Чаще всего зависимых путают с людьми с пограничным расстройством личности. Однако «пограничники» (далее без кавычек) не могут предоставить другим людям столько контроля над своей жизнью. А ещё они колеблются между покорностью и яростной враждебностью. Люди зависимые тоже боятся остаться без поддержки и заботы, но их страх не приводит к агрессивным срывам. Они просто будут раз за разом менять объект, который должен будет им помогать. У пограничников же эмоциональные реакции на близкого человека могут быть резкие, изменчивые, вплоть до презрения. ПРЛщики чаще сами провоцируют разрыв до того, как их бросит кто-то другой. А зависимые, как мы выяснили из прошлой статьи, тянут с разрывом до последнего.
Люди с избегающим расстройством личности, как и ПРЛщики, боятся подчиняться. Они ведут себя вызывающим образом до тех пор, пока не убедятся, что их принимают полностью со всеми их «тараканами». Они испытывают тревогу перед потенциальным осуждением и критикой, что мешает им устанавливать близкие отношения вообще. Так что они не настолько уступчивые, как зависимые, не станут перечить открыто, но будут упорно гнуть свою линию поведения.
Люди с гистерионным расстройством личности нуждаются больше во внимании, чем в успокоении. Разница есть. Они более ярко и активно ищут внимания, в то время как зависимые люди более сдержанны и застенчивы. Их уверенность в себе основана на внешней поддержке и восхищении, в то время как людям с зависимым расстройством важна принадлежность. Также люди с гистерионным расстройством склонны брать на себя ответственность для того, чтобы их заметили, а зависимым важны стабильность и положение «ближе к кухне, дальше от начальства».
Зависимость следует отделять от созависимости. ЗРЛ может обуславливать созависимое поведение. Мы же с вами знаем, что в треугольнике Кармана невозможно навсегда остаться в одном положении: мы вынуждены перемещаться с жертвы до агрессора и далее в спасателя. А все три позиции треугольника зависимы. Только, собственно, зависимость обеспечивает нам частое присутствие на позиции жертвы. Созависимость же заставляет нас вставать на позицию агрессора или спасателя. У них есть схожие черты с позицией жертвы: низкая самооценка, склонность к слиянию и отсутствие личных границ. Созависимость в этом представляется психической адаптацией к зависимости: возможность не быть жертвой, но остаться внутри треугольника.
Однако для того, чтобы стать созависимым, не обязательно иметь психическое расстройство: созависимость может быть и поведенческим отклонением. В то время как зависимость предполагает более глубокое поражение личности.
Созависимость проявляется прежде всего контролем. В ней тоже предполагается отказ от своих нужд ради другого. При этом отказ может осуществляться не с позиции абсолютной беспомощности, а с позицией беззащитности. То есть СОзависимый чувствует себя беззащитным (!) рядом с зависимым и его акт агрессии выражается в контроле или спасении. Сам-то он чувствует себя в силах изменить свою жизнь, но беспокоится или даже уверен в том, что зависимый ему собирается помешать.
Зависимый же боится автономности. Если он начинает выздоравливать, то промежуточным положением между его эмоциональным состоянием и здоровой психикой будет являться СОзависимость. Это возможное решение, но отнюдь не необходимое. Так что из зависимости не обязательно переходить в созависимость, чтобы чувствовать себя сильнее.
Интересная особенность в том, что тяжёлое состояние отношений в паре создаётся попустительством созависимого. Зависимость - это расстройство личности, надолго его скрыть не получается. Если люди встречаются около полугода, зависимость уже должна быть проявленной. И тогда, когда она проявлена, у партнёра имеется возможность попустительствовать тому, что его делают ответственным за отношения целиком и за личность другого, или не делать этого.
К сожалению, чаще зависимый стиль поведения проявляется у девушек. И когда мужчина и женщина начинают встречаться, женская зависимость воспринимается как флирт и даже некая «замануха». Зависимая женщина не будет открывать банку консервов сама, станет просить об этом мужчину, а затем торжественно его нахваливать.
Разумеется, зависимость не проявляется единожды. Повторюсь, в течение полугода отношений её можно заметить, как тенденцию. Однако мужчина, в силу особенностей своего характера и склонностей к другому расстройству личности, воспринимает женское поведение за приглашение в долгие отношения. Пропускает первые звоночки.
Подобное может случиться также в паре, где зависимый - мужчина. Однако тут, чтобы пропустить первые звоночки, у девушки, скорее, уже будет готовая СОзависимость. Она уже знает, что такое опекать мужчину и чувствовать себя главной в отношениях. Поэтому тоже пропускает сигналы об инфантилизации партнера.
Зависимый в отношениях с СОзависимым чувствует, что главная его потребность удовлетворена: он утешаем и поддержан. У СОзависимого вспыхивает его ощущение нужности и незаменимости. Все довольны до тех пор, пока инфантилизм зависимого не начинает выходить за рамки возможности созависимого.
Особенный психологический регресс зависимого проявляется в том, что он совершает что-то необдуманное или с ним происходит что-то неприятное, где требуется его немедленное решение, а он отказывается это делать.
Зависимый отказывается разгребать последствия своих же поступков. Он готов «собирать лавры», но если дело касается взятия на себя вины, то вину и ответственность придётся нести созависимому.
Самой распространённой иллюстрацией этого процесса является демонстративная передача телефонной трубки партнёру, когда зависимый поссорился с собеседником на том конце провода. Иллюстрацией этого же явления будет обращение к родителю своего партнёра в период ссоры с ним, постоянное призывание кого-то на помощь в отношениях с другим взрослым человеком. Все это делается с целью, чтобы спасатель повлиял на него, и является ярким признаком зависимого поведения.
А еще я писала в одной из прошлых статей о том, что зависимое и тревожное расстройство часто идут рука об руку. Определить, какое из них доминирует, можно по нескольким составляющим. Тревожные люди имеют больше амбиций, чем зависимые. Потому что у тревожного человека есть иллюзия, что, стоит ему забраться выше по социальной лестнице, ему станет безопаснее. ЗРЛ решает этот вопрос через отношения.
Для зависимого человека не свойственно иметь несколько партнеров единовременно, то есть он только в исключительных случаях решается на любовника\любовницу. Впрочем, зависимому ничего не мешает иметь платонические отношения на стороне - друга или подругу по переписке. Так зависимый «убивает двух зайцев»: он остается в отношениях и получает двойную порцию поддержки. А тревожный, как уже понятно, более склонен к созданию любовных треугольников, ведь он не может долго ждать и его проблемы, не будучи решенными «прямо сейчас», рискуют затопить его.
Подборки всех статей по тематикам:
Работа с чувствами (кроме боли)