Игорь всегда считал себя счастливым человеком. У него была хорошая работа, уютная квартира в тихом районе неопределённого города и самое главное – любящая семья. Пятилетний сын Артём встречал его каждый вечер у порога радостным криком «Папа пришёл!», бросаясь ему на шею. А жена Марина приветливо улыбалась из кухни, доканчивая готовку ужина. Казалось бы, обычная сцена семейного счастья, но именно в таких моментах Игорь ощущал глубокое удовлетворение жизнью. Он никогда не сомневался, что ему повезло: рядом верная спутница жизни и подрастающий сын, его гордость.
В тот октябрьский вечер всё шло своим чередом. За окном уже стемнело, улицы блестели от недавнего дождя, отражая неоновые огни реклам. В прихожей пахло свежевыстиранным бельём и чуть-чуть – его любимыми котлетами, которые жарила Марина. Игорь снял промокший плащ, повесил его на крючок и тут же опустился на одно колено, готовый подхватить разгоняющегося к нему малыша. Артём вылетел из гостиной с игрушечной машинкой в руке. Его пухлые щёки раскраснелись, глаза сияли. Мальчик со смехом прыгнул в объятия отца.
— Осторожнее, чемпион! — с улыбкой проворчал Игорь, чуть пошатнувшись от внезапного удара сына о грудь. Он крепко прижал мальчика к себе. Тёплое тельце ребёнка, запах детского шампуня и что-то сладкое – вероятно, конфета, которую сын тайком съел перед ужином – всё это было до боли родным. Артём обвил ручками шею отца. В эти секунды ежедневного ритуала усталость дня мгновенно слетала с Игоря.
Из кухни выглянула Марина, вытирая руки о полотенце: — Привет, дорогой. Как работа? Ты весь мокрый, — заметила она и заботливо нахмурилась.
— Да, опять ливень застал, — Игорь поднялся, легко удерживая сына на руках. — Работа как работа... Ничего особенного. Зато дома – мои любимые люди.
Он подошёл к жене и, склонившись, чмокнул её в щёку. Марина на миг прижалась тёплой ладонью к его мокрым волосам, потом легонько хлопнула по плечу: — Иди переоденься, а то простудишься. Уже садимся ужинать.
Игорь отпустил сына на пол и пошёл в спальню переодеться в сухое. Пока он снимал рубашку, из гостиной доносился голос Артёма, взахлёб рассказывающего маме о какой-то новой игре, в которую они сегодня играли в детском саду. Мальчик перескакивал с темы на тему, голосок звенел восторгом. Игорь улыбался, слушая вполуха этот счастливый детский лепет. В зеркале шкафа он заметил своё отражение – слегка уставшие карие глаза, несколько прядей темных волос прилипли ко лбу после дождя, тонкие морщинки возле глаз. Его лицо выглядело задумчивым.
«Чего ещё желать?» – подумал он, надевая домашний свитер. Однако что-то неясное кольнуло внутри, едва возникла эта мысль. Какое-то смутное беспокойство. Он глубоко вдохнул и выдохнул, отгоняя наваждение. Всё ведь в порядке.
За ужином они болтали о мелочах. Артём вертелся на стуле, размахивал ложкой, брызгая супом, и весело хохотал. Игорь делился свежими новостями из офиса – их отдел планировал большой проект, начальник был на взводе, но похвалил Игоря за отличную презентацию. Марина слушала с интересом, поддакивала, вставляла шутливые комментарии. В целом, вечер протекал спокойно, как и сотни подобных вечеров до него.
Однако, когда ужин был почти закончен, произошло нечто мелкое, на первый взгляд незначительное, что положило начало разладу в идеальной картине. Телефон Марины, лежавший на буфете, неожиданно завибрировал, разрывая привычный домашний уют электронным дребезжащим звуком.
Марина вздрогнула и подняла глаза на телефон. На экране высветилось имя, и хотя она тут же попыталась незаметно накрыть аппарат ладонью, Игорь успел заметить. Там было написано: «Денис».
Улыбка сползла с лица Марины, словно кто-то стер её невидимой тряпочкой. Она быстро встала из-за стола: — Извините, сейчас вернусь... — пробормотала она и, схватив телефон, вышла в коридор.
Игорь медленно отложил ложку. Он проводил жену настороженным взглядом. В груди неприятно шевельнулось подозрение. Денис... Единственный Денис, которого он знал – это его старый друг детства, Денис Смирнов. Тот самый Денис, который был дружен и с ним, и с Мариной... и который бесследно исчез из их жизни около пяти лет назад.
