Довелось мне пару месяцев назад побывать по делам в Боснии. (Хорошо, что успел до начала отопительного сезона. Уж очень тяжело я переношу сербский смог, а в Боснии, осенне-зимний смог от такого же как в сопредельном государстве ничем не отличается).
Так как в Боснии у меня были запланированы встречи, на которых нужно было обсудить множество вопросов, компанию мне составила Ирина – русская девушка-переводчик. Замужем за сербом, от которого у неё двое детей. 5 лет живет в Белграде, до этого больше года жила и работала в Боснии, имеет сербское гражданство.
Я, по моему самомнению, достаточно сносно говорю по-сербски, понимаю собеседников, но здесь немного другая ситуация. Хотя сербский и боснийский языки – это практически одно и тоже, но у боснийцев странный диалект, особенно в горных районах. Для меня сложнее их понять, да и некрасиво заставлять собеседника ждать, пока я сформулирую в голове ответную фразу. Поэтому в Боснию я отправился с Ириной.
Так как путь в Боснию от Белграда не близок, по дороге разговорились. Основная тема разговоров, конечно же, о том, как приживаются на балканской земле наши соотечественники. По пути я проболтался, что завел в «Дзене» блог, в котором рассказываю о сербских реалиях, развлекая статьями читателей в России и предупреждая «понаехов» в Сербии. (Правда, как правило, они предпочитают топтаться по собственным граблям!)
Статьи Ирине понравились, лишь несколько раз она вставила незначительные замечания и даже пообещала подписаться. А на третий день, когда наша совместная командировка подходила к концу, она поинтересовалась, смогу ли я вставить в блог её историю.
- Ну, а почему «нет»? – не стал упрямиться я, и протянул ей диктофон, который наутро она вернула с записью.
В первую очередь я хочу попросить у неё прощения, что сразу не обработал запись, а делаю это только сейчас.
А для читателей поясню, что повествование в этой статье я буду вести от лица Ирины. Ведь это её история! А назову я её рассказ: «Мой опыт общения с сербскими больницами»:
- «Пару месяцев назад мы с дочкой внезапно попали в больницу - педиатрическое отделение КБЦ (клиническо-больничный центр) Земун. Расскажу о своих впечатлениях от сербских больниц – по этому, и всему предыдущему опыту. Вообще-то, я очень здоровый человек, и до появления собственных детей мне не приходилось сталкиваться с больницами - ни в России, где я жила раньше, ни в Сербии. Поэтому, увы, я не смогу сравнить «тут и там», но подозреваю, что общение с сотрудниками педиатрических служб более приятное, чем во взрослых отделениях, потому что в сербском обществе к детям относятся с теплотой и вниманием.
Где мне случалось побывать/полежать?:
• Роддом ГАК «Народни фронт» в Белграде: тут рожала первого ребенка;
• Больница в Крагуеваце: рожала второго ребенка, миллион раз возила обоих на плановые обследования, возила старшего к детскому хирургу с переломом ноги;
• Специальная больница «Баня Ковиляча»: реабилитация у старшего после перелома;
• КБЦ Земун: сопровождала младшую с воспалением легких;
•Детская больница «Тиршова» в Белграде: была однократно на осмотре с младшей;
•Институт матери и ребенка в Белграде: была однократно на осмотре со старшим.
Во всех этих больницах я была по государственной страховке, и лечение было бесплатным.
Как обстановка? Большинство больниц (и поликлиник), где мне приходилось бывать, до боли напоминают «совок». Не знаю, где у человека в теле находится оскомина, но у меня от обстановки в сербских государственных медучреждениях сразу начинает посасывать под ложечкой от неприятных воспоминаний из родной, провинциальной «совдепии».
Но стоит сказать, что есть и другие примеры. Так, в педиатрическом отделении в Земуне меня приятно удивил современный ремонт, а в Бане Ковиляче больничные корпуса и вовсе расположены в исторических зданиях (и это по-настоящему крутая атмосфера).
В «Народном фронте» обстановка зависит от отделения, а Крагуевацкий медцентр я могла бы охарактеризовать как «бедненько, но чистенько» (и несмотря на это, у меня там был только положительный опыт).
