Из-за повального формализма искусствоведов я люблю мало применяемое слово идеостиль. Оно неявно акцентирует, что большие художники творят не новизны ради, а выражая свой подсознательный идеал, не данный сознанию, по крайней мере пока душа их горит вдохновением.
Как я внутренне возмущался ранним Дали, когда обнаружил, что ради красяво он принялся за якобы импрессионизм. – Почему якобы? – Потому что «В сознании современного исследователя, так или иначе, живёт представление о первофеномене культур» (Якимович. В кн. Советское искусствознание ’76-2. C. 93). Иначе говоря, о формуле идеостился. Тогда как стиль – это о форме без идеи. Это было во-первых (насчёт якобы). Во-вторых, можно от идеи отступить, а от формы – нет. Что и сделал Дали. – Именно. Формула идеостиля импрессионизма: хвала абы какой жизни. Чуть не пессимистическая. А без «абы какой жизни» получается красяво. И никакой даже тени пессимизма нет. – Целые орды художников советского времени прятались в таком якобы импрессионизме. (Два вождя после дождя Герасимова яркий пример.) Хвала чего бы то ни было открытым цветом ведь может быть и без дробления его на мелкие мазки. Это с одной стороны. А с другой – импрессионизм ещё исторически не далеко ушёл по пути пессимистического натурокорёжения, и его можно было спутать с простым реализмом. – Вот советские приспособленцы и пользовались…
А теперь, - я смотрю Алексея Ланцева, - можно ту же операцию проделать и с фовизмом. Подсознательный идеал фовиста – как у философского ницшеанца, убежавшего из Этого скучного-прескучного или ужасного мира в метафизическое иномирие. И Этом миру достаётся в изображении большое натурокорёжение из-за крайне негативной эмоции несчастного автора.
Эту несчастность искусствоведы-формалисты прячут. У Марке я её всё же нашёл (см. тут). У Матисса вместо неё я нашёл полную аморальность, как бы не осознаваемую как таковая. А может… Она у него была такая гипертрофированная, что его угнетала, и он её маскировал привычной для окружающих степенью, и от неё, чрезмерной, в глубине души бежал из Этого мира в метафизическое иномирие. Его первая вещь…
Было б эффектнее, если б точно в центр картины попал угнетавший предмет его особого извращения. Но и чуть вне центра он достаточно выделен. Ничто не резко, кроме, собственно его. Разве что в парадоксальной темноте оказалась голова натурщицы. Как бы акцентируя, ЧТО сверх… Я не знаю, как выразиться.
Разностью темпераментов, может, можно объяснить, почему Марке свои натурокорёжения прятал (так что интеллектуальное напряжение требуется, чтоб их найти), а Матисс не прятал.
А у Ланцева можно и не искать катастрофы, раз у него глубина души не участвует в живописании. И он корёжение натуры подчинял лишь красоте.
В чём она, красота? – Мне и не по силам, пожалуй, осознать.
Во-первых, Ланцев решил поддаться требованиям декоративности и ограничил свою палитру. Зелёным (1.1, 1.2, 1.3, 1.4, 1.5, 1.6, 1.7, 1.8, 1.9) и красным (2.1, 2.2). Все цвета – тусклые (туманный Альбион).
Ритмическое начало.
Пластическое движение тёмного – как морская звезда.
Упрощение формы. Многое – как бы кляксами: кроны деревьев, памятник, какие-то такие же тёмные, как памятник, штуки слева от него, автобусы, силуэты людей.
Другое дело, что там вообще не такая топография.
Это всё-таки 2024 год. Идёт СВО. Может, Ланцев и поехать в Лондон не мог, и не с натуры писал, а по фотографии, и разрешал себе, как фовисты, под которых он косит, многое… Тем более, что красяво не требует похожести…
Боже! Перед такой вещью, о, как я понимаю тех, в ком закипает лютая ненависть ко мне-аналитику*… Когда просто завывать хочется от восторга.
Надо же: безоблачное небо и тень на асфальте почти одного цвета!
В натуре.
22 ноября 2024 г.
*- Нет. Зачем мне-аналитику сдаваться? Я подрыгаюсь во имя своего любимого занятия.
Теневая оранжевая сторона дома расширяется кверху. Наверно, это из-за арки в этом доме.
И каково направление солнечных лучей (определим по тени фигуры в белой одежде) и, следовательно, свет от этой арки, оставляющий вокруг себя на земле тень от дома (я сперва саму тень и свет на земле - настоящие - не закрашу в выбранный художником цвет)?
И какую картину получаем, если б Ланцев не корёжил пространство
Если я себе не внушаю, вариант Ланцева красивее.
То есть он натуру корёжит не ради самовыражения последней глубины своей души, страшной у настоящих фовистов, а ради того, чтоб понравиться зрителю, которому в 2018 году было плевать, например, на то, что вот уж 4 года как идёт геноцид русского народа на Донбассе, а Россия терпит.
23.11.2024.