«Странно», – подумал Игорь, почувствовав, как в желудке зародился тяжелый ком. Он наклонился к сынишке, чтобы скрыть свою растерянность, и выловил с подбородка мальчика каплю супа салфеткой. Артём ничего не заметил – он увлечённо возил по столу игрушечной машинкой, напевая себе под нос.
В памяти невольно всплыло: пять лет назад, когда родился Артём, близкий друг Денис вдруг объявил, что уезжает работать в другой город. Тогда это показалось неожиданным – они трое всегда были неразлучны. Денис и на свадьбе у них был свидетелем, и поддерживал Марину, когда она была беременна, особенно когда сам Игорь уезжал в командировки. А потом раз – и отдалился. Конечно, жизнь есть жизнь: кого-то работа уносит, кто-то заводит новых друзей. Первое время они ещё созванивались, но постепенно общение сошло на нет. Денис почти перестал выходить на связь.
Особенно странным казалось, что и с Мариной он тоже оборвал контакты, хотя прежде дружил с ней не меньше, чем с Игорем. Но, может, так и должно было быть. Люди расходятся.
Игорь и не подозревал, что за всем этим скрывалось нечто большее... До этого самого вечера.
Марина вернулась на кухню через пару минут. Она старалась держаться спокойно, но Игорь заметил, что у неё слегка дрожат пальцы, когда она поправляла прядь волос за ухом. Он знал жену как облупленную – нечто её встревожило.
— Кто звонил? — стараясь придать голосу будничность, спросил он, хотя знал ответ.
— М-м? – Марина вскинула глаза. — А, никто важный. Подруга ошиблась номером, представляешь? Вместо своего мужа набрала меня случайно, – она усмехнулась и тут же опустила взгляд к тарелкам, начиная собирать посуду.
Сердце Игоря пропустило удар. Она ему соврала. Он знал это абсолютно точно. Имя на экране было совершенно определённым – «Денис», не «Катя» или «Лена». Марина только что солгала ему в лицо, даже не моргнув. Горло сдавило гневом и растерянностью. Он редко видел жену такой – обычно она не утаивала от него ничего, по крайней мере ему так казалось. Почему же сейчас она лжёт? Что означал этот звонок?
— Подруга, говоришь... – тихо повторил он, стараясь контролировать голос.
— Угу, – только и ответила она, уже спешно унося грязные тарелки к раковине, спиной к нему.
Игорь хотел еще что-то спросить, но осёкся. Ребёнок. Артём всё ещё был здесь, рядом, он не должен видеть ссору родителей. Мальчик как раз устал играть и теперь теребил рукав папиного свитера: — Пап, пойдём машинки парковать, а? Ты же обещал гараж достроить, – с надеждой протянул сын.
Игорь тяжело вздохнул, отгоняя мрачные мысли. Он погладил сына по мягким светло-каштановым волосам. — Конечно, партнёр, пойдём. Мама пока помоет посуду, а мы – в гараж, – насколько смог, весело сказал он.
Однако, играя с сыном, он несколько раз ловил себя на том, что его внимание невольно ускользает к жене. Марина тихо звякала тарелками на кухне. Обычно после ужина они мыли посуду вместе, болтая о своих делах, или же Игорь читал сыну книгу, пока Марина управлялась. Сейчас же она, избегая их общества, закрылась на кухне. Только раз она выглянула приглушённо сказать, что пойдёт принять душ.
— Иди, мама, иди! – закричал Артём, строя башню из кубиков. Он был слишком поглощён играми, чтобы заметить странности.
Когда кухня опустела, тревога Игоря разрослась ещё сильнее. Он машинально катал машинку сына по полу, но мысли витали вокруг случившегося звонка и явной лжи. Почему Марина не призналась, что звонил Денис? Что такого могло быть в разговоре с их старым другом, что она предпочла скрыть сам факт звонка?
Через полчаса ребёнок зевал во весь рот. Пора было укладываться спать. Марина уже вышла из душа и теперь сидела на краю детской кроватки, помогая Артёму надеть пижаму. Когда он покорно лёг, она шептала ему колыбельную и гладила по спинке. Сцена была умилительная и, как обычно, тронула бы сердце Игоря... Если бы не тот гнетущий холодок, который поселился в этом сердце.
Он стоял у приоткрытой двери детской и наблюдал. Ему вдруг бросилось в глаза, как нежно Марина смотрит на сыночка, как её пальцы, перебирающие детские кудряшки, слегка дрожат. Будто она боялась, что это их последний тихий вечер.
