Он вернулся домой к жене, дочери и матери. Две любимые женщины и маленький его цветочек-незабудка по имени Варенька окружили Григория теплом и заботой.
Только вот он часто мыслями возвращался в тот разрушенный домишко лесника. А еще он думал, правильно ли сделал, когда просто развернулся и ушел, думая о том, сколько еще таких сироток по стране? Ну вот взял бы он его в охапку и поволок к станции, сдал бы милиции, а дальше что? Убежал бы малец, скитался бы по подвалам да подворотням. Вряд ли бы он вернулся в лесной домик. Или бы в деревню его отвел, тот же результат...
Но с другой стороны, разве это жизнь? Ладно летом, малец в деревне что-то умыкнет, а зимой как?
Хотелось Григорию думать о том, что мальчишка всё же сдался и обратился ко взрослым. Но почему-то мысль, что он еще там, не давала покоя.
- Тяжко Грише, всё мыслями будто где-то далеко, - услышал он голос жены Маруси, обращенный к его матери.
- А что ты хотела, дочка? Четыре года ада - это просто так не пройдет. Время нужно. Ребеночка бы вам еще родить, маленький от мыслей грустных отвлечет. Девчонка это, конечно, хорошо, но сын ему нужен.
- Знаю, мама, знаю. Даст Бог, родится у нас сын. Но сейчас что мне делать?
Григорий зашел за угол и встал рядом с женой и матерью.
- У меня всё хорошо. А мыслями я не на вой.не, а в одной лесной избушке, что недалече от белорусского села.
- А что там стряслось, Гришенька? - мать ласково погладила его по плечу.
Сев на завалинку, Гриша рассказал матери и жене о Вовке.
- ... И теперь не знаю, правильно ли я поступил, что не отвез его в город или не отвел в село. Я ведь взрослый, а сам поступил как ребенок.
- Гриша, - жена присела рядом с ним. - Никто не знает, как правильно поступить в этом деле. А ты Павлу напиши, пущай сходит к тому домишке и все разузнает.
- Какая ты у меня умница. - он поцеловал её в макушку. - Вот отчего я сам до этого не додумался. Когда там твоя подруга Танька на станцию письма понесет?
- Вроде послезавтра.
- Вот я напишу, а ты передай.
****
Казалось, то время, пока шел ответ, тянулось бесконечно. Целый месяц ждал ответа Григорий, но терпел, понимал, что письма - это не телефонограмма, быстро не приходят.
И вдруг в ворота постучала Татьяна и позвала Григория:
- Гришка, весточка тебе!
Он в нетерпении соскочил с крыльца и бросился к калитке. Выхватив конверт, Гриша развернул его и, сев на завалинку, стал читать, пока его жена Маруся болтала с подругой. Письмо было длинным и радостным по содержанию.
Павел писал, что ходил он в тот домишко и только на третий раз застал там мальчонку. Уговорами он убедил Вовку пойти с ним. А там уж тетка, добрая душа, под крылышко свое взяла, сказав, что где семь ртов, там и для восьмого еда найдется. А еще Пашка поведал, что ему, как фронтовику, а теперь и колхозному трактористу государство жилье дает в этой же деревне. Домик небольшой, подремонтировать его надо будет, но всё же отдельный. А отдельное жилье ему как нельзя кстати, потому что жениться он собрался на местной красавице Валентине. И не прочь она Вовку под крыло свое взять, так что просил его Пашка быть спокойным, мальчонка в семье расти будет.
На свадьбу звал, писал, что в сентябре гулянка будет, на двадцать первое сентября наметили.
- Вот Пашка дает! - присвистнул Григорий. - Не успел вернуться, а уже жениться собрался. Когда же успел невесту найти?
- А что хотел, Гриша? - подмигнула ему Татьяна. - Вас же, мужиков, сейчас по пальцам посчитать можно. Вот бабоньки не теряются, быстрей других стараются прибрать свободного мужчинку к рукам. Вон, Надька-вдовица замуж в сорок четвертом вышла за одноногого Борьку. Хоть косой, хоть кривой, а мужик в доме. А тут Пашка твой. Чай целый домой вернулся?
- Целый, - кивнул Гриша. - Бог нас с ним будто берёг.
- Вот, молодой, целый, а чего еще нужно? Вот какая-нибудь молодуха и прибрала его к рукам, пока другие не уволокли, - она расхохоталась.
- Так что, Маруська, придется нам на свадьбу ехать.
- А что бы не поехать? Лет пять уж никуда из села дальше райцентра не выезжала.
- Вот, а с председателем я договорюсь, надеюсь, отпустит, хоть и нелегко это - сбор урожая в сентябре в самом разгаре.
***
Ему и правда стоило больших трудов уговорить председателя отпустить с ним Марусю. Мать Григория вызвалась подменить невестку на поле, хоть и не состояла она сама в колхозе.
