Когда бабушка Зинаида слегла с тяжёлой простудой, внучка Вера, девятнадцатилетняя студентка из Москвы, бросила учёбу и срочно отправилась к ней в деревню под Тверью.
Домик, построенный ещё в 50-е, за последние годы сильно постарел: краска облезла, забор перекосило, а в саду вместо яблок и слив были одни сорняки и колючки. Когда-то, лет десять назад, тут бегали куры, утки и даже маленький поросёнок. Теперь же всё выглядело мрачно и тоскливо.
Кроме бабушки, на хозяйстве оставался только огромный чёрный пёс по кличке Балу. Собственно, собакой его считали лишь условно — внешне он был скорее медведем. Когда-то Балу выглядел гордым хозяином дома и двора, словно весь участок был официально оформлен на него лично, а бабушка с дедушкой жили здесь по его великодушному разрешению. Теперь же он выглядел растерянным и грустным, словно не понимал, куда делась былая жизнь.
Зинаида Степановна изо всех сил делала вид, что ей уже легче, но получалось плохо. Внучка сразу побежала в магазин, набрала продуктов и лекарств, уложила бабушку в постель и занялась хозяйством, выбрасывая всё испорченное.
— Вера, а хлеб зачем выкинула?
— Бабуль, он плесенью покрылся!
— Ой, да плесень-то срезать можно… хороший хлеб ведь!
Выяснилось, что бабушка выбиралась в магазин не чаще двух раз в месяц, если погода хорошая и сил хватает. А зимой и вовсе реже.
— Бабуль, а к тебе хоть кто-то приходит в гости?
— Ну… иногда.
— Кто, соседка Нина Петровна?
— Да ты что! Она уж год как померла.
— Ну а кто тогда?
— Получается, никто… Кому я нужна-то, старуха с медведем своим?
Вера задумалась:
— Бабуля, тебе нужно придумать какой-то бизнес-проект. Чтобы тебе было и интересно, и доход приносило.
— Ты что, Вера? Мне восемьдесят два года, какой уж тут бизнес…
Несколько дней Вера бродила по двору и размышляла над идеей для бабушки. Однажды утром её разбудил громкий лай Балу. Глянув в окно, она увидела, как огромный пёс, стоя лапами на заборе, яростно провожает взглядом проходящих мимо людей.
— Бабушка, на кого он так рычит?
— Да соседи в город едут на работу. До остановки тут далеко идти приходится.
Вера загорелась:
— А эти люди откуда идут?
— Так из соседних деревень. Кто километр, кто и три топает до остановки, а потом в автобус и на работу в город. Тяжело людям.
Целый день Вера ходила задумчивая, а ночью вдруг спросила:
— Бабуль, у тебя цветные карандаши ещё есть? Те, которыми я в детстве раскрашивала?
Ночью она рисовала, а утром расклеила по столбам объявления, написанные аккуратным девичьим почерком и украшенные цветочками и завитками:
«Дорогие соседи!
У дома № 7 (синий забор у остановки) открывается стоянка для велосипедов.
Спросить бабушку Зинаиду Степановну.
За безопасность отвечает большой чёрный медведь Балу.
Плата символическая, всем понравится!»
С тех пор прошло уже три года. Зинаида Степановна совершенно ожила и даже забыла о болезнях. С ранней весны до поздней осени во дворе стояли десятки велосипедов, пара мотороллеров и даже старый мотоцикл. Точные цифры знал только пёс Балу, который расцветал с каждым днём. Он всегда встречал и провожал посетителей, надёжнее любого охранника сверяя запах владельца с велосипедом. Однажды даже провели эксперимент: незнакомый человек попробовал вывести чужой велосипед, так Балу чуть не прокусил ему ботинок насквозь.
Бабушку Зинаиду зауважали и полюбили все жители округи — ведь она подарила людям лишний час сна и избавила от ежедневной ходьбы по грязи. Кто-то платил символические двести рублей в месяц, кто-то помогал по хозяйству, приносил яйца и молоко, а кто-то просто говорил доброе «спасибо».
Теперь домик выглядел ухоженным и уютным, а Балу вновь выглядел гордым владельцем усадьбы.
Однажды один мужчина, забирая велосипед, по старой дружбе попытался погладить Балу по голове, за что пёс слегка прикусил ему пальцы. Но случай этот списали на самодеятельность клиента: в конце концов, в банке же никому не приходит в голову гладить охранника, который выдаёт наличность из хранилища…