Знаете, что самое ценное в писательском деле? Не количество просмотров, а живые люди, которые откликаются. Именно таких — чутких, понимающих, умеющих сопереживать — я встретила в нашей группе ВКонтакте. Там, по ссылке vk.com/...er, собрались те, для кого добрые истории — не просто развлечение, а потребность души. Если вы чувствуете то же самое — нам по пути. Присоединяйтесь к нашим «посиделкам у экрана».
Истории из жизни | Алла
5886
подписчиков
Душевные истории о семье и верности. В моих рассказах каждый найдёт отражение собственной жизни. Пишу о самом важном: о семейных ценностях, человеческих отношениях и жизненных уроках, которые делают нас сильнее.
Душевные истории о семье и верности. В моих рассказах каждый найдёт отражение собственной жизни. Пишу о самом важном: о семейных ценностях, человеческих отношениях и жизненных уроках, которые делают нас сильнее.
14 минут назад
— Оформишь кредит на сестру, — отрезала мать. Через минуту я заблокировала ее номер и ушла
— Ты оформишь этот кредит на себя, Полина. Иначе можешь забыть, что у тебя есть мать и сестра. Она сжала бумажную салфетку под столом, сминая тонкий край в плотный комок. — У меня зарплата сорок две тысячи, мама. Как я буду отдавать восемьсот? — Не прибедняйся! — мать резко отодвинула тарелку с недоеденной пиццей. — У тебя алименты хорошие. А у Риты свадьба один раз в жизни. Ты старшая, ты обязана помочь. Рита сидела напротив, мешая соломинкой лед в стакане с лимонадом. Она даже не смотрела на Полину...
4 часа назад
— Твоя жена в могиле, а нам тут жить, — рявкнула она. В тот же день я забрала старика к себе
— Убирай свои прутики, дед, — Алина пнула каблуком пластиковое ведро с молодым саженцем рябины. Пластик треснул. Земля черным пятном рассыпалась по свежевымытому крыльцу. — Не трогай, это для Нины, — хрипло произнес Михаил, опускаясь на колени и бережно собирая корни руками. — Твоя Нинка в могиле тридцать восемь лет! — рявкнула внучка, поправляя съехавший шелковый халат. — А мы живые. И нам тут жить. Я наблюдала эту сцену через сетку-рабицу. Мой участок примыкал к их забору. Соседство с Михаилом Петровичем всегда было тихим...
19 часов назад
— Он ушел к жалкой мыши! — шипела подруга. Через минуту я заблокировала её и уехала к её мужу
— Ты спала с ним на нашей кровати? — голос Оксаны сорвался на свистящий хрип, пальцы судорожно скомкали бумажную салфетку. — Нет, — я аккуратно подвинула свою чашку с остывшим американо ближе к краю стола. — Мы снимали гостиницу в центре. — Тварь! — она с силой ударила кулаком по столешнице, заставив звякнуть приборы. — Я тебя четырнадцать лет из грязи тащила! Оксана тяжело дышала, ее идеальная укладка слегка растрепалась. Люди за соседними столиками начали оглядываться на наш угол. — Ты не тащила меня, Ксюш, — я подняла на нее глаза...
1 день назад
— Это забор моего дома, — прошептал сосед в кино, узнав фото мужа. Утром я подала на развод
— У вас телефон упал, — раздался шепот из соседнего кресла. Грохот басов с экрана заглушал слова. Главный герой фильма в этот момент угонял машину. Я нагнулась, шаря рукой по липкому полу кинотеатра. — Осторожно, я подсвечу, — мужчина рядом включил фонарик на своем мобильнике. Свет выхватил из темноты мой чехол. Я потянулась за ним. В эту секунду мой телефон ожил от входящего уведомления. Экран блокировки загорелся ярко. На заставке был Игорь. Мой муж щурился от солнца, опираясь спиной на свежевыкрашенный синий забор из профнастила...
1 день назад
— Ниночка, это я, — сказал пропавший 60 лет назад брат. Через минуту я выставила его за дверь
— Нина? Ниночка, это я, — раздался с порога скрипучий, задыхающийся голос. Я замерла с кружкой остывшего чая. Пальцы свело судорогой. Горячие капли плеснули на подол домашнего халата, но я не почувствовала боли. Темнота перед моими глазами давно стала привычной, густой, как кисель. Я ослепла четыре года назад. Но этот гнусавый, чуть растягивающий гласные тембр я бы узнала даже на том свете. Валерка. Мой младший братец. — Кто там, Оксана? — крикнула я в коридор, хотя прекрасно знала ответ. — Нина Степановна, тут к вам, — засуетилась моя сиделка...
