– С чего ты взял?
– Я не взял, я предполагаю. Во всяком случае, это объясняет, почему здесь никого нет, и медальон никуда не тянет. Тут мы уже никому не поможем…
– Звучит логично, но не совсем, – возразил я. – Ты забыл про Нат? Она же где-то здесь, и она просила о помощи.
Гарик пристально на меня посмотрел.
Порыв горячего воздуха прошелся по земле, взметнув волну трупного запаха. Я невольно поморщился и поднялся, встретившись взглядом с Вованом. Тот задумчиво смотрел на останки, поправляя подол косухи.
– Думаешь, ее владелец где-то здесь? – спросил я, чтобы переключить внимание от мыслей о девушке.
– Скорее всего, – кивнул он. – Но она же ему больше не нужна, ведь так?
Я тут же вспомнил историю с рисунком мародёра и лишний раз удивился тому, насколько же странное у судьбы чувство юмора.
– Оставь себе, не парься, – успокоил я Бабаха.
– Это, скорее всего, жители того поселка, – заключил Гарик, перестав сверлить меня укоризненным взглядом. – Я не знаю, как именно это произошло, но то, что это были бесы, думаю, ни у кого сомнений не вызывает.
Я молча кивнул, глядя в пустые глазницы желтоватого черепа, отвалившегося от позвоночного столба и лежавшего рядом с кучей. Нижняя челюсть, больше не сдерживаемая мышцами и кожей, застыла в огромной кривой ухмылке, словно скелет намеревался откусить огромный кусок чего-то неведомого… Возможно, нашей жизни, которая так и пройдет в тщетных попытках отыскать путь домой, не имея ни малейшего представления о том, как это сделать.
– Допустим, твари напали, когда они ехали, – продолжал Игорь. – Хотя следов когтей на машинах нет, так что просто допустим. Потом стащили всех в кучу. Мы с тобой, Палыч, уже такое видели…
– Да. В магазине.
– Именно.
– И что делать? – спросил Вишняков и нервно сглотнул. – Если в этом мире всех пожрали, и нам некому помогать, то мы в тупик уперлись? Как выбираться-то будем?
– Я думаю, пожрали не всех, – отозвался Гарик. – Надо двигаться дальше.
– Почему не всех?
– Потому что бензин из баков кто-то слил уже явно после того, как ремехи устроили бойню. И при этом умудрился не попасть к ним на обед… Ладно, пойдемте к Боливару, не будем беспокоить мертвых.
Мы с Вованом кивнули и зашагали прочь.
Увиденная картина не способствовала поднятию настроения. Зато словно ускорила принятие того факта, что Нат больше с нами не по пути. Подобный поворот вполне в духе нашего приключения. Впрочем, возвращаясь к машине, я продолжал ощущать мерзкое и настырное беспокойство.
Конечно, мозгами я понимал, что останкам несчастных уже много лет. И если бесы когда-то и вторгались в этот мир вместе с пресловутой переработкой, то наверняка это случилось давно. Настолько давно, что твари уже давно передохли от голода, если вообще были на такое способны. Но всё равно я невольно крутил головой по сторонам, так и не снимая палец на планки переводчика огня. Мне настойчиво казалось, что ворох слежавшихся костей и тряпья вот-вот придет в движение, и из-под него выползет черная тварь. Такая же истлевшая, с торчащими костями и пустыми глазницами огромного черепа.
Желтые тона вечернего солнца больше не казались умиротворяющими, а осмотр брошенных машин не вызывал былого любопытства. Хотелось побыстрее убраться куда-нибудь подальше.
– Не жарко тебе? – спросил я у Вовки, когда мы добрались до Боливара.
– Что? – не понял он, видимо, тоже вынырнув из собственных невеселых мыслей.
– Не жарко в куртке?
Я хлопнул его по рукаву.
– Нет, – рассеянно отозвался он, старательно постукивая боковиной кроссовок о приступку салона. – Она из какой-то ткани прикольной. Воздух хорошо пропускает. Будто ее и нет вовсе.
– Да, действительно прикольно, – я согласился, тоже очищая подошвы от пыли и прилипших травинок.
– Залезайте, парни! – поторопил Игорь, поворачивая ключ зажигания.
Заурчал двигатель, и мы забрались в буханку. Тут же заиграла магнитола, но Гарик быстро убавил громкость. Я занял привычное место за столиком, скинув разгрузку и положив автомат на пассажирские сидения. Вовка закрепил «Сайгу» между прорезями лежанки, накинул на ствол косуху и продолжил ковыряться со своим чехлом. На этот раз он пытался приделать к нему ремни от моей порванной разгрузки, распарывая их морковным ножом.
