Школа №Х стояла на краю глухой деревни, затерянной среди бескрайних дремучих лесов и топких болот. Ее старые деревянные стены, покрытые мхом и плесенью, давно не видели ремонта, а окна, затянутые пылью, казалось, смотрели на мир пустыми глазницами.
Дети из окрестных деревень ходили сюда учиться, но в последнее время школа стала внушать им ужас. Учителя шептались в учительской, а ученики боялись оставаться после уроков. Но никто не мог представить, насколько ужасным окажется кошмар, который их ждал.
Первый звоночек
Учительница литературы, Анна Петровна, была первой, кто столкнулся с древним злом. Она всегда была строгой, но справедливой, и ученики уважали ее за честность и жажду справедливости.
В тот день она задержалась, чтобы проверить сочинения. Класс был пуст, только слабый свет лампы освещал стол. И вдруг старенькая учительница услышала шепот. Он исходил из стены, словно кто-то говорил прямо за ее спиной. Анна Петровна обернулась, но никого не увидела. Шепот стал громче, слова сливались в неразборчивый поток, но интонация... Она была ледяной, зловещей.
На следующий день ее нашли в кабинете. Она сидела за своим столом, глаза широко раскрыты, рот искривлен в немом крике. На стене, прямо перед ней, мелом было написано: "Они хотят выйти".
Тени в коридорах
После смерти Анны Петровны в школе начались странности. Ученики жаловались на холод в коридорах, даже когда отопление работало на полную мощность. Кто-то видел тени, которые двигались против законов физики, изгибаясь и скользя по стенам. А ночью охранник, старик Иван, услышал, как из подвала доносится смех. Он спустился вниз с фонариком, но так и не вернулся. Утром его нашли в котельной. Его тело было... перекручено, словно кто-то играл с ним, как с куклой.
Лицо в стене
Маша, ученица 10 класса и по совместительству отличница и спортсменка, была скептиком. Девушка не верила в призраков и нечисть, вполне справедливо считая это деревенскими байками, суевериями и глупостями, а все странности, происходящие в школе, она списывала на стечение обстоятельств или какого-то преступника. Но, скажите на милость, какая нечисть в 21 веке? Маша не боялась. Нечисти не существует, а для человека у неё в кармане припасен перцовый баллончик.
Однажды Маша забыла в классе учебник, по которому ей предстояло готовиться на следующий день. Ей пришлось возвращаться в школу. На улице уже начинало темнеть. В пустом классе девушка услышала странный шепот, идущий словно из стен. Маша подошла ближе, и вдруг... стена начала шевелиться.
Старое дерево стены словно ожило, сдвигаясь и образуя очертания лица. Оно было огромным, с пустыми глазницами и ртом, полным острых зубов. Лицо зашипело: "Ты не уйдешь". Маша бросилась к двери, но та не открывалась. Девушка оглянулась и увидела, как из стены вытягиваются длинные, костлявые руки. Они схватили кричащую школьницу и потащили в стену. Ее крик оборвался, когда древесная плоть сомкнулась, оставив лишь одну каплю крови на полу.
Ритуал
Директор школы, Николай Васильевич, понимал, что скрывать происходящее больше нельзя. Он собрал всех учителей в учительской. Их лица были бледными, глаза полными страха. Люди были на грани.
Николай Васильевич рассказал, что школа построена на месте древнего кладбища, где когда-то хоронили самоубийц и преступников. Но самое страшное — под зданием был замурован вход в подземелье, где в древние времена проводились темные ритуалы. Директор предложил провести обряд, чтобы успокоить духов. Но для этого нужна была жертва.
Учителя замерли. Они смотрели друг на друга, не веря своим ушам. Марина Ивановна, учительница математики и начальных классов, первая нарушила молчание: "Вы предлагаете принести в жертву ребенка? Вы сами себя то слышите? Это уголовно наказуемо и как минимум неэтично! Мы учителя, мы должны защищать их!" Но в ее голосе слышалась неуверенность. Она понимала, что помощи ждать неоткуда. Деревня была слишком далеко от цивилизации, а телефонная связь давно не работала. Им никто не поможет.
Сергей Петрович, учитель физкультуры и по совместительству и трудовик, и обежешник, мрачно произнес: "А если мы не сделаем этого? Они заберут всех. Мы уже видели, на что они способны. Трех погибших более чем достаточно." Его слова повисли в воздухе, как приговор.
Внутренняя борьба
Учителя спорили до поздней ночи. Елена Викторовна, учительница биологии и химии, плакала, вспоминая своих учеников. "Мы не можем этого сделать. Это бесчеловечно! Это противоречит просто всему! Мы перестанем быть людьми после этого!" — кричала она. Но даже она в глубине души понимала, что другого выхода нет. Они были в ловушке, и каждый день приносил новые жертвы.
Директор, видя их колебания, сказал: "Мы выбираем меньшее из зол. Одна жизнь ради многих. Иначе они выйдут, и тогда погибнут все. Не только школа, о нет, на ней они не остановятся. Погибнет и деревня, а если они не насытятся, то и другие деревни." Его голос был холодным, но в глазах читалась боль и отчаяние. Он тоже был учителем, но теперь ему приходилось принимать страшные решения. Но сам для себя он все решил.
Жертва.
Учителя решили, что жертвой станет самый слабый и тихий ученик — тихий и замкнутый Ваня. Его бабушка была запойной пьяницей, а отца с матерью не видели уже лет десять. Так что мальчонку вряд ли бы кто-то хватился. Да даже если бы бабушка и заметила пропажу, то её легко можно было бы списать на то, что ребенок ушел в лес и не вернулся. Для этих краев это обычная история...
Ванюшу заманили в подвал, где уже был нарисован кровавый круг. Ваня смотрел на них с ужасом и каким-то отстраненным, глубоким пониманием происходящего, но не сопротивлялся. Он всегда был изгоем, и теперь его жизнь должна была стать платой за спасение остальных.
Но когда директор начал читать заклинание, Ваня засмеялся. Его голос стал глубже, а глаза загорелись красным светом. "Вы думали, что я жертва?" — прошипел он. "Я — тот, кто держал дверь всегда закрытой, неблагодарные. А теперь... она откроется и в этом виноваты вы, сами избравшие свою судьбу". Его тело начало разрываться, обнажая нечто огромное и чудовищное. Учителя пытались бежать, но стены сомкнулись, не оставив выхода.
Нечисть обрела свободу
На следующее утро школа была пуста. Ни учеников, ни учителей. Только на стенах остались кровавые следы, а из подвала доносился шепот. Те, кто осмеливался подойти к зданию, говорили, что видели тени в окнах. И слышали голоса, зовущие их внутрь.
Но самое страшное — это чувство, что школа теперь живая. Она наблюдает. Она ждет. И дверь, которую так долго держали закрытой, теперь открыта. Кто знает, сколько их уже вышло? И кто следующий?
- Предыдущая история