«Что за глупости лезут в голову?» – одёрнул себя Игорь. Но ничего не мог поделать: подозрение пускало корни.
Когда ребёнок заснул, Марина укрыла его одеялом и осторожно прикрыла дверь. Игорь отступил в коридор, чтобы не столкнуться с ней взглядом. Он чувствовал, что стоит им встретиться, как у него вырвется буря вопросов, а сейчас не время – не рядом же со спящей детской выяснять отношения. Да и сам он ещё не знал, что именно следует выяснять.
Марина прошла мимо, коротко бросив: — Я сегодня что-то устала… Лягу пораньше, ладно? – Голос прозвучал натянуто, избегая близости. Не дожидаясь ответа, она скрылась в спальне.
Вскоре из-за закрытой двери не донеслось ни звука. Обычно она смотрела перед сном телевизор или листала телефон, но сейчас, вероятно, и вправду сразу легла спать. Или сделала вид...
Сидя на диване в полутёмной гостиной, Игорь мерил комнату настороженным взглядом, точно надеялся найти разгадку прямо здесь, среди знакомых вещей. В углу на полке висели три фотографии: на одной он, совсем молодой, обнимает Марину на берегу моря; на другой – они втроём с новорождённым Артёмом в роддоме, оба сияют от счастья; а вот на третьей… На третьей старой фотографии трое друзей: сам Игорь, Марина и Денис, ещё студенты, улыбаются на каких-то посиделках. Они были не разлей вода. На той фотографии рука Дениса лежит на плече Марины, а рядом с ними какая-то компания. Тогда, много лет назад, это не имело значения – просто дружеский жест на общегрупповом снимке. Но теперь, в свете странного звонка и лжи Марины, этот жест заставил желудок Игоря неприятно скрутиться.
Он подошёл ближе к полке, взял рамку с фотографией. Пыль слегка покрывала стекло, давно он её не рассматривал. Трое смеющихся беззаботных друзей. Никогда бы тогда не подумал, что жизнь разведёт их так. Что Денис вот уже пять лет как исчезнет из их круга. И почему именно пять лет?
Конечно, совпадение – пять лет назад появился ребёнок, и близкий друг одновременно уехал. В тот момент они с Мариной были поглощены рождением сына, и отъезд друга хоть и удивил, но не занял первого места в мыслях. Но сейчас, пять лет спустя, когда Денис внезапно напомнил о себе – да ещё и вызвал такую реакцию у жены – сознание начинало рисовать тревожные связи.
«Нет… – попытался отмахнуться от нарастающих подозрений Игорь. – Не может быть. Марина меня не предаст. Денис – мой друг. Был им». Но сердце уже закрадывала отравляющая догадка.
Он вспомнил, что как раз за полгода до рождения сына ему пришлось почти на месяц уехать в командировку. Это был тяжелый период: дела на работе требовали присутствия, а беременная Марина оставалась одна. Хорошо, что тогда Денис часто навещал её, помогал чем мог – он сам просил друга приглядеть за ней. Когда Игорь вернулся, всё было нормально… Разве что Марина временами выглядела грустной, говорила, что тяжело переносит беременность. Он не придал значения.
А спустя три месяца родился Артём – копия мамы: те же серо-голубые глаза, ямочка на подбородке. От отца, то есть от него, унаследовал разве что тёмные волосы. Но дети часто бывают похожи то на одного, то на другого родителя, а иногда и вовсе чертами в дедушек. Так что он никогда не задумывался, что сын как будто не очень похож на него. Да какая разница, ведь его любимый мальчик – самое дорогое, что у него есть.
Фотография дрожала у него в руке. Внутри него боролись две половины. Одна кричала, что он себя накручивает на пустом месте, другая холодно перечисляла факты: внезапный отъезд друга – тайный звонок от него спустя годы – дрожащая и лживая супруга.
Игорь поставил фотографию на место. Надо узнать правду. Любой ценой.
В тихой квартире раздался приглушённый звук – Марининого телефона, опять завибрировавшего в спальне. Видно, она не спала, если не выключила звук. Иначе кто-то рисковал разбудить её звонком.
Игорь затаил дыхание. Что же делать? В груди всё похолодело. Есть ли право лезть в её телефон? Это было бы нарушением доверия, грубым жестом… Но ведь, кажется, именно доверие уже пошатнулось. Она солгала, скрыл от него звонок – разве это не предательство их доверия?
Не успел он толком обдумать, как уже на цыпочках шагнул в тёмный коридор. Дверь спальни была неплотно прикрыта. В щель пробивалась узкая полоска света – видимо, ночник. Марина лежала лицом к стене, не видя мужа. На краю кровати, рядом с её вытянутой рукой, светился экран смартфона.
Сердце стучало громко, отзываясь в висках. Игорь бесшумно подошёл ближе, стараясь дышать неглубоко. На экране высвечивались сообщения – видимо, пришли СМС или из мессенджера. Он прищурился, разбирая текст.
Сообщения были от контакта «Денис». Несколько коротких строчек: «Нам надо поговорить. Я вернулся». Далее: «Марина, это важно. Ответь, пожалуйста». И последнее, минуту назад: «Ты не можешь меня вечно избегать. Пять лет прошло…»
Дальше, чтобы прочитать полностью, надо было разблокировать телефон.
В голове у Игоря всё смешалось. Пять лет… Опять эти пять лет. Что нельзя избегать? Что было пять лет назад? Да что угодно – рождение их сына, например.
Он шумно выдохнул, не выдержав, и Марина шевельнулась. Игорь отпрянул от двери, едва успев выскользнуть в коридор. Он прислонился спиной к стене, сердце колотилось. На лбу выступил пот.
Нет, нужно успокоиться. Не факт, что это… Может, у Дениса свои проблемы, мало ли… Но почему именно к Марине обращается, а не к нему? Они с Денисом когда-то были лучшими друзьями. Если тот вернулся в город – почему не позвонил сперва ему, Игорю?
Его ладони вспотели. Внутри всё дрожало от дурных предчувствий. Ему отчаянно не хотелось признавать даже возможность той ужасной мысли, что зародилась: а вдруг Артём – не его сын?
Эти слова обожгли сознание. Нет, нет, невозможно. Это звучало безумно и унизительно. Марина – изменившая ему с его лучшим другом? Это был бы самый подлый плевок, жестокий розыгрыш судьбы. Такое показывают в дешёвых мелодрамах по телевизору, но не может же это оказаться его реальностью…
И всё-таки. Если бы у кого-то спросили несколько часов назад, способен ли он представить, что жена ему врёт, он бы рассмеялся. А сейчас – вот она, ложь, налицо. И странное поведение, и тайные переписки.
Коридор внезапно показался душным, стены словно надвигались. Игорю нужно было подумать, вырваться наружу, проветрить голову. Он тихо прошёл на кухню, стараясь не скрипнуть полом. Открыл балконную дверь. Холодный ночной воздух хлынул в лицо. С десятого этажа, где располагалась квартира, видна была панорама города – горящие огни окон, редкие машины, убегающие вдаль вереницами фар. Осень пахла сыростью и прелыми листьями.
Он постоял так пару минут, приходя в себя. Надо действовать разумно. Прямо сейчас будить жену и требовать объяснений? Он представил эту сцену: Марина, застигнутая врасплох, скорее всего всё будет отрицать. Тем более, похоже, она далеко не собиралась посвящать его в происходящее.
«Значит, нужно самому узнать правду», – решил он, сжав ладонь в кулак на холодном перилах балкона. Но как? Расспросить Дениса? Тот в сообщении ясно написал: «Нам надо поговорить». Может, Денис хочет ему что-то сообщить? Например... Да нет, если бы друг хотел рассказать о прошлом, он бы искал встречи и с ним тоже. Скорее, Денис хочет поговорить с Мариной. Возможно, шантажирует? Или настаивает на чём-то?
Игорь разом сбросил эти версии. Незачем гадать. Есть простой и безотказный способ узнать правду. Современный, научный и беспристрастный.
ДНК-тест.
Мысль о тесте на отцовство пришла настолько внезапно, что он даже ахнул. Никогда бы он не подумал, что однажды поставит под сомнение своё отцовство, но теперь это казалось единственным способом развеять или подтвердить ужасные подозрения. Если есть малейший шанс, что сомнения обоснованны... Нет, он не мог жить, терзаясь вопросом. Нужно знать наверняка: родной ли ему по крови Артём.
В гостиной стоял ноутбук, и несмотря на глубокую ночь, Игорь решительно его открыл. Экран озарил комнату бледным светом. Он набрал в поисковике дрожащими пальцами: «Тест на отцовство ДНК сделать анонимно». Результатов оказалось полно – множество частных лабораторий предлагали услуги анализов ДНК, были даже домашние наборы для сбора образцов.
Он лихорадочно читал, прокручивая сайты. Оказывается, достаточно сдать образец слюны отца и ребёнка – например, ватной палочкой изо рта – и через несколько дней будет результат. Некоторые фирмы обещали за 3 дня прислать ответ. Были отзывы, гарантии конфиденциальности.
Так. Это можно провернуть без ведома жены. Он отдавал себе отчёт, что подобные действия – крайняя мера, почти паранойя. Но слишком много ставилось на карту. Он должен знать правду, какой бы она ни оказалась.
Наконец он выбрал одну фирму, лаборатория находилась как раз в их городе. Утром, по дороге на работу, можно будет заехать и купить у них набор или сдать анализы. Но лучше не привлекать внимания – закажет курьером набор домой, возьмёт пробы самостоятельно и отвезёт.
Решено.
На последней странице сайта крупной кнопкой значилось: «Заказать домашний ДНК-тест». Игорь, не раздумывая, нажал её. Заполнил необходимые поля. Совсем скоро ему перезвонил сотовый – менеджер, приятный мужской голос подтвердил заказ и уточнил адрес доставки. Курьер мог привезти тест уже завтра к обеду. Всё было ужасно просто – почти как заказать пиццу.
Завершив звонок, Игорь закрыл ноутбук. В груди его колотилось сердцебиение – теперь хотя бы был чёткий план. Завтра же он незаметно соберёт образцы ДНК и отдаст их на анализ. Возможно, к концу недели он уже будет знать правду.
Правда… Сможет ли он выдержать, если подтвердится худшее? Игорь прикрыл глаза, прислонившись затылком к спинке дивана. В висках стучало. Перед внутренним взором встала картина: маленький Артём тянет к нему ручонки, лепечет «папа», а он – больше ему никто. Чужой. Нет, невозможно…
Его замутило от этой мысли. Но нельзя и жить в неведении. Как он будет теперь смотреть на сына, не спрашивая себя, чья в его жилах кровь? Эти сомнения сожрут изнутри.
Он тихо встал, заглянул в щёлку приоткрытой двери детской. Там, в бледном свете ночника, мирно спал его мальчик, его солнышко – как он ласково звал сынишку, когда укладывал спать. Ресницы отбрасывали тени на круглые щёки, губы во сне были чуть приоткрыты, дыхание ровное. На полу у кровати валялась любимая игрушка – плюшевый пёс, без одного глаза, но обожаемый.
«Мой ли ты?» – с болью подумал Игорь, чувствуя комок в горле. – «Неужели я могу тебя потерять?»
Он тихонько вошёл, поднял с пола игрушечного пса и положил рядом с сыном. Слёзы подступили к глазам, но он сурово сдержал их. Ничего ещё не ясно. Может, всё это большая ошибка, просто его разыгравшееся воображение. Возможно, завтра всплывёт какое-то простое объяснение. Например, Денис вернулся и… может, он болен или попал в беду? И обратился к Марине как к врачу или просто как к старому другу за советом? А она не сказала мужу, чтобы не вызывать ревности? Да, натянуто, но...
Он заставил себя уйти из детской, пока не разрыдался над кроваткой. Ночь обещала быть бессонной, однако, вопреки всему, какая-то странная отрешённость накатила. Как будто запустился внутренний автопилот: сделай то, сделай это, узнай правду. Остальное – потом.
В спальню к жене он так и не лёг в ту ночь. Пристроился на диване, укрывшись пледом. Марина не вышла ни разу – скорее всего, она либо спала, либо тоже тихо мучилась тревогами. Но идти к ней, спрашивать? Нет. До результатов – ни слова. Нужны факты.
Лишь под утро, когда серый свет начал проникать сквозь занавески, Игорь провалился в тревожную дрёму. Ему приснилось что-то гнетущее – будто он гонится за улыбающимся человеком, у которого вместо лица было белое пятно. А на руках тот нёс его сына и всё повторял чужим голосом: «Это не твой ребёнок… не твой…»
Игорь проснулся в холодном поту, с трудом подавив крик. В квартире было тихо. Он взглянул на часы – 7:15. В детской захныкал проснувшийся Артём. Спальня жены была всё так же приоткрыта, и из щели больше не пробивался свет – наверное, Марина тоже просыпалась.
Новый день настал – день, который, возможно, изменит их судьбу.
Перед работой он вёл себя, насколько мог, обыкновенно. Как ни странно, Марина тоже выглядела спокойной. Разве что под глазами легкие тени – может, плохо спала. Она ни словом не обмолвилась о вчерашнем, лишь поблагодарила, что он дал ей выспаться наедине. Позавтракали чуть напряженно, но в пределах нормы – бывает, у каждого свои мысли.
Целуя на прощание сына и жену, Игорь едва удержался, чтобы не задержать взгляд на Марине дольше обычного – искал хоть какие-то признаки обмана. Но она лишь слегка улыбнулась и сказала: «Береги себя». Как обычно.
