Из-за угрозы выкидыша Грачёва провела в стационаре несколько дней. Когда опасность миновала, девушку выписали.
На следующее утро, после возвращения из больницы, Ася шла к работе отца. В последнее время обеспокоенный здоровьем дочери мужчина хотел отвезти её к знакомому профессору. Придя чуть раньше оговорённого времени, Грачёва-младшая увидела Николая вместе с Никой. Хитрая молодая работница, едва заметив появление Аси, набросилась на начальника с поцелуями.
— Ты что делаешь-то?! — воскликнул недоумевающий Николай Алексеевич.
— Папа, что это значит? — спросила его дочь.
— Ну, ты ж змея, — глядя на Нику, со злостью в голосе произнес Николай Алексеевич.
— Что это было? — повторила Ася.
До открытия злачного заведения оставался час. Интриганка Ника ретировалась в помещение для персонала ресторана, оставив отца и дочь наедине.
— Асенька, я не хотел тебе говорить, но, видимо, всё-таки придётся, — неторопясь начал Николай Алексеевич. — Сядь, пожалуйста. — Дочь послушно села на свободный стул. — Дело в том, что у меня и Ники некоторое время назад был роман, и продолжил отец.
— Что? У тебя и Ники? — Глаза девушки округлились от удивления.
— Это случилось через год после смерти мамы. Понимаешь, я тогда себя чувствовал... Но я достаточно быстро прервал с ней всякие отношения, поскольку понял, что это за человек.
— Папа, как ты мог?
— А когда ты мне рассказала про неё и про Виктора, я решил, что необходимо с ней поговорить. Но ты попала в больницу, у меня потом не было времени, я замотался. И вот сегодня я только приехал сюда и потребовал от неё, чтобы она прекратила издеваться над тобой и оставила в покое твоего жениха.
— Ага. Ты думаешь, она тебя послушает?
— Я не знаю, я вообще не знаю, что у неё в голове.
— А что это было за поцелуй, объятие? Что это было только что, папа?
— Ну, наверное, она увидела, как ты зашла в кафе и решила таким образом ещё раз над тобой поиздеваться, — предположил Николай Алексеевич.
— Бред какой-то.
— Господи, Асенька, прости меня, пожалуйста.
Ася не могла понять, почему Ника, если она всё ещё любит ее отца, так держалась за Виктора. А потом Грачева подумала, что таким образом Ника просто хотела вызвать ревность папы и заставить его к ней вернуться. Этот вариант показался Асе наиболее похожим на правду.
***
В тот же день Грачёвой позвонила Ника и попросила спуститься к подъезду. Ася, уже порядком уставшая от встреч с Градовой, всё же решила узнать, что ей нужно на этот раз.
— Я написала сегодня заявление об увольнении, — объявила Ника, как только Ася к ней подошла. — Уезжаю. Надоел ваш город. Хотела тебе дать совет напоследок.
«Странная, однако, женщина», — подумала Ася. А сама спросила:
— Какой ещё совет?
— Бросай ты этого Витю. Не будешь ты с ним счастлива. Раскрой глаза уже свои. Он всё равно тебе изменит. Не со мной, так с другой — это вообще неважно.
— Это всё, что ты хотела мне сказать? Витя тебя бросил, так ты теперь успокоиться никак не можешь, да?
— Понятно, — вздохнула Ника. — Не веришь. Сейчас сама всё увидишь.
Молодая женщина достала смартфон и нажав несколько раз на экран, приложила его к уху.
— Кому ты звонишь?
— Догадайся с трёх раз.
— Алло, Витя, здравствуй, солнце. — Ника перевела телефон в громкий режим.
— Ника, ты зачем звонишь? Я же тебя просил. Всё, хватит, — прозвучал голос Виктора.
— Вить, я знаю, но мне очень плохо, я прошу тебя, приезжай, пожалуйста.
— Я не могу, мы же договаривались.
— Я знаю, что мы договаривались, но это в последний раз. Вить, Вить, ну помнишь, как нам с тобой было хорошо на моей съёмной квартире?
— Ладно, я приеду к тебе в восьми. Только, Ника, я тебя прошу, Ася не должна ничего узнать. Конечно, любимый. Ну конечно, ну что ты такое говоришь? Всё, давай, жду тебя. — Ника отключила связь и посмотрела на Асю с довольным лицом. — Что и требовалось доказать.
— Как же всё это мерзко, — прокомментировала Грачева.
— Да ничего не мерзко, нормально. Поначалу только мерзко, а потом привыкаешь.
— Ты действительно очень несчастный человек. Неужели тебя так мой папа обидел?
— А в душ мою лезть не надо. Ясно? И папашу твоего я любила, только он оказался таким же животным, как все остальные мужики. Поняла? Всё, детка.
Ася вдруг поняла, что Ника гораздо несчастнее ее. Отчасти можно было понять её обиду. Вот только Витю Грачева уже ни оправдывать, ни прощать больше не собиралась.