Я, честно говоря, никогда не думал, что моя попытка стать более спортивным и подтянутым может привести к такой… экзотической истории. Всё началось довольно безобидно: записался в фитнес-клуб, где, среди разных групповых занятий, сразу приметил тренера – стройную женщину лет сорока.
Сперва отметил её жёсткую, но при этом завораживающую манеру ведения занятий, а потом мы как-то ухитрились заговорить на выходе из душевых. Слово за слово – я согласился на индивидуальные консультации, а через неделю уже оказались в её машине с запахом “ёлочки”-освежителя и музыкой в стиле 90-х. Тогда я впервые спросил себя: Это точно просто тренировка?
С Анжелой (так звали тренера) у нас быстро завязался роман. Не феерический и длительный, нет – всего пару месяцев, но очень яркий. Она была старше меня на добрых пятнадцать лет, уже разведённая, без комплексов, без околичностей.
Её фигура – упругий пресс, ягодицы-«орешек», ни намёка на расслабленность. А при этом была невероятно нежна в неформальной обстановке. Могла после ужина бросить: «Ну-ка, покажи, как ты приседаешь!» – и смеяться, наблюдая, как я глупо краснею. Я же порой чувствовал себя героем сериала про страстную разницу в возрасте. Да что говорить – было весело, жарко и… недолго.
Вскоре мы поняли, что слишком разные люди: она – «мама», привыкшая командовать и жить по-своему, я – студент последних курсов, только-только начинающий карьерный путь. Наш роман вспыхнул и затух, без обид, без драм. Просто каждый пошёл своей дорогой. Я перестал ходить на её тренировки, мы расстались на дружеской ноте: «Пока, было круто, но не наше.»
И всё. Я уехал, сменил работу, город. Прошло, наверное, с год, может чуть больше. У меня появились другие отношения – впрочем, тоже недолгие. Когда-то мелькала мысль о том, что «постарше барышня» – это, конечно, приключение, но не для меня надолго… В итоге я успокоился и жил себе дальше.
В один прекрасный день познакомился с замечательной девушкой, Валей – студенткой филфака, лёгкой на подъём, озорно-романтичной, причём на десять лет моложе меня. Она читала «Анну Каренину» вслух, пока я варил макароны, и писала курсовую о влиянии символизма на современный сленг. Я был в восторге. Мы вместе уже месяца три, отлично ладим: она шутит, что я «старикан» (мне всего 28, если что!), а я зову её «юная душа». В общем, идиллия.
Как-то Валя пригласила меня познакомиться с её мамой. Я напрягся – официально, всё-таки серьёзное приглашение. Но она заверила: «Мама – современная, она не старомодная, не будет тебя допрашивать. Приходи, поужинаем.» Ну что ж, подумал: Время пришло. Готовлюсь, немного волнуюсь: А вдруг её мама окажется… – да нет, что может случиться?
Валя ведёт меня к себе домой, я несу букет цветов (женщинам любого возраста это приятно, думал я). Открываю дверь, вижу – приветливая обстановочка: просторная прихожая, на стене фотографии, уютный коридор. И тут до меня доходит, что в дверном проёме стоит она. Анжела. Моя бывшая тренерша и… более того – бывшая любовница.
Я сначала застыл. Чуть не выронил цветы. Анжела тоже распахнула глаза. Но быстро взяла себя в руки: будто безмятежно улыбается:
— О, Валюша, привет! А это твой… гость?
А Валя радостно:
— Мам, знакомься, это… (мне называет имя), мой парень.
У меня сердце стучит, словно на беговой дорожке на максимальной скорости. А в голове сумбур: Как? То есть эта замечательная девушка – дочь моей бывшей?! Ну, замечательно. И что теперь? Но я пытаюсь не выдать шока.
Сели на кухне, Валя хохочет, говорит:
— Мама, он принёс цветы! – Протягивает букет. Анжела берёт, смотрит мельком. Её лицо – картина напряжённо-спокойная. Глазами: «Мы же не будем сейчас показывать, что знакомы, да?» Я молчу, она тоже.
Начинаем какой-то дежурный разговор: я рассказываю, где работаю, откуда родом. Валя порой вставляет свои фразы. Анжела молча кивает. Внутри меня буря: Раскрыться? Сказать: «Э, вообще-то мы знакомы.» Но понимаю, что это разнесёт всё в щепки. Валя же не в курсе, что её мама может быть… Когда она меня поймёт? Да и сама мама – как на это отреагирует? А вдруг она давно ничего и не рассказывала о «приключениях»?
Если бы ситуация была смешной комедией, я бы ждал, что вот-вот Анжела сорвётся и скажет: «Слышь, мужик, мы ж были вместе!» Но она держится, похоже, решила «играть в новую игру»: не выдавать меня, а посмотреть, как сам выкручусь. Я пытаюсь сохранять покерфейс.
— А как вы познакомились? – спрашивает Анжела, легонько улыбаясь, но в её взгляде есть искорка иронии.
Валя, не замечая подтекста, радостно отвечает:
— В библиотеке, прикинь?! Я искала редкое издание, а он сидел в читальном зале… И так вышло, что разговорились, он помог найти книгу.
— Правда? – Анжела сдерживает смех. – Очень… романтично.
Я сглатываю, чувствую, как пот проступает на лбу. Подспудный страх, что Анжела вот-вот выдаст какую-нибудь деталь: «Да, он в спортзале тоже что-то искал.» Но нет, она молчит.
Далее ужинаем. Валя спешит рассказать, какой я замечательный, как мы схожи во взглядах. Мне неловко, потому что, сидя напротив нас, мама-бывшая смотрит на меня с некоторой насмешкой. Но, что удивительно, внешне она к дочери мила, подкладывает мне салат:
— Кушай, кушай. Ты, кажется, спортом увлекаешься? – подмигнула.
Я давлюсь салатом, кашлянув:
— Ну… сейчас меньше, чем раньше… — (почувствовал укол, ведь она прекрасно знает, когда и чем я занимался)
— Понятно, – говорит Анжела. – Спорт – это хорошо, но иногда люди теряют мотивацию.
У меня внутри паника растёт, боюсь, вдруг она начнёт намекать на «мотивы» или на тот фитнес-клуб. Валя, к счастью, ничего не замечает. Я начинаю думать: «Нужно ли вообще продолжать эти отношения? Ведь если всё всплывёт, Валя с ума сойдёт. Скажет: “Ты спал с моей мамой?!” – Это же трэш!»
Во время десерта (торт) Анжела внезапно:
— Валюша, а что, если вы потом ко мне перейдёте в гостиную, я хочу кое-что показать из семейного альбома. – Слово «семейного» звучит, как приговор.
Я выдавил улыбку:
— Да, с удовольствием.
Сердце колотится: вдруг там и моя фотка где-то затесалась? Я же сомневаюсь, что у неё были снимки со мной, но кто знает?
Мы переходим, садимся на диван. Анжела достаёт альбом с фото, листает. Показывает Валиной фотки из детства, «Вот она в три годика, здесь в шесть...» Я делаю вид, что любопытно рассматриваю. Потом Анжела переключается на свои фотографии: «А вот я в спортзале…» – сердце в горле. Уф, снимки старые, я на них точно не появляюсь – это до моего времени.
Я начинаю понимать: Анжела нарочно тянет время, смотрит, как я прореагирую. Возможно, она ждёт, что я сам всё расскажу Вале. Но я молчу, потому что… боюсь потерять Валю. Да, это трусость, но я очень люблю её. А что, если признаюсь? Удар будет смертельный.
Валя не замечает напряжения, смеётся над тем, какой у мамы был цвет волос, спрашивает меня: «Ну, классно, да?» — Я отвечаю: «Очень. Забавно видеть прошлое…» Анжела выдает загадочный взгляд: «Некоторые вещи лучше не вспоминать, правда?» Мне кажется, она обращается ко мне. Я нервно хихикаю.
Наступает момент, когда Валя уходит в ванную на пару минут. Я и Анжела остаёмся. Молчим, глаза в глаза. Наконец, я тихо:
— Зачем ты это делаешь?
Она шёпотом:
— Ничего не делаю, просто знакомлюсь с другом дочери.
— Но… может, лучше я признаюсь, или ты…
— Ты хочешь признаться? – скептическая улыбка.
— Не хочу, но чувствую, что вру.
— А чего же? – она пожимает плечами. – Можешь попробовать. Думаешь, Валя будет в восторге?
Я зажмурился. Всё абсурдно.
Валя возвращается, не подозревая, что тут шёл тихий диалог под порогом скандала. Мы ещё болтаем пару минут, потом я говорю, что пора мне ехать, уже поздно. Валя провожает до двери, спрашивает:
— Всё нормально? Ты какой-то напряжённый.
Я обнимаю её, выдыхаю:
— Просто устал. Но вечер прошёл хорошо. Звони завтра.
Анжела стоит неподалёку, кивает:
— Будьте счастливы…
Я уезжаю домой. Весь в смятении: А что дальше? Будем ли мы продолжать отношения? Рано или поздно всё всплывёт. Мне страшно и горько. На следующий день Валя пишет радостные сообщения, будто всё чудесно. Я не знаю, как ответить. Стоит ли всё прекратить, пока не поздно? Но привязан к ней.
Несколько дней хожу, как в тумане. Валя ничего не подозревает, приглашает на выходные куда-то сходить. Я соглашаюсь. Может, пронесёт? Но внутренне понимаю: это бомба с таймером.
На выходных едем погулять в парке. Валя говорит:
— Мама сказала, что ты ей понравился, но у неё странное чувство дежавю. Будто где-то тебя видела…
Я кисло улыбаюсь:
— Может, по телевизору, – пытаюсь шутить.
— Да нет, – пожимает плечами Валя. – В общем, сказала, что ты интересный парень.
Мне не по себе. Анжела играет, видимо, хочет, чтобы я сам решился.
Однажды вечером я сижу в машине, Валя рядом. Мы паркуемся у её дома. Собиралась позвать меня ночевать. Я вспоминаю, что там же и её мама. У меня внутри всё сжимается: Не могу больше притворяться. И вот я чуть не выпаливаю: «Валь, я должен тебе сказать…» – но останавливаюсь. Боюсь видеть её реакцию: «ТЫ ЧТО?! С МОЕЙ МАМОЙ?!» — это же будет кошмар. Закрываю рот, уезжаю к себе.
Неделю ещё живу в подвешенном состоянии, пока наконец Анжела не пишет мне короткую СМС:
«Мы должны поговорить. Или ты сам всё расскажешь?»
Понимаю, что выбора нет. Я звоню ей, робко:
— Анжела, что делать?
— Я не хочу ранить свою дочь, — отвечает она жёстко, — но и врать не хочу. Решай сам.
Понимаю, что наш роман с Валей обречён, если правда всплывёт. Но и скрывать – предательство и Вали, и себя. Что ж, придётся признаться.
Приглашаю Валю ко мне, чтобы поговорить на нейтральной территории, без мамы. Я готовлюсь, сердце колотится. Когда она приходит, я выпаливаю на одном дыхании:
— Прости. Я знал твою маму раньше. Мы были вместе. До тебя. Я… не знал, что она твоя мама, пока не встретил её дома.
Валя будто лишается слов. Сидит, смотрит на меня. Затем проступают слёзы, негодование:
— Ты… Как?.. Почему не сказал раньше?
— Не мог. Боялся тебя потерять.
Она тяжело вздыхает, встаёт, обхватывает себя руками:
— Это же… ужасно. Ты представляешь, как я должна к этому относиться?
Я пытаюсь прикасаться к её плечу, она отстраняется:
— Нет, не трогай меня. Это… я даже не знаю, как реагировать.
Дальше разговор идёт сумбурно. Мы оба понимаем: между нами пропасть, и она не возникает из-за чьей-то прямой вины, а из-за абсурдной ситуации. Валя плачет, говорит:
— Мама знала и молчала. Ты знал, молчал. Как мне теперь это принять?
В итоге она уходит, бросив:
— Извини, я не могу.
Сижу один на кухне, чувствую пустоту. Думаю: Вот и всё. Прошлое догнало меня. И никакая любовь не спасёт, когда такая коллизия. Договариваемся, что она не хочет меня больше видеть. Мама её тоже, возможно, только облегчённо вздохнёт: «Надеюсь, всё закончилось.»
Я остаюсь один, осознавая, что никакой явной вины у меня нет, но ситуация оказалась сильнее. В душе горечь и лёгкая ирония: Если б я знал тогда, что та фитнес-тренер окажется мамой моей будущей возлюбленной?
Смотрю в окно на огни ночного города: Судьба любит шутить, порой очень жёстко. И во мне звучит один вывод: прошлое нельзя стереть. Оно способно явиться в самой неожиданной форме, унеся с собой настоящее и будущие шансы на счастье.
Конец