Разговаривать не хотелось. Над нами словно повисло какое-то странное, давящее к земле тревожное чувство. Захрустела коробка передач, и буханка медленно тронулась с места. Мы проводили взглядом проплывшие за стеклом машины, и я мысленно пожелал покоиться с миром останкам людей, которых даже не знал.
«Видимо, в этом и есть суть нашей помощи… – мрачно подумал я. – Мы всегда либо не успеваем вовремя, либо не успеваем совсем. Чёрт, и как же мы будем отсюда выбираться?»
Дорога снова принялась резво петлять среди заросших холмов. Уже через пару минут мертвая колонна скрылась из виду. Мысли роились в голове, задавая множество бесполезных вопросов и шустро обгоняя одна другую. Я пытался смотреть в окно, но перед глазами так и стоял пожелтевший череп, собирающийся отгрызть кусок моей жизни. Сумбурные образы сменяли друг друга, и я почувствовал острую необходимость дать выход скопившимся эмоциям.
– Гарик, передай лист бумаги и ручку, – попросил я, подаваясь вперед.
– Тебе зачем?
– Хочу что-нибудь написать…
– Роман? – поинтересовался Вовка.
– Хуже… Песню.
– Так у нас же не на чем ее исполнить. Даже гитары нет.
– Потом музыку придумаем, – я отмахнулся.
– Держи, – Мезенцев достал из бардачка и протянул мне ручку и листок.
– Спасибо.
Я опустился на место и, погрузившись в собственные мысли, набросал несколько строк.
Мы идем по горячей дороге,
По горячим следам от печалей к тревоге.
Мы идем по солнечным бликам,
По иссохшим ручьям, по улыбкам и крикам.
И везде нас встречают рассветы.
Нас встречают закаты и немые скелеты.
Сотни лет безо всяческой цели,
Мы всё время на мушке, мы всегда на прицеле.
– Тохан, ты очень мрачный автор, – грустно заключил Вишняков, когда я закончил черкать.
Оказывается, он периодически поглядывал на то, что я пишу. Видимо, по большей части его интересовало то, как я буду справляться с раскачивающимся из стороны в сторону столиком.
Буквы и правда получились неопрятными, но я специально писал достаточно крупно, чтобы всё равно можно было разобрать.
– Покажи, что получилось, – Гарик протянул руку.
Я вложил в нее листок.
– Ого, – заключил он спустя несколько секунд. – Сильно. Самый настоящий рок.
– Ага, – кивнул я, почувствовав небольшое облегчение после того, как дал мыслям выход, хоть и в такой форме. – Баллада причем, скорее всего.
– Я приберу в бардачок. Хороший текст, потом музыку сообразишь?
– Да, как только до гитары доберусь… – я отвернулся к окну.
Мысленно так и хотелось добавить: «Когда домой вернемся». Но какой смысл это повторять? К тому же не стоило лишний раз задевать парней за больное, ведь это и так очевидно.
Тем временем пыльная колея начала огибать большой холм, вздымающийся над остальными подобно гигантскому, назревающему прыщу. Гарик сбавил скорость, так как дорогу было видно теперь только метров на тридцать.
Смена окружающего вида привлекла внимание, и мы с Вовкой задумчиво уставились сквозь ветровое стекло.
Боливар, немного накренившись на один бок, обогнул земляной нарост, и взору предстала огромная низина, изрытая множеством округлых выемок, заросших травой. Повсюду виднелись обрывки ржавеющего металла и остовы машин.
От такого буйства деталей даже слегка закружилась голова. Глаза забегали из стороны в сторону, оглядывая представшую картину.
Дорога переходила в пологий спуск, являвшийся основанием того самого земляного прыща, верхушку которого мы только что обогнули. Где-то вдалеке, на противоположной стороне низины, виднелись развороченные коробки домов, распложенных несколькими рядками. Стены большинства разрушились и покрылись копотью.
В голове что-то щелкнуло, и в следующую секунду стало очевидно, что округлые выемки в земле представляют собой не что иное, как заросшие травой воронки от взрывов.
Кажется, раскинувшийся внизу поселок был раза в четыре больше того, что мы недавно покинули. На противоположном холме так же виднелись какие-то длинные одиночные постройки, напоминающие то ли местные коровники, то ли длинные сараи. Рядом стояла покосившаяся водонапорная башня, половина листов обшивки которой была сорвана. Рядом на земле лежала вторая.
