Госпожа История не перестает удивлять нас своими тайнами. Разговоры об одной из них не перестают циркулировать вот уже пять столетий. Речь идет о пропавшей голове сэра Генри Норриса, казненного 17 мая 1536 года по обвинению в любовной связи с королевой Анной Болейн.
Легенда гласит, что после казни голова сэра Генри Норриса бесследно исчезла и он оказался единственным из казненных по делу королевы Анны Болейн, кто покоится на церковном кладбище Тауэра без головы.
Согласно предания, семья заплатила могильщикам и те милостиво позволили забрать голову казненного родственника, после чего ее похоронили под полом семейной часовни в Оквеллсе.
Сегодня я приглашаю вас в очередное путешествие во времени. Мы отправляемся в Оквеллс и своими глазами увидим дом Норрисов, каким он был в далеком XVI веке. Быть может это позволит нам приоткрыть завесу тайны об отрубленной голове сэра Генри...
Старинное поместье Норрисов - Оквеллс
Поместье Оквеллс - настоящая жемчужина эпохи Тюдоров. Дом был построен в период позднего средневековья стараниями прадеда сэра Генри Норриса. Поразительно, но и сегодня внешний облик дома мало чем отличается от того, как он выглядел пять столетий назад.
Не лишним будет отметить, что судьба Оквеллса немного напоминает судьбу другого поместья - Комптон Уиньятес. Примечательно также, что вышеупомянутый Генри Норрис сменил владельца Комптон Уиньятес на должности камергера стула при Дворе Генриха VIII.
Увы и ах... но оба поместья находятся в частных руках и закрыты для публики.
Генри Норрис в первую очередь остался в истории как один из предполагаемых любовников Анны Болейн. Его жизнь трагически оборвалась в мае 1536 года, когда он и еще несколько мужчин были признаны виновными в любовной связи с королевой. Подавляющее большинство современных историков сходятся во мнении, что эти обвинения были сфабрикованы недругами семьи Болейн или чрезмерно услужливыми подданными короля Генриха.
Поводом к обвинению дала сама Анна. 29 апреля 1536 года между ней и Генри Норрисом разгорелся спор. Раздраженная неудачами, которые одна за другой нарушали ее королевское существование, Анна при свидетелях обвинила Генри Норриса в том, что он влюблен в нее и «looking for dead man’s shoes».
N.B. «looking for dead man’s shoes» - искать обувь мертвеца. Идиома означает занять положение умершего человека и подразумевает, что человек не может продвигаться по карьерной лестнице или в жизни, пока кто-то выше его не уйдет в мир иной.
Это брошенная в пылу ссоры необдуманная фраза обрекла Норриса на смерть, ибо сама мысль о возможной кончине короля - есть государственная измена.
История поместья Оквеллс
Однако вернемся в Оквеллс. Поместье было построено Джоном Норрисом, прадедом сэра Генри Норриса, приблизительно в 1450-х годах. До наших дней не дошло никаких свидетельств, указывающих на то, что до постройки поместья на этом месте стоял другой, более ранний дом.
Джон Норрис поступил на королевскую службу в очень юном возрасте и со временем достиг весьма почетных должностей при дворе Генриха VI Ланкастера. Первый король из династии Йорков, Эдуард IV пожаловал Джону Норрису рыцарское достоинство. Однако главное богатство пришло к сэру Джону в виде приданного за второй супругой, богатой наследницей из Кента. Именно эти деньги и позволили ему осуществить мечту и построить родовое поместье Оквеллс.
Листаем карусель:
Прогулка по поместью
Итак, никем незамеченные мы очутились на территорию поместья. Прямо перед нами большая прямоугольная площадь, сужающаяся по мере приближения к дому. Внешняя территория еще разделена на два больших двора. Первый обеспечивает доступ к хозяйственным постройкам: конюшням, амбарам и голубятне.
Поскольку из своего XXI века мы явились пешими, то задерживаться нам на хозяйственном дворе нет надобности и мы неспешно идем по направлению к дому, перед которым раскинулся внутренний дворик, образованный фасадами господского дома и часовней. Поговаривают, что эта часовня была уничтожена пожаром 1720 года и, конечно же, именно под ней и была захоронена голова сэра Генри Норриса.
Главный дом построен на кирпичном фундаменте. Основу его образовывает деревянный каркас, пустоты которого заполнены кирпичной кладкой. Большой зал обращен к внешнему двору и мы, неслышно ступая, дабы не потревожить хозяев былых времен переступаем входное крыльцо.
Следуя модным тенденциям своего времени, нижняя часть стен большого зала украшена деревянными панелями. Над ними красуются великолепные окна, сохранившие до наших дней оригинальный образец гербового стекла XV века.
Перед нами, в дымке времен, гордо проплывают гербы сильных мира сего. Вот герб короля Генриха VI Ланкастера. Он был другом и покровителем Джона Норриса и потому для него отведено центральное, почетное место. Рядом, как и положено, герб его супруги, королевы Маргариты Анжуйской.
Переводим взгляд и видим герб Ричарда Невилла, графа Уорика. Да-да. Это тот самый, который вошел в историю под прозвищем «Уорик — Делатель королей».
