— Ты разоряешь наш бизнес! — Анна швырнула папку с документами на стол. — Это не помощь, а уничтожение всего, что мы создали!
Виктор Степанович поправил очки в дорогой оправе и снисходительно улыбнулся. Эта привычка выводила Анну из себя — каждый раз, когда свёкор собирался выдать очередную нравоучительную тираду, он проделывал этот жест.
— Девочка моя, — начал он своим «профессорским» тоном. — Двадцать пять лет в бизнесе научили меня одному: нужно действовать быстро. Рынок не ждёт. Сегодня есть возможность — завтра её нет.
Анна скрестила руки на груди, разглядывая роскошный кабинет свёкра. Тот самый кабинет, где месяц назад Дима вручил отцу дубликаты ключей от их квартиры — «чтобы в случае чего мог проверить документы». После продажи автосервиса он постоянно жаловался на скуку, и Дима предложил отцу помочь с их эко-магазином. А через месяц уже оформил его официальным консультантом с правом подписи. А через месяц уже оформил его официальным консультантом с правом подписи. Она была против, но промолчала. Семья всё-таки. Тогда она ещё боялась разрушить хрупкий семейный мир, надеялась, что всё наладится само собой.
— Быстро — не значит необдуманно, — процедила она сквозь зубы. — Кредит на два миллиона без финансового плана — это авантюра. У нас стабильный доход, постоянные клиенты. Зачем рисковать?
— Риск — благородное дело! — Виктор Степанович откинулся в кожаном кресле. — Я уже договорился о поставках оборудования. Китайцы дают хорошую скидку, если брать оптом. А ещё есть возможность арендовать помещение в новом торговом центре...
— Стоп! — Анна подняла руку. — Какое помещение? Мы об этом не говорили.
— А что тут говорить? — он пожал плечами. — Дима уже подписал документы.
Анна почувствовала, как к горлу подкатывает тошнота. Дима подписал. Без обсуждения с ней — партнёром и женой.
— И где эти документы?
— У меня, конечно, — свёкор похлопал по сейфу за спиной. — Всё в надёжных руках.
Анна медленно выдохнула, пытаясь успокоиться. С тех пор как Виктор Степанович начал «помогать» их бизнесу три месяца назад, она чувствовала, как почва уходит из-под ног. Сначала «выгодные» поставщики, потом настойчивые советы по управлению, а теперь и прямое вмешательство в финансы.
— Дайте угадаю, — она прищурилась. — Помещение оформлено на вас?
Виктор Степанович промолчал, но его довольная улыбка сказала всё за него.
— Послушай, — начал он, наклонившись вперёд. — Я хочу как лучше. Твой муж понимает это. Дима знает: отец плохого не посоветует.
«Дима знает», — эти слова резанули по сердцу. Муж действительно никогда не перечил отцу. Даже когда тот настоял на увольнении их лучшего менеджера, Дима промолчал. «Папа в этом разбирается», — сказал он тогда.
Телефон в кармане завибрировал — пришло уведомление из банка. Анна достала смартфон и застыла, глядя на экран. Новый расход по корпоративной карте: девятьсот тысяч рублей.
— Это тоже в надёжных руках? — она развернула телефон экраном к свёкру.
— А, это! — он махнул рукой. — Предоплата за оборудование. Нужно было срочно оформить заказ, пока не подняли цены.
Анна почувствовала, как внутри всё закипает. Деньги, которые они с Димой копили на открытие линии по производству экологичной упаковки, уходили в неизвестном направлении.
— Где договор с поставщиком? — спросила она, чеканя каждое слово.
— Не кипятись, — Виктор Степанович достал из ящика стола какие-то бумаги. — Вот, полюбуйся. Всё официально.
Анна взяла документы. Первое, что бросилось в глаза — печать компании, о которой она никогда не слышала. И реквизиты какого-то ИП.
— Что это за фирма? — она начала вчитываться в мелкий текст. — Почему договор не с нашими постоянными поставщиками?
— У них цены выше, — отмахнулся свёкор. — А эти ребята — мои старые знакомые. Надёжные партнёры.
В голове Анны зазвенел тревожный звоночек. За два года работы с экологичными материалами она выучила всех крупных поставщиков. О компании из договора она никогда не слышала.
— И где они находятся? — спросила она, листая договор.
— В Подмосковье, — неопределённо махнул рукой Виктор Степанович. — Слушай, что ты как прокурор? Я двадцать пять лет в бизнесе, неужели не разберусь?
— Разберётесь, — кивнула Анