Десять лет. Целое десятилетие я вставал в шесть утра, надевал робу с выцветшим логотипом компании и ехал в контору, чтобы снова и снова выслушивать: «Иванов, на участке вчера опять падение потребления! Ищи воров, иначе премии не видать». А премия… Её я, кажется, только на стенде в отделе кадров и видел. Зарплата, как у студента-практиканта. И это за то, чтобы быть для людей «врагом номер один». Помню, как в первый раз пошёл составлять акт на бабку в районе частного сектора. У неё счётчик на фасаде, а проводок аккуратненько в обход. Она в окно высунулась: «Сынок, да я одна, пенсия шесть тысяч… Не губи!» А у меня в ушах — слова начальника: «Не принесёшь пять актов за неделю — отработаешь выходные за бесплатно». Написал. Она плакала, я потом три ночи не спал. Но через месяц — снова её адрес в списке. Оказалось, внук-алкоголик опять скрутку сделал. И опять мой акт, её штраф, моя «премия» за «хорошую работу» — ноль. Со временем научился не смотреть людям в глаза. Привык, что меня ненавидя