Девятнадцатого сентября Гриша, Маруся и их дочь Варенька прибыли в село, где Григория так душевно встречали.
- Вот дом наш! - гордо стукнув по брусу, улыбался Павел. - Мы уж с Валюшкой здесь обживаемся.
- Так свадьбы же еще не было? - Маруся вопросительно посмотрела на Пашу и покраснела: - Гриш, а может ты что перепутал?
- Да, не было у нас свадьбы. Ну и что? - рассмеялся Павел. - Какая разница, скоро мы уж всё равно женимся. А так и дом обживаем, ведь впереди зима. И Вовка при нас. Вовка, иди гостей встречай! - крикнул хозяин.
Из дома выскочил пацаненок и Гриша с трудом узнал его. В тот раз он видел чумазого, в грязной и рваной одежде пацана, волосы которого слиплись от грязи. Сейчас же он был в чистой рубашке, пусть и не по размеру. Гриша сразу понял, что скорее всего одежда на Вовке с плеча одного из двоюродных братьев Павла.
Штаны были внизу закатаны, а вместо пояса бечевкой перевязаны. Но самое главное, что малец был чистым - вместо грязных разводов румянец на щеках, волосы топорщились, развеваясь на ветру.
- Ну что, Вовка, узнал меня?
- Узнал, - он кивнул и подошел к нему, протянув чистую руку.
- Ну что, лучше здесь, чем в избушке лесной? - подмигнул Гриша.
- Лучше, - улыбался во весь рот мальчишка. - Паша и Валя очень хорошие, добрые.
Но тут он перешел на шепот и произнес, поморщившись:
- Правда, Валя меня постоянно мыться заставляет и руки по сто раз на дню мыть. А еще она меня Вовочкой называет, а ведь я уже большой.
- Терпи, брат, это заботой называется. Мамка, небось, тоже тебя Вовочкой называла.
- Терплю, - вздохнул Вовка и они с Гришей рассмеялись.
***
Вечером, выпивая за встречу, Паша заметил:
- Вот так, Гриша, еще жениться не успел, а уже сына заимел.
- Да и я не собиралась становиться матерью десятилетнего пацаненка в двадцать два года, но видите, как жизнь повернулась - засмеялась Валя.
- Ребят, не жалеете, что сделали такой серьезный шаг? - тихо спросил Гриша.
- Да ты что, друг, - Паша похлопал его по плечу. - Дети - это счастье. Даже если они не родные, а найденные в разрушенных домах. Воспитаем Вовку, и своих еще нарожаем, так ведь, Валюш?
- Верно, нарожаем, а Вовка старшим братом им будет.
- Тетка говорит мне, что судьба такая у нашего рода - нет-нет, да приголубить сиротинку, - улыбнулся хозяин дома.
ЭПИЛОГ
После свадьбы товарища Григорий с женой и дочкой вернулись домой. По пути Маруся неважно себя чувствовала, ему показалось, что от усталости это, а потом еще и в поезде укачало. Но оказалось, что ребеночка ждет она.
В середине весны Маруся родила Грише мальчика, которого назвали Павлом, в честь его друга. А через два года еще одного мальчишку - Александра.
Жили супруги ладно и мирно, в доме царили любовь и семейный уют. Так же, как и у Павла с Валентиной. Она родила ему трех дочек, так что Вовка стал единственным сыном, пусть и приемным, но они любили и оберегали его как родного.
Рассказ основан на реальных событиях. Другие истории можно прочитать в подборках навигации на главной странице канала. Так же в описании есть мои контакты и ссылка на ТГ-канал, переходите и подписывайтесь. 🌹🌹🌹
Часть 1
Он вернулся домой к жене, дочери и матери. Две любимые женщины и маленький его цветочек-незабудка по имени Варенька окружили Григория теплом и заботой.
Только вот он часто мыслями возвращался в тот разрушенный домишко лесника. А еще он думал, правильно ли сделал, когда просто развернулся и ушел, думая о том, сколько еще таких сироток по стране? Ну вот взял бы он его в охапку и поволок к станции, сдал бы милиции, а дальше что? Убежал бы малец, скитался бы по подвалам да подворотням. Вряд ли бы он вернулся в лесной домик. Или бы в деревню его отвел, тот же результат...
Но с другой стороны, разве это жизнь? Ладно летом, малец в деревне что-то умыкнет, а зимой как?
Хотелось Григорию думать о том, что мальчишка всё же сдался и обратился ко взрослым. Но почему-то мысль, что он еще там, не давала покоя.
- Тяжко Грише, всё мыслями будто где-то далеко, - услышал он голос жены Маруси, обращенный к его матери.
- А что ты хотела, дочка? Четыре года ада - это просто так не пройдет. Время