Рынок гудел, как гигантский переполненный улей. Крики зазывал, грохот тележек, перебранки покупателей – всё сливалось в оглушительную какофонию. Воздух был густым от ароматов: терпкий запах специй, свежая зелень, сладковатый дух спелых фруктов и, конечно, навязчивый мясной дух, особенно сильный возле палатки с кричащей вывеской:
"СВЕЖЕЕ КУРИНОЕ МЯСО! РАСПРОДАЖА ПО БЕСПРЕЦЕДЕНТНО НИЗКИМ ЦЕНАМ!"
Очередь у палатки выстроилась внушительная. Впереди всех – две бойкие бабушки с авоськами, готовые в любой момент вступить в схватку за лучший кусок. За ними – потрёпанный жизнью мужичок в засаленной куртке и кепке с выгоревшим козырьком, нервно переминающийся с ноги на ногу. Дальше – молодая мамаша, одной рукой удерживающая непоседливого малыша, а другой лихорадочно перебирающая кошелёк. Завершали очередь пара рабочих в промасленных комбинезонах и студентка в наушниках, явно мечтающая поскорее оказаться где угодно, только не здесь.
— Крылышек, пожалуйста, — буркнул мужичок продавщице, когда подошла его очередь.
Та, не отрываясь от телефона, где шла оживлённая переписка, швырнула в тонкий полиэтиленовый пакет порцию крыльев.
— Добавьте ещё один пакет, а то этот порвётся, — попросил мужчина, косясь на хлипкую упаковку.
— Не порвётся! — огрызнулась продавщица, наконец оторвав взгляд от экрана. — У меня пакеты прочные!
— Да вон у той бабули вчера порвался! — не унимался покупатель.
— Потому что она его гвоздями тыркала!
Мужичок скептически хмыкнул, но взял пакет. И ровно в тот момент, когда он приподнял его, чтобы оценить вес, снизу раздался зловещий хр-р-русь. Полиэтилен расползся по швам, и куриные крылышки веером рассыпались по заляпанному жиром асфальту.
— Ну вот! — воскликнул мужчина, разводя руками. — Я же предупреждал!
— Сам виноват! — заверещала продавщица, выбегая из-за прилавка. — Ты его как-то не так взял!
— Да как его вообще можно «не так взять»?! Это ж пакет, а не хрустальная ваза!
Очередь мгновенно раскололась на два враждующих лагеря.
— Да ей просто жалко лишний пакетик дать! — возмутился бородач в заляпанной краской толстовке.
— А вам лишь бы на халяву урвать! — парировала бабуля с авоськой, сверкая вставной челюстью. — Пакеты нынче по пять рублей штука!
— Пять?! Да в соседнем ряду по три отдают!
— А в том ряду мясо воняет, как в морге!
— Зато не обманывают, как здесь!
Спор накалялся. Кто-то уже тыкал пальцем в засаленный ценник, кто-то вспоминал, как «раньше пакеты вообще даром давали», а один лихой парень в спортивном костюме и вовсе предложил «разобраться по-мужски, если че».
И тут случилось нечто невероятное.
Из-за угла мясного ряда, лениво помахивая облезлым хвостом, выкатился рыжий пёс. Вид у него был настолько философски-презрительный, что казалось – ему глубоко плевать на всю эту человеческую суету. Он спокойно прошёл мимо шипящей кошки, проигнорировал летящий в него огрызок яблока и даже на грозное «Кыш!» от сторожа лишь зевнул, демонстрируя набор жёлтых зубов.
Но вот его взгляд упал на рассыпанные крылышки.
В его глазах вспыхнул огонь азарта. Он рванул вперёд, сметая всё на своём пути, подлетел к добыче...
И вдруг замер, будто наткнулся на невидимую стену.
Пёс аккуратно понюхал ближайшее крылышко, скривил морду так, будто ему подсунули лимон вместо мяса, и с таким выражением брезгливости, которое под силу только уличным собакам, развернулся и ушёл, демонстративно тряся головой.
В толпе воцарилась гробовая тишина.
Мужичок в кепке первым опомнился. Он поднял крылышко, понюхал – и его лицо скривилось точь-в-точь как у пса.
— Да вы понюхайте! — протянул он крыло бородачу.
Тот брезгливо отстранился, но любопытство взяло верх. Через секунду его лицо исказилось от отвращения.
— Да это же тухлятина!
— Что?! — взвизгнула продавщица.
— Да вы сами понюхайте!
Она выскочила из-за прилавка, схватила крылышко – и тут же выронила его, как раскалённый уголь.
— Ну... это... они, наверное, когда упали... — залепетала она.
— Да они и до падения такими были! — заорал кто-то из очереди.
— Вот поэтому пёс и не стал есть!
— Собака умнее нас оказалась!
Продавщица побледнела. Молча, опустив голову, она стала собирать разбросанные крылышки, её руки заметно дрожали. Потом, не говоря ни слова, полезла в кассу и вернула деньги двум женщинам, купившим курицу раньше.
Рыжий пёс, наблюдавший за этим спектаклем с безопасного расстояния, зевнул, потянулся и неспешно потрусил прочь, явно довольный собой.
Иногда самое честное мнение – у того, кто даже говорить не умеет. И да – не ведитесь на громкие вывески. 🐕
Народная мудрость