Иринка шла не разбирая дороги. Темная ночь окутала ее, так же темно было на душе у нее.
-- Как жить то теперь Господи? А ведь клялся, что ни на кого не променяет, -- вспоминала она слова Федора.
-- Эх, Федя, Федя, что же ты наделал с нашими жизнями? Плакала сухими глазами Ирина.
Тихо прошла во двор к родителям. Собака Найда признала ее. Хотела залаять, да увидев женщину завиляла от радости хвостом и кинулась под ноги.
-- Ох, Найда, не повали меня, -- потрепав собаку по спине подошла к крыльцу. Сил не было подняться. Села на нижнюю ступеньку и уткнулась в колени. Вот тут то и пришли слезы. Прорвалась рана. Иринка плакала горько и тоскливо.
-- За что Федя, за что ты так со мной поступил? Или я плохой женой была? Она сидела обхватив руками колени, и оплакивала свою безрадостную разбитую жизнь. В окнах зажегся свет, Иринка даже не заметила. На крыльцо вышел отец.
-- Кто здесь? Он приглядывался в темноту.
-- Это я пап, -- глухо ответила Ира.
-- Иринка? Ты что-ли? А чего так поздно? Ну, давай, проходи в хату, -- он отступил в сторону давая дочери пройти. Ирина тяжело встала и прошла мимо отца в сенцы.
-- Ты проходи доча, мамка еще не спит.
-- Пап, мне сказать надо...
-- Заходи, в комнате скажешь, -- ответил отец открывая в хату двери. Катерина Осиповна сидела подле окна и заканчивала прясть пряжу. Она подняла голову и посмотрела на Иринку.
-- А ты чего зареванная такая? Случилось чего? Как Санька? Здоров ли? Всполошилась мать.
-- Я поживу у вас немного можно?
-- Да что произошло? Ты сказать можешь?
-- Не сейчас мам, давай попозже, -- устало ответила дочь и пошла к себе в комнату. Только за Иринкой закрылась дверь Катерина, спросила у мужа:
-- Она одна пришла? Федора не видел?
-- Одна, на крыльце сидела, плакала. Пойду узел занесу. С вещами пришла.
-- Ваня, подожди, она ничего тебе не сказала?
-- Нет мать, ничего. Ты так потихоньку сходи к ней, да выясни, только не напирай, а то я тебя знаю.
-- Ой, да хватит тебе, а то один ты среди нас умный, -- огрызнулась Осиповна, но пряжу отложила и встала с лавки. Тихонько на цыпочках подошла к двери и прислушалась. Тишина. Мать постучала легонько в дверь. Иринка не ответила. Катерина прислушалась прижавшись ухом к двери.
-- Ириш, ты спишь? Может поешь чего? Мать тихонько отворила двери и вошла в комнату. Дочка лежала на кровати в одежде. Она калачиком свернулась на кровати отвернувшись к стенке.
-- Доча, ну что произошло? С Федором полаялись что-ли? Так это не беда, как поцапались, так и помиритесь. Она присела на край кровати рядом с дочерью.
-- Загулял он мам, -- тихо сказала Ирина. Катерина Осиповна вся напряглась.
-- Так может брехня это доча. Откуда знаешь?
-- Ой, мама не брехня, сложила дважды два.
-- Ну, и что делать собираешься? Может зря ты ушла, поговорить надо было.
-- Не о чем нам, мама, говорить с ним. Он с соседкой нашей загулял, с Клавой, -- с горечью ответила Ира.
-- Да не может быть. Не верю, Федя не такой.
-- Вот и я думала, что Федя не такой, а оказалось...
Клава лежала на спине, боль в животе уже не беспокоила, осталась тянущее чувство. Она повернула голову и посмотрела в окно. Слабый рассвет окрасил деревья. Старуха спала сидя на стуле и свесив свою голову на грудь. Клава пошевелила затекшей спиной. Слабая боль откликнулась и тут же исчезла. Микулиха открыла глаза и посмотрела на больную.
-- Ну как ты, оклемалась? Живот не болит? Ну-ка, дай я проверю, -- она встала со стула и приподняв одеяло ощупала живот.
-- Ну вот, совсем другое дело. Вот здесь болит? Она нажала на низ живота.
-- Немного, но той боли какая была вчера уже нет.
-- А выделения есть, чувствуешь?
-- Нет, все хорошо, -- ответила Клава.
-- Ну не торопись вставать, полежи еще. Я вот тебе отвару приготовила, выпей, совсем болеть перестанет. Она подошла к столу и взяла ковшик, протянула его Клавдии. Та привстала немного и выпила несколько глотков поморщившись.
-- Чего кривишься, гадкое на вкус? Спросила участливо старуха.
-- Гадкое, -- ответила Клава. Она отчего-то расплакалась.
-- Ну будет тебе будет, самое страшное уже позади. Маленько отлежишься и выйдешь отсюда как новая. Микулиха вдруг испытала жалость к этой неприкаянной душе.
-- Малахольная, ты, Клавка. То за Колькой убивалась, теперь тебе Федька понадобился. Зачем? Живи, мужа люби, детишек расти. А ты чем занимаешься? Ты хоть знаешь сколько баб в деревне тебя проклинают? А скольких я отправила восвояси, ведь они приходили порчу на смерть на тебя сделать. Заканчивай раздор в семьях сеять. Да и у Николая душа не балалайка, его хоть бы пожалела, детишек. В общем заканчивай с гульками. А я на тебя ритуал сделаю, больше ты на мужиков смотреть не будешь, только на Николая.
-- Ой, делай что хочешь, мне все равно. Так тяжко на душе. Катерина вытерла слезы и уставилась в окно. Немного помолчав и будто что-то, вспомнив, сказала:
-- А Сашка то у них и вправду силой обладает. Старуха встрепенулась.
-- Откуда знаешь?
-- Федор сказал, что Сашка давно знает, что Федор ко мне бегает.
-- Вот это ты мне хорошую новость принесла.
Сашка лежал у себя в комнате и прислушивался, что делается за окном. Он очень переживал за мать. Мальчик замер и сосредоточился на своем теле. Через некоторое время он почувствовал, как в голове у него закружилось и он стал очень легкий, почти невесомый. Посмотрев на себя будто со стороны, Сашка перенесся к матери, которая брела по темной дороге. Он ни на шаг не отставал от нее, беспокоясь чтобы она спокойно дошла. В конце деревни залаяли собаки, но мальчик не обратил на них внимания. Его невесомое тело передвигалось сопровождая и охраняя мать.
-- Федор, а ну-ка зайди ко мне, -- строго позвала сына бабка Оля.
-- Мам, давайте не сегодня.
-- А что так? Спросила мать.
-- Плохо мне мам.
-- Ах, плохо ему. А отчего ж тебе плохо? Это от тебя жена загуляла, да? Бабка Оля надвигалась на сына орлицей.
-- Иринка разве заслужила такой судьбы, а? Зачем же ты, паскудник, женился тогда? Девке жизнь сломал, сыну, себе. Иринка не из тех кто такое прощать будет. Жаль нет на тебя отца, он бы проучил тебя.
-- Все мама хватит, без вас тошно, -- вспылил сын.
-- Ах, хватит, ну я тебе сейчас покажу как хватит, -- разозлилась не на шутку бабка Оля. Она быстро устремилась в угол, где стояли рогачи возле печки. Схватила чаплейку и перетянула сына по горбу. Вот тебе паразит, вот так, чтобы не таскался с чужими бабам! Вот тебе чтобы не позорил свою семью! Сын уже большой, все видит, все понимает, а ты паскудник, на всех наплевал! Она молотила чаплейкой по спине Федора и туда куда доставала.
-- Мам, хватит! -- он в сердцах вырвал чаплейку и кинул в угол. Мать враз обессилила и осела на пол, заголосив тихо и надрывно.
-- Мам, пожалуйста хватит, больше этого не будет. Не пойду никуда.
-- А больше сынок и не надо. Свою семью ты уже разрушил. Она устало поднялась и вышла на двор.
Сашка не выпускал мать из виду. Он видел как она вошла в калитку, как села на крыльцо и заплакала. Сын присел рядом, попытался обнять ее, но у него не получилось. Хотел стереть слезы с ее лица, но руки прошли сквозь лицо. Санька видел, как на крыльцо вышел дед и забрал мать в дом. Тогда мальчишка успокоился и вернулся в свое тело.
-- Санька, ты не спишь? Спросил Федор отворив дверь.
-- Нет, -- тихо ответил сын.
-- Ты прости меня, Сашок....
Продолжение следует...
Спасибо, что дочитали историю до конца. Кому понравилась Ставьте лайки Пишите комментарии Подписывайтесь на канал.