Найти в Дзене
Поехали Дальше.

Я заключил договор с призракам,и он помог мне раскрыть громкое дело.

С 1994 по 2000 год по нашему городу миллионнику  прокатилась волна тяжких преступлений. Параллельно сыпались заявления о пропаже детей от 5 до 14 лет. Поначалу мы никак не связывали это между собой. В те годы к нам в руки попали тонны видеозаписей с издевательствами детей.  Кто-то сколотил целый  бизнес. Детей воровали и продавали извращенцам, снимали  на камеру, а потом распространяли видео. Все нужно было посекундно отсмотреть, описать.  Это невероятно тяжело. Проблема усугублялась еще и тем, что кассеты раскупали как горячие  пирожки не только у нас в городе, но и в соседних регионах. Это провоцировало педофилов. Мы поймали нескольких подозреваемых. Тех, кого «узнали» на видео, и уличных насильников. Каюсь - я закрывал глаза на самосуд. С одной стороны, мне тоже хотелось убивать этих тварей, а с другой - я физически не мог к ним прикасаться. Я бы лучше в туалетную яму прыгнул. Оперативная работа приводила только к тому, что мы ловили насильников. Но подобраться к сволочам, котор

С 1994 по 2000 год по нашему городу миллионнику  прокатилась волна тяжких преступлений. Параллельно сыпались заявления о пропаже

детей от 5 до 14 лет. Поначалу мы никак не связывали это между собой.

В те годы к нам в руки попали тонны видеозаписей с издевательствами детей.  Кто-то сколотил целый  бизнес. Детей воровали и продавали извращенцам, снимали  на камеру, а потом распространяли видео. Все нужно было посекундно отсмотреть, описать.  Это невероятно тяжело. Проблема усугублялась еще и тем, что кассеты раскупали как горячие  пирожки не только у нас в городе, но и в соседних регионах. Это провоцировало педофилов. Мы поймали нескольких подозреваемых. Тех, кого «узнали» на видео, и уличных насильников. Каюсь - я закрывал глаза на самосуд. С одной стороны, мне тоже хотелось убивать этих тварей, а с другой - я физически не мог к ним прикасаться. Я бы лучше в туалетную яму прыгнул.

Оперативная работа приводила только к тому, что мы ловили насильников. Но подобраться к сволочам, которые занимаются продажей детей и распространением видео, никак не могли.

Однажды я пришел на работу и услышал всхлипы, крики.В кабинете следователя сидел перепуганный, плачущий парень. Было видно, что у него не в порядке с головой, но вел он себя, несмотря на истерику, адекватно. Успокоившись, осмысленно отвечал, правда, отрывистыми, простыми предложениями, как  ребенок. Выяснилось, что это  некий Антон Л. (имя изменено), 25 лет. Его арестовали, так как он  похож на насильника с ориентировки. Плюс у него в мастерской постоянно тусуются мальчики-подростки, а в шкафу обнаружили кассету с детским видео.  Сам парень рассказал, что имеет инвалидность, живет с матерью, больше родных нет. Мать парализовало, с постели она не встает. Он организовал у себя в сарае мастерскую, выпиливал разную мебель и даже кресты для могил, тем и зарабатывал на жизнь. Он мечтал купить матери колье, а себе —видеомагнитофон.

Местные пацаны напросились к Антону, и он учил их премудростям столярного мастерства. Один мальчишка решил отблагодарить Антона, подбодрить его и подарил ему неподписанную кассету, которую стащил у отца. Как признался мальчик, он не знает, что на ней, но батя любит боевики, наверное, там подобный фильм. Антон обрадовался подарку, но посмотреть кино не мог - не на чем. А потом парня скрутили на улице, побили и потребовали признаться в исчезновение детей. Он боится за мать, ведь она дома одна, а еще ему нужно заработать ей на колье.

Я был уверен, что Антон не преступник. Следователь, что его допрашивал, едва держал себя в руках. Я попросил коллегу (хоть это было не в моей компетенции) самому расспросить подозреваемого. Побеседовав с Антоном, я убедился в своей правоте. Нашел с парнем общий язык, успокоил его, пообещал утром отпустить. Антон  был мне очень благодарен. План был такой. Я опрошу пацанов, соседей, по возможности - мать Антона, а там и дело в шляпе. Заодно выясню откуда у отца мальчишки кассета.

Ночью мне приснился Антон. Мы оказались в кабинете нотариуса, сидели за столом друг напротив друга. Парень выглядел совершенно нормальным, не заикался, не плакал, говорил быстро, четко, распространенными предложениями. Он предлагал заключить некий договор. С меня - похоронить его рядом с матерью, с него «содействие. В чем - не пояснял. Даже во сне я удивился, но решил не отказывать. Мы пожали руки.

Утром я пошел по адресу, где

жил Антон. На пороге меня

встретила встревоженная женщина, соседка. Она сообщила, что мать парня этой ночью скончалась. Когда я вернулся на работу, меня ждала еще — одна новость.. Антон умер от эпилептического припадка. Я вспомнил свой сон, но не знал, что делать. Однако какая-то сила внутри меня заставила выполнить обещание.

И Антон стал приходить во снах каждую ночь! Он давал мне разные подсказки, наводки, порой и адреса!

Поначалу я отмахивался от видений, думал, что меня просто впечатлила смерть несчастного парня, которого обвинили во всех грехах. Он, кстати, действительно оказался не при делах - это все подтвердили. Но любопытство пересилило, и я решил проверять факты, указанные во сне. Черт возьми, они были точными! Самое сложное было объяснить коллегам, откуда у меня информация. Я отвечал уклончиво. Не признаюсь же я, что меня покойник консультирует! Опуская все подробности (а их вышло на 23 тома!), скажу, что нам удалось выйти на след преступников. Сделать это было сложно, так как были замешаны чиновники. Но благодаря подсказкам Антона всех участников задержали. Никто не остался безнаказанным, в том числе отец мальчика, того самого, который подарил кассету Антону. Как выяснилось, мужик был одним из посредников. Его задачей было забирать товар и продавать тому, кто скажет пароль. Он прекрасно знал, чем торгует, но и не думал обращаться в милицию. Оправдывался тем, что у него трое детей, в стране бардак, а деньги не

пахнут.

Слушания проходили в закрытом режиме. Во-первых, уж слишком важные персоны были замешаны.

А во-вторых, родственники жертв требовали, чтобы негодяев отдали им. Когда все мрази отправились по этапу, я тут же написал заявление на увольнение. Начальство обещало златые горы, лишь бы я остался. Но я больше не мог. Лица пострадавших детей, чертовы видеозаписи и морды тех тварей до сих пор снятся мне в кошмарах. Кто знает, если бы я продолжил служить, может, Антон давал бы мне еще подсказки, мы бы вместе раскрыли еще множество преступлений. Но он мне больше не являлся. Как говорит моя жена, значит, я все сделал правильно. Выполнил свою часть договора, Антон - свою. На том мы оба нашли успокоение.