Гарик невольно чертыхнулся и нажал на тормоз. В силу того, что зад буханки оказался выше носа, мы с Вовкой заскочили на пассажирские сидения, перегнувшись через спинки. При этом затвор калаша больно впился в колено.
Не успел я открыть рот, чтобы напомнить о первом пункте нашего нового устава, как на крышу лежавшего неподалеку автобуса запрыгнул человек. С первого же взгляда было понятно, что его кто-то преследует.
– Понаблюдали спокойно, сука, – раздраженно буркнул Мезенцев, когда буханка остановилась.
Это был молодой парень, может быть, наш ровесник или около того. Он резко выпрямился, вращая головой по сторонам, будто неведомый преследователь мог оказаться прямо под бортом автобуса. Его грудь тяжело вздымалась от быстрого бега и физических нагрузок, всё лицо покрылось выступившими каплями пота, поблескивающими в лучах вечернего солнца.
Несмотря на то, что нас разделяло приличное расстояние, я отчетливо видел большие выпученные глаза неизвестного в темных рваных брюках, заправленных в ботинки с высокими берцами. На коленях виднелись защитные пластиковые накладки. Рельефный, высушенный торс прикрывала пыльная безрукавка из грубой ткани. Под смуглой кожей, подобно множеству строительных тросов, играла сеть крепких жил и вздувшихся вен. На поясе болталась пара брезентовых подсумков, а в руках он сжимал небольшой предмет, плотно прижимая его к груди. Темные короткостриженые волосы стояли ёжиком, и от каждого резкого поворота головы с них слетали мелкие капельки пота.
Сделав пару быстрых скачков от одного края автобуса к другому, парень уставился на нас. Словно не веря своим глазам, он замер на несколько секунд, после чего посмотрел вниз и тут же стал кричать что-то неразборчивое, нервно переминаясь с ноги на ногу.
Я ничего не смог разобрать из-за ворчания холостых оборотов двигателя и грохота крыши автобуса под ботинками парня. Но ясно одно, он пытался нас о чём-то предупредить. Назойливое беспокойство, сидящее внутри, наконец-то вырвалось наружу, прогоняя прочь нарочитую медлительность, навеянную размеренной поездкой.
– А вот и приключения, – Мезенцев резко вырубил магнитолу и положил руку на автоматное цевье. – Сука, а я уже скучать начал.
Не успел я сползти на пол с пассажирского сидения, как Вишняков сдернул с «Сайги» косуху и, засунув руку в один рукав, щелкнул замком пассажирской дверцы.
– Ты чего творишь? – недовольно воскликнул я, соображая как лучше поступить в данной ситуации.
– Надо узнать, чего он орет, – бросил Вишняков и высунулся из машины, держась рукой за стойку двери. – Эй, что происходит?!
– Вован, чтоб тебя! – разозлился я. – Договорились же…
В следующую секунду огромный пласт степного дерна, расположенный в метре от открытой дверцы, резко отлетел в сторону, подобно фанерной крышке. Огромное облако взметнувшейся пыли окутало пространство за бортом машины, а в следующую секунду в уши врезался уже знакомый визг механизмов.
Я хотел рывком вскинуть автомат, но всё произошло настолько стремительно, что оружие показалось неимоверно тяжёлым, а мои движения неоправданно медленными. Адреналин и испуг выстрелили с такой силой, словно по бокам с двух сторон врезали палками.
Из облака пыли вырвалось какое-то бесформенное образование и метнулось к Вовке. Но тот молниеносно среагировал и стремительно отпрянул, отчего накинутая только на одно плечо куртка не поспела за телом, оставив свободный рукав телепаться на улице. Солнечные лучи, пробиваясь сквозь пылевую завесу, очертили контур массивной твари, которая вцепилась в рукав косухи, подобно гигантскому крокодилу.
Вишняков только и успел, что громко выругаться, когда неведомая тварь буквально выдернула его из салона и потащила на улицу. Последним, что я увидел в этом стремительном миге, стал рисунок протектора на подошве Вовкиных кроссовок.
– Тохан, держи его! – заорал Мезенцев, пытаясь извернуться на водительском месте так, чтобы вытащить автомат и направить ствол в пассажирскую дверь.
Начало приключения оболтусов Гарика, Вовки и Антохи вы можете прочесть здесь:
https://author.today/work/334059
Разговорные стримы пока продолжают выходить здесь. Но замедление данной площадки даёт о себе знать. Обязательно заглядывайте каждую субботу с 19:00 до 21:00 по МСК, чтобы лично задать в чате все интересующие вопросы.
https://www.youtube.com/channel/UCw_fiwCS5uaGV56KP2FhBdw
Игровые стримы теперь переехали сюда: