Поехали Дальше.

Я забирала дочку из садика, как обычно — чуть уставшая после работы, с мыслями о том, что успеть приготовить на ужин и не забыть оплатить кружок. В коридоре пахло гуашью и детскими супами, кто-то плакал, кто-то смеялся — всё как всегда...

Воскресный обед у свёкров никогда не был для меня отдыхом. Это был ритуал, почти церковная служба, где роль смиренной прихожанки отводилась мне. Елена Станиславовна, моя свекровь, бывшая завуч, а ныне...

Вера стояла у плиты и машинально помешивала соус, хотя он уже давно был готов. На кухне было душно — духовка работала почти два часа, окна запотели, а запах запечённого мяса смешался с тяжёлым сладким ароматом духов Лидии Павловны...

Ольга поставила тарелку с пастой на стол и отступила на шаг, оценивая сервировку. Белая скатерть, которую она доставала только по праздникам, два бокала для красного вина, свеча в стеклянном подсвечнике...

Меня зовут Анна, мне тридцать два года. Я работаю бухгалтером в строительной компании, плачу ипотеку за двухкомнатную квартиру в новостройке на окраине города. Квартира оформлена в равных долях на меня и моего мужа Дмитрия...

Мраморный пол в холле бизнес-центра «Хрустальный» сиял холодным блеском. Алиса уже три часа водила по нему влажной тряпкой, и, хотя спина ныла, движения её были ритмичными, почти медитативными. Она знала этот пол наизусть — каждую трещинку, каждый скол у лифтовой шахты...

Ольга открыла входную дверь своим ключом и сразу почувствовала — дома что-то не так. В прихожей горел свет, хотя Сергей обычно гасил всё, едва садился за ноутбук. Из гостиной не доносилось привычного бормотания телевизора...

Анна стояла у панорамного окна и смотрела, как ветер гоняет по газону первые желтые листья. Сентябрь в этом году выдался теплым, почти летним, но по утрам трава уже серебрилась от холодной росы. В доме...

— Я не буду ничего покупать твоей дочери! Она не от моего сына. — Голос свекрови звенел на всю кухню, и я почувствовала, как чашка в моей руке задрожала. Первый раз она сказала это через три дня после того, как мы привезли дочку из роддома...

Андрей Романович Березин стоял у окна и смотрел на свое отражение. Стекло, немытое с прошлой осени, делало лицо мутным, размытым, словно он уже превращался в призрака собственной жизни. Сорок девять лет...

Воскресное утро обещало быть тихим. Анна сидела на кухне, обхватив ладонями теплую керамическую кружку. Чай давно остыл, но ей нравилось это ощущение — просто сидеть в тишине, смотреть, как солнечный свет дробится в гранях люстры, и никуда не спешить...

Лиза терпеть не могла семейные ужины по пятницам, но именно Андрей когда-то убедил её, что это нормально: у всех, мол, семьи собираются, ужинают, общаются, просто у неё в детстве такого не было, вот она и воспринимает всё слишком остро...