К сожалению, в каком бы состоянии ни была больница, быстрее всего уходит в утиль фурнитура в душевых и туалетах: крючки в душе, кнопки на смывных бачках. Так что повседневная гигиена немножко напоминает туалет в поезде, где ты пытаешься привести себя в порядок, удерживая вещи свободной рукой и переживая, что в дверь ломится следующий пассажир.
А еще, если вам предстоит лечь в сербскую больницу, вот вам совет: обязательно берите с собой туалетную бумагу. Потом будете меня вспоминать добрым словом. (Подтверждаю – с туалетной бумагой в общественных местах напряженка. Это касается не только больниц. На заправках, в бассейнах, торговых центрах средней руки и различных «забегаловках» туалетной бумаги в уборных не бывает. Это становиться неприятным открытием! Прим. автора)
Как врачи и медперсонал? Все врачи, медсестры и медбратья, с которыми мне приходилось общаться подолгу, произвели впечатление профессионалов, внимательных к пациентам и приверженных своей профессии. Но, повторюсь, возможно, стоит сделать поправку на то, что к детям относятся бережнее. Мне приходилось слышать от других, в том числе от пожилых родственников, рассказы о безразличных и грубых сотрудниках.
А теперь нежданчик: профессионализм медперсонала ещё не означает, что тот заботится о комфорте пациентов.
Как так? Мне показалось, что сербская система здравоохранения работает, как отлаженный конвейер, где важно качественно и быстро обслужить пациента. Если пациент при этом не понимает, что происходит, чего ждать дальше и какие у него права - не беда. Лишь бы работать не мешал!
А ещё меня не перестает удивлять странная зацикленность на утреннем обходе. К приходу врачей надо навести порядок на кровати и тумбочке, застелить постель и в итоге лежать/сидеть и не отсвечивать. В такие моменты чувствуешь себя мебелью.
Я так и не поняла этот странный ритуал, но наблюдала его неоднократно.
Как еда? В целом - в больнице как в больнице, не стоит ждать, что будет разнообразно и очень вкусно. Если у вас особая диета (например, я не ем мясо), не надо ожидать, что больница сможет под нее подстроиться.
В «Народном фронте» по запросу готовят вегетарианскую, веганскую и безглютеновую пищу, но, мне кажется, это одна из редких больниц.
Как с посещениями? Это будет самый короткий раздел текста. Никак. После «короны» их нет. Но близкие всегда смогут передать вам пакет с вещами в отведенные для этого часы.
Как в целом? Мое основное впечатление - что государственной системе здравоохранения не хватает совсем чуть-чуть, чтобы стать лучше. С одной стороны - инфраструктуры (ремонта, электронных очередей, нового оборудования), а с другой - изменения подхода, чтобы он стал пациентоориентированным. Возможно, это не такое маленькое изменение, как кажется на первый взгляд, ведь оно потребует дополнительного обучения, а возможно, и дополнительных сотрудников, чтобы медперсонал мог тратить больше времени на общение с пациентами.
Но я уже видела, как это может работать, в платном послеродовом отделении «Народного фронта». И надеюсь, что со временем так будет везде.
Неприятный осадок был только один раз. В одном из клинических центров стала свидетелем того, как умер ребёнок «понаехов» из России. Мамаша, имея только ВНЖ, весь день и вечер упорно пыталась вызвать сыну «скорую», а когда додумалась приехать в больницу самостоятельно, то было уже поздно. Врачи ничего сделать не смогли. Поэтому совет: Не ждите «скорую помощь»! Это вам не Россия! Спасение в критической ситуации – зависит только от вас самих только ваших рук!
Итог: Строгость, «совок», сострадание.»
Кому интересны подробности сербской медицины, в этих статьях я их описал более чем подробно:
Командировка наша закончилась, и мы вернулись в Сербию. Ирина поехала к мужу и детям в Белград, а я через два дня улетел прямым рейсом в Сочи.
Р.S. Когда статья уже была готова к публикации, в одном из телеграмм-чатов "понаехов" активно обсуждали случай из последних про сербскую медицину. Специально для вас я сделал скриншоты:
Как говорится, комментарии излишни!
Не болейте и берегите себя!