшнего опыта почти невозможно. Поэтому там - очарование встречи с ЧУЖИМ. А вот Помяловский мне кажется невероятно современным! Его герои очень узнаваемы - несмотря на разделяющие нас 170 лет. Возможно, дело тут в том, что мы продолжение разночинцев, их мир и сейчас для нас актуален и понятен. (В то время как обитатели "дворянских гнёзд" превратились в древнюю историю.)
Так недавно меня вполне заслуженно упрекали в предвзятом отношении к "интеллигенции". Я задумался - и ответ нашёл у любимого Помяловского:
"Посмотрите на большую часть людей, которых судьба так или иначе выдвинула из среды своей, как они относятся к среде. Как часто случается, купецкий сын, получивши образование, ненавидит свое сословие: отвратительно для него купечество, все купцы негодны и пошлы, и никогда не прибавит, что им трудно быть иными и что он не сам собою, а чрез образование стал выше их. Или вот иной помещик: выдернут его из степи, привезут в столицу, обломают его понятия, пересоздадут натуру барскую, научат совершенно иной жизни — как он потом относится к степнякам своим? Послушайте вы семинариста, которому счастье благоприятствовало развиться лучше собратов своих: он зол на долбню, фискальство, формализм и прочую чепуху, копившуюся в родном гнезде веками… Все они — и дворянин, и купец, и семинарист — отвернулись от своих собратий: «О, как там пошло все!.. Дичь какая!» Откуда эта антипатия к родной грязи, которую человек только что успел от себя отскрести? Она понятна и законна. Как не возбудиться всей желчи, когда зло, понятое вами и отвергнутое, вы видите в самых дорогих вам людях, в том гнезде, где впервые узрели свет божий, где проснулся разум, заговорило чувство, воля попросила дел и работы?"
Пытаясь разобраться в своих (и правда запутанных) отношениях с "интеллигенцией", часто ещё вспоминаю мысль очень дорогого для меня религиозного философа позапрошлого века Сёрена Кьеркегора. В своём "Страхе и трепете" он среди прочего говорит, что люди насмешливо относятся к максиме "Кто не работает, тот пусть и не ест хлеба", т.к. видят её постоянные, ежедневные нарушения во все времена. Но - продолжает Кьеркегор - эта заповедь и не относится к материальному миру. Она о совсем другом хлебе - о духовном. И вот тут-то она выполняется неукоснительно! Душевный опыт, чувства, мысли невозможно отобрать и присвоить - всё это можно приобрести исключительно личными усилиями, "в поте лица своего". Нельзя их также и "чинно" получить по наследству. И если кто-то сокрушается оттого, что его жизнь скучна, а сам он бесцветен - такому человеку, как утверждает Кьеркегор, не на кого жаловаться, кроме как на самого себя...
Из этого, на мой взгляд, следует парадоксальный вывод: единственный способ сохранить "духовное наследие" - это ... поджечь его! Отказаться от тех постулатов, которые получил с воспитанием, от интеллектуальных привычек и готовых нравственных лекал - чтобы мучительно искать новые, свои. Только тогда и есть шанс снова прийти к каким-то (не всем, разумеется, а выборочно) формулам и образам, которые должны были составлять твоё "наследие". "Изобретать велосипед" тут не просто можно, а необходимо!
В то время как пожелавший бережно "сохранить" опыт и мысли предыдущего поколения, рискует впасть в исключительную пошлость. Т.е. утратить именно ту "духовность", вокруг которой весь сыр-бор. Потому-то мне так смешны "потомственные интеллигенты".