Следующий витраж хранит память об Эдмунде Бофорте, герцоге Сомерсете. При жизни сей лорд был фаворитом королевы Маргариты Анжуйской и по сей день не утихают споры, а не он ли был биологическим отцом ее сына, принца Уэльского Эдуарда Вестминстерского?
Следующий в этом списке Уильям де ла Поль, 1-й герцог Саффолк. За ним идет герб Джеймса Батлера, 1-ого графа Уилтшира, убежденного сторонника Ланкастерского дома и королевы Маргариты Анжуйской в Войне Алой и Белой розы. Был обезглавлен после победы йоркистов в битве при Таутоне.
Приходится признать - хозяин сего дома имел весьма высокопоставленных друзей.
Листаем карусель:
Входя в большой зал мы не заметим ничего необычного, чего не скажешь о планировке остальной части дома. Обычно, в особняках тех времен, за одной из стен зала располагалась кухня. Но сэр Джон встроил на этом месте двухэтажное жилое помещение для членов своей семьи и друзей.
Кухня же и кладовые располагались в задней части дома, аккурат напротив большого зала. И хотя кладовая и буфетная ныне переоборудованы в бильярдную, большое раздаточное окно, которое использовалось для передачи провизии из кладовой по-прежнему находится на своем первоначальном месте. Таким образом, несложно представить, как толпа слуг выстраивается у этого окна в очередь, чтобы нагрузить подносы бутылками с вином и элем с тем, чтобы отнести их в Большой зал.
Изначально потолки на кухне Оквеллса были очень высокими. Позже потолок опустили, а из образовавшегося наверху пространства создали коридор, напрямую сообщающийся с Большим залом. В XVII веке этот коридор был преобразован в вестибюль, по которому можно было попасть на новую лестницу, ведущую на второй этаж.
Противоположная сторона зала граничила с главной комнатой отдыха. Свет в нее проникал через аналог современных мансардных окон. Это было вполне типично для средневековья и сия комната была святая-святых хозяина - его личное пространство, вход в которое был открыт лишь для членов семьи и самых почетных гостей.
Листаем карусель:
И вот тут пришло время обозначить еще одну интригу, связанную с Оквеллсом. Действительно ли Оквеллс был семейным домом сэра Генри Норриса? Да? или Нет?
Сэр Генри Норрис и Оквеллс
Подавляющее большинство историков и исследователей сходятся во мнении, что сэр Генри был вторым сыном сэра Эдварда Норриса и леди Фридесвиды Ловел. Вероятнее всего он родился в поместье Яттендон, которым владела семья Норрис. Сэр Эдвард умер в 1487 году в возрасте 23 лет, однако к этому времени успел оставить после себя трех наследников: сыновей Джона и Генри и дочь Мэри.
Трудно достоверно сказать, сколько лет было детям Эдварда Норриса на момент его смерти. Скорее всего, среднему из них, Генри было около пяти. Согласно принятому в то время в Англии закону о наследовании, имущество Норрисов должен был получить старший сын Джон по достижению им совершеннолетия. По всей видимости, до этого времени семья поочередно жила в обоих принадлежащих ей поместьях: Оквеллсе и Яттендоне. Управляла обеими поместьями вдова Эдварда Норриса от имени своего старшего сына.
Листаем карусель:
К 1517 году Джон Норрис уже точно вступил в права наследования, ибо этим годом датирована сохранившаяся запись о том, что он отказывается от своих земель и имущества в обмен на помилование за убийство некоего Джона Энхолда.
После этого прискорбного случая, попечителем наследников сэра Джона Норриса был назначен его родственник, некий Томас Феттиплэйс, супруг Элизабет Норрис. В чем именно заключалась роль попечителя доподлинно не известно. Зато совершенно достоверно, что с этого самого момента владельцем становится именно сэр Томас, а после его смерти, в 1523 году, поместье так и остается в собственности семьи Феттиплэйс.
Однако мы отвлеклись и забыли о пропавшей голове сэра Генри Норриса. В свете открывшихся событий, теперь нам известно, что на момент казни сэра Генри, семья уже 19 лет не владела поместьем Оквеллс. Благоверная супруга сэра Генри, Мэри Файнс вот уже пять лет, как лежала в могиле, а ни один из их детей еще не достиг совершеннолетия.
Все это с высокой долей вероятности указывает на то, что на момент той злополучной казни, у сэра Генри не было никого, кто мог бы бороться за его голову, как это сделала дочь сэра Томаса Мора, Маргарет, когда ее отца казнили в 1535 году.
Конечно, чисто теоретически, можно предположить, что Феттиплейсы, из "благодарности" за полученное от Норрисов поместье Оквеллс, рискнули своим благополучием ради того, чтобы достойно захоронить голову сэра Генри. Однако... согласитесь, выглядит неправдоподобно.
Таким образом, история об отрубленной голове, захороненной под полом семейной часовни в Оквеллс, скорее всего не более, чем выдумка, дабы добавить драматизма к и без того ужасающему делу.
Листаем карусель:
Независимо от того, правдива легенда о пропавшей голове или нет, особняк Оквеллс выдержал испытание временем. Дом и по сей день является ярким примером резиденции английской знати позднего средневековья.
Листаем карусель:
Спасибо, что дочитали статью до конца. Подписывайтесь на канал. Оставляйте комментарии. Делитесь с друзьями. Помните, я пишу только для Вас.