- Сюда! – вдруг позвала нас гидра, махнув рукой. – В моей пещере они нас не достанут!
Я, конечно, не была уверена в правильности этого решения. Но размышлять было некогда. Схватив Яшкин рюкзак и руку подруги, которая путалась в штанах, я рванула к пещере гидры.
Рыжая хозяйка пропустила нас внутрь, и за нами со скрежетом задвинулся огромный камень.
- Сюда даже Геракл не проберётся! – похвасталась гидра. – Гад! И чего припёрся?
Я огляделась. Да… местечко атмосферное… В пещере было сыро и пахло тиной, но гораздо безопаснее, чем снаружи. Стены покрывал мох, а с потолка свисали какие-то полупрозрачные нити, похожие на паутину.
Гидра поманила нас вглубь своего жилища.
- У меня есть вкусное вино! Я отобрала его у заблудившихся здесь торговцев!
- Яшка, Ромка с Сашкой остались с Гераклом и Иолаем! Ты представляешь, что будет?! – прошептала я, наклонившись к подруге. – Бойня начнётся!
Как бы я не была обижена на своего мужа, но зла ему не желала.
- Ничего с ними не будет. Пусть выкручиваются сами! – проворчала подруга. – Мы по этой Греции носимся как угорелые, а они только нос сюда показали и уже бедняжечки! Мне кажется, Танечка, пришла пора расхлёбывать!
- Они ведь за нами приехали! – я, конечно, понимала, что лезть со своей помощью к мужикам дело заведомо неблагодарное. Но сердечко ёкало.
- Правильно! Потому что думали, что мы свалимся им руки, как спелые яблочки! – фыркнула Афродитовна. – Нет, нет и ещё раз нет! Я даже не расстроюсь, если им надерут задницы! Тоже мне, колдуны престарелые! Я вот захочу и останусь здесь! Стану какой-нибудь богиней хаоса, например…
- Уже есть. Эрида, - напомнила я.
- Блин. Ладно, стану богиней неожиданности! – отмахнулась Сергеевна. – Ты можешь стать богиней душнил. Они будут тебе молитвы возносить. Вернее нудно бубнить.
- Слушай, богиня детской неожиданности… Достала! – я приготовилась дать подруге хорошего пенделя. Но не успела.
- Вы идёте?! – из-за каменного выступа показалось недовольное лицо гидры.
Янина ускорилась и вскоре я услышала её восхищённый голосок. Что там такое?
Я пошла следом и тоже восхищённо ахнула, когда передо мной открылась настоящая пещера с сокровищами. Здесь была разнообразная мебель, ковры, статуэтки, бархатные подушки и остальная дорогущая всячина.
- Откуда это? – я повернулась к гидре, которая рылась в большом сундуке.
- Говорю же, торговцы! Они часто сворачивают сюда с основной дороги и попадаются мне в руки! – рыжая радостно оскалилась. – Я люблю жить с комфортом!
Я удивлённо посмотрела на две чаши, которые она держала в руках. Это были
мастосы. Когда-то я читала, что эти древнегреческие сосуды, получили название благодаря своей форме, напоминающей женскую грудь. Мастосы использовались в греческом застолье. Их характерной особенностью была невозможность поставить их на стол, не допив налитого вина.
- К столу! – гидра посеменила к круглому столику и, вытащив из свёрнутого ковра здоровенную амфору, позвала Яшку. – Помоги-ка!
Афродитовна тут же вцепилась в сосуд своими маленькими лапками. Выдернув пробку, рыжая налила полные чаши густого вина, и протянула нам.
- За приятную встречу! Я всегда рада хорошим людям!
- С удовольствием! – Сергеевна радостно схватила мастос и поднесла его к носу. – Божественный аромат…
Через час мы уже были конкретно под шофэ. Гидра подвывала, размазывая крокодиловы слёзы по щекам, а Яшка успокаивала её в своей придурошной манере:
- И что? Разве это проблема, что у тебя мужика нет? Ой, я тебя умоляю! Они один хрен все козлы! Нет, я понимаю, возраст… Биологические часики тикают… Змеёныша хочется на ручках подержать новорожденного…
Гидра завыла с ещё большей силой.
- Вот ты столько добра отжала у торговцев, а ведь могла одного из них себе оставить! Стерпится – слюбится! И вообще, хватит в этой пещере прозябать! Торговчика зацапаешь, а там и в дом к нему переедешь! Ели будет ерепениться – припугни! В твоём случае все способы хороши! – Сергеевна махнула рукой на красное платье, которое подарила. – А ну! Надень! Посмотрим на тебя!
Гидра с подругой начали наряжаться, путаясь в тряпье. Рыжая несколько раз упала, Яшка тоже и они громко хохотали, валяясь на полу.
Я тоже смеялась, стараясь сфокусировать на них взгляд. От выпитого всё плыло перед глазами. Когда, наконец, гидра обрядилась в платье, мы усадили её на стул и начали цеплять шиньон. Она морщилась от боли, но терпела, пока Яшка затягивала хвост на рыжей макушке.
- Теперь чалмичку! Чалмичку! – Сергеевна накрутила гидре на голове целый бурбуль из шелковой ткани и, покачиваясь, отошла в сторону. – Красавица! Теперь можно смело мужика искать!
- Скучно мне… - вдруг протянула гидра, хватая амфору. – Давайте свои мастосы!
Мы снов выпили, и она ударила кулаком по столу.
- Пойдёмте-ка морды начистим гостям!
- А что, хорошая идея! – Яшка грозно нахмурилась. – Чтобы неповадно было женщин обижать! Но скажу тебе прямо: ссутся они нас. Мы ведь с Танечкой Гераклу давно дорогу перешли… Полубожок этот, «чуть война – шмыг тайга! Кедр лазим, шишка бьём, бурундук сельхоз сдаём»!
Из пещеры мы выезжали верхом на гидре, которая приняла свой змееподобный облик. Её семь голов изрыгали огонь, а огромный хвост вздымал настоящие веера болотной воды.
Тем временем между колдунами и Гераклом с Иолаем развернулась целая баталия. Ромка с Сашей дрались с ними отчаянно, применяя свою силу. Соперники не уступали. Но сражение моментально прекратилось, как только они увидели нас. Четвёрка замерла с открытыми ртами.
- Вторая часть марлезонского балета! – заорала Афродитовна, размахивая найденным в закромах гидры мечом. – Понеслась горбатая по кочкам!
Мы были в полной экипировке. На нас шикарно сидели панцири, которые повторяли мускулы человеческого торса, а на головах поблёскивали шлемы с бронзовыми нащёчниками. Я держала выпуклый щит гоплон, чтобы отражать удары нападающих. Ну и пьяными мы были в стельку…
Бывшие мужья впали в ступор. Ромка не сводил взгляда с Янины Сергеевны. В нём было всё: и жадное желание обладать, и раскаяние, и злость, и масса остальных чувств. Сашка тоже смотрел на меня подбитым глазом и сжимал кулаки.