«Хорошая актриса…» – горько промелькнуло у него.
До офиса он добрался на автомате, почти не помня дороги. Курьер позвонил ему уже около полудня, как и договаривались, привёз плоскую коробку с надписью «DNA Home Test». Игорь спрятал её в сумку, чувствуя, как сердцебиение вновь учащается. Он отпросился с работы на час под предлогом срочных семейных дел – сказал начальнику, что нужно отвезти документы домой. Оправдание прокатило.
Через сорок минут он уже был у дверей своей квартиры. По пути связался с Мариной – она, как врач, должна быть днем на работе в поликлинике, но вдруг задержалась дома? Нет, всё в порядке: жена ответила, что занята на приёме, голос звучал обыкновенно. Значит, дома никого.
Артём был в садике, Марина на работе. Время собирать доказательства.
Он закрылся у себя в ванной, дрожащими руками раскрыл коробку. Внутри лежали два стерильных тампона в пакетиках, подписанные наклейки «предполагаемый отец» и «ребёнок», а также конверт для отправки в лабораторию и инструкция.
По инструкции следовало провести тампоном по внутренней стороне щеки не менее 20 секунд, высушить и вложить в пакет. Это нужно сделать для каждого.
Дыша часто, словно перед прыжком в ледяную воду, Игорь достал один тампон. Быстро и сильно потер себе с внутренней стороны щеки, вертел палочку почти минуту, на всякий случай. От волнения во рту пересохло. Затем спрятал этот тампон обратно в пакет, подписанный как образец отца.
Теперь – образец сына. В детской он взял из шкафа коробку, где хранились мелкие памятные вещи: первые срезанные локоны, бирка из роддома… Среди прочего, там лежала детская зубная щётка – старая, её сменили недавно на новую, а эту планировали использовать «для игрушек», но забыли. На щётке наверняка сохранилась слюна ребёнка – вполне годный образец ДНК. Он прочёл, что можно отправить и такой, хоть и лучше щёточный тампон. Но у него не было доступа к самому ребёнку сейчас, а ждать вечера не хотелось – любая задержка казалась невыносимой. К тому же, попробуй объяснить активному пятилетке, зачем ему сейчас папа возит ватной палочкой по щеке – сто вопросов задаст.
Поэтому он аккуратно срезал с зубной щётки несколько ворсинок ножницами, как рекомендуют в инструкции (подходят и волосы с корнем, и ногти, и прочее – всё годится). Положил их во второй пакетик, обозначил как образец ребёнка.
Сухие образцы – значит, можно сразу отсылать, не надо сушить. Он заполнил короткую форму – анонимный номер заказа и прочее. Запечатал оба пакета во вложенный конверт.
На часах было 13:30. Если поторопиться, успеет отвезти конверт лично до лаборатории до конца обеда. Он решил не полагаться на почту, а доставить лично – так выйдет быстрее, да и надёжнее.
Спустя полчаса, запыхавшись от беготни, он передавал конверт администратору лаборатории – женщине средних лет, которая с понимающей улыбкой заверила, что результат будет готов максимум через четыре дня, а если пожелает, то и через двое за доплату. Он не задумываясь заплатил сверху – каждое лишнее час ожидания был мукой. Ему выдали уникальный номер, по которому можно узнать результат на сайте или по телефону.
Весь остаток дня прошёл словно в тумане. Игорь машинально выполнял работу, а разум его витал далеко – в тревожных догадках. Он бесконечно перетасовывал факты последних суток, вспоминал малейшие детали за прошлые годы, способные намекнуть на измену, но раньше не замеченные.
Например, как-то раз – Артёму тогда не было ещё и года – малыш тяжело заболел, лежал в больнице с вирусной инфекцией. Врач попросил сдать кровь обоим родителям для анализа и сравнения групп крови, если вдруг понадобится переливание. Он смутно припоминал: у него вторая группа, у Марины третья. А у Артёма, помнится, определили четвертую группу. Тогда никто не придал значения – мало ли, у двоих родителей с разными группами вполне может ребёнок получить четвёртую, сочетание, так сказать. Но позже, как-то он читал статью, что вроде бы такого сочетания не бывает: вторая и третья не дают четвёртую… Или дают? Он не медик, мог и напутать. Тогда эта мысль мелькнула и пропала. А сейчас снова всплыла, усиливая беспокойство.
Вечером он вернулся домой с тяжёлым сердцем. Два следующих дня стали самыми долгими в его жизни. Марина явно чувствовала его отчуждённость – он старался быть с ней вежливым, но отстранённым. Ссылался на сильную загрузку на работе. Ночевал оба раза на диване, сказав, что у него простудные симптомы и не хочет заразить. Она предлагала поговорить – намекала, не обиделся ли он на что-то. Он отнекивался. Ему невыносимо было даже целовать её – что, если эти губы лгут ему?
Марина искала встречи с ним взглядом, пыталась спросить, всё ли хорошо. Он лишь кивал. Даже с сыном был более сдержан обычного, чем напугал себя: неужели уже подсознательно начал отдаляться? Стоило мальчику назвать его «папочка», у него внутри всё сжималось. В один из вечеров, укладывая Артёмку, тот вдруг спросил: «Пап, а ты меня любишь?» – вопрос обычный для ребёнка, требующего подтверждения. А Игорь едва сдержал рыдания, прижимая к себе сына: «Конечно, люблю, глупенький. Больше жизни». От чего же тогда ему так больно?
Он ловил себя на том, что с жадностью всматривается в черты ребёнка – ищет в них черты Дениса. У Дениса светло-серые глаза, почти голубые, у Артёма серо-голубые – как у матери, да и форма глаза её. Носик – Маринин, аккуратный. Овал лица – общего не поймешь, дети часто меняются. Волосы тёмно-русые: у него, Игоря, почти чёрные, у Марины светлые, у Дениса русые… Ничего определённого. Но и сходства сильного с собой он не видел. Разве только в улыбке? Близкие говорили, что улыбка у мальчика вылитый папа. Но может, это просто потому, что они жили душа в душу, перенял мимику.
Ночами он почти не спал. Ждал, когда лаборатория пришлёт уведомление, пообещали же через два дня. На третий день утром – ничего. К вечеру третьего дня – тишина. К утру четвёртого – тоже.
К середине четвёртого дня нервы его напряжённо звенели. И вот, когда он уже собирался звонить сам, пришло письмо на электронную почту, которую он указал при заказе.
«Результаты ДНК-анализа по делу №... готовы. Для ознакомления перейдите по ссылке...» – дальше ссылка.
В руках мгновенно вспотел телефон. Сердце билось так, что, казалось, грудная клетка ходуном ходит. Он был на работе, в небольшой переговорной, куда специально зашёл, чтобы, если придёт письмо, прочитать наедине. За стеклянной стеной виднелись силуэты коллег, не подозревающих, какой драмы час настал.
Игорь несколько раз глубоко вдохнул. Большой палец завис над ссылкой. Он боялся нажать, понимая: это мгновение отделяет его от той правды, которая либо разрушит всю его жизнь, либо вернёт ему покой (даже трудно представить, как жить дальше, если всё окажется ошибкой – радоваться, что подозревал зря? Но тогда что с ложью Марины? Впрочем, шансов на ошибку оставалось мало).
Щёлк. Ссылка открылась, потребовала ввести пароль – тот самый номер заказа.
Он ввёл, стараясь не задрожать рукой слишком явно, и нажал Enter.
Несколько секунд прогрузки. Затем появилась лаконичная страница с таблицей:
«Образцы: Предполагаемый отец: образец 1. Ребёнок: образец 2. Количество совпадений по локусам ДНК: 0 из 20. Вероятность отцовства: 0%.»
Цифры поплыли перед глазами. Ноли. Ноли повсюду.
Ноль процентов.
Мир перед ним как будто обрушился в пропасть. Его опасения подтвердились – худшее, чего он втайне ждал и одновременно отчаянно не хотел увидеть. Он не является биологическим отцом Артёма. Ни единого совпадения.
Телефон выпал из его руки на стол, экраном вверх, всё ещё открытая страшная таблица. Игорь закрыл лицо руками. Его крупное тело задрожало мелкой дрожью. Внутри поднялась волна то ли тошноты, то ли крика – будто душа выворачивалась.
«Не мой… Не мой ребёнок…» – пульсировало в голове. Пять лет… Пять лет он прожил в сладкой лжи, растил чужого сына, ни о чём не подозревая. Пять лет ложь Марины отравляла их семью, а он слепо верил. Боже…
В дверь переговорной вдруг постучали – коллега через стекло выглядел обеспокоенным. Наверное, заметил, что Игорю дурно. Он наспех вытер лицо рукавом, поднял телефон, сунул в карман.
— Всё нормально, сейчас выйду, – хрипло бросил он через дверь.
Коллега не слишком поверил, но ушёл.
В голове одна за другой вспыхивали сцены – рождение сына: как он, перепачканный слезами счастья, резал пуповину, думая, что это его кровиночка появилась на свет. Первое «агу», первые шаги – он учил ходить, держал, когда сын сделал первый шажок от мамы к нему, тогда он чуть не плакал от гордости. Первое слово «папа», которое Артём произнёс в год и месяц – как же они радовались с Мариной, обнимались втроём...
Всё это теперь вдруг приобрело привкус горечи. Был ли он папой? Получается, нет, просто играл чужую роль, вольно или невольно обманутый. Его лишили права быть обманутым? Или он по-прежнему папа, пусть и неродной?
Но сейчас разум кипел гневом. Он ощущал себя обокраденным – лучшего друга и любимую женщину он бы, наверное, простил любые мелкие проступки, но не такое. Они украли у него веру, украли чистоту тех воспоминаний, делая их обманом.
Гнев вскипал и бил в виски. Предательство, унижение, боль – всё смешалось в ядовитый коктейль, застилающий глаза красной пеленой. Он не понимал, что делать дальше, но знал одно: он не оставит это так.
Едва справившись с собой, он дрожащими руками набрал на телефоне сообщение жене: «Нужно срочно поговорить. Жду тебя дома после работы. Очень срочно.»
И отправил, прежде чем смог передумать.
Сегодня эта ложь должна закончиться. Он заставит её смотреть ему в глаза и говорить правду – всю до последней мелочи.
Если бы рядом сейчас оказался Денис… Игорь даже представить боялся, что сделал бы. Перед глазами встала картина, как он бьёт приятеля, снова и снова, а тот валится на землю. Этого хотелось – выплеснуть ярость на обидчика, разрушить его, как тот разрушил его доверие.
Телефон пискнул. Пришёл ответ от Марины: «Хорошо. Ты меня пугаешь. Что случилось?».
Он ничего не ответил. Просто стал собираться, заранее уходя с работы. Плевать на проекты, отчёты. Такой день не требует отгулов – если уволят, всё равно плевать, сейчас это не имело значения.
Дома он оказался раньше жены. Около шестнадцати часов он уже мерил шагами гостиную, в тысячный раз перечитывая распечатку результатов (по пути домой он заехал и распечатал этот файл – будет уликой).
Каждая минута ожидания казалась вечностью. Чтобы не сидеть сложа руки, он начал собирать некоторые вещи – свой спортивный рюкзак заполнялся на случай, если он решит уехать сегодня же. В голове царил хаос, но одна мысль звучала отчётливо: так дальше, как прежде, быть не может.
Щёлкнул замок входной двери. Игорь застыл посреди комнаты.
Марина появилась на пороге гостиной – бледная, встревоженная. Она быстро оглядела обстановку: стоящий у стены чемодан, нервно шагающий муж, его красные глаза. На её лице отразилась паника.
— Игорь… Ты меня пугаешь, – прошептала она. — Что случилось? Ты заболел? Что за срочность?
Вместо ответа он протянул ей лист бумаги – тот самый, с результатом ДНК. Марина непонимающе подалась вперёд, взяла лист дрожащими руками и пробежала глазами. В один миг все краски жизни разом сошли с её лица. Она побелела как полотно.
Лист задрожал у неё пальцах. Она подняла на него взгляд – и вмиг всё стало ясно без слов. В этих расширившихся глазах читались и страх, и мольба, и отчаяние. Она поняла, что её тайна раскрыта.
Наступила точка невозврата.
"Ложь бегает спринты, но правда бегает марафоны." — Майкл Джексон
Продолжение следует 26.03.2025
Уважаемые читатели!
Сердечно благодарю вас за то, что находите время для моих рассказов. Ваше внимание и отзывы — это бесценный дар, который вдохновляет меня снова и обращаться к бумаге, чтобы делиться историями, рожденными сердцем.
Очень прошу вас поддержать мой канал подпиской.
Это не просто формальность — каждая подписка становится для меня маяком, который освещает путь в творчестве. Зная, что мои строки находят отклик в ваших душах, я смогу писать чаще, глубже, искреннее. А для вас это — возможность первыми погружаться в новые сюжеты, участвовать в обсуждениях и становиться частью нашего теплого литературного круга.
Ваша поддержка — это не только мотивация.
Это диалог, в котором рождаются смыслы. Это истории, которые, быть может, однажды изменят чью-то жизнь. Давайте пройдем этот путь вместе!
Нажмите «Подписаться» — и пусть каждая новая глава станет нашим общим открытием.
С благодарностью и верой в силу слова,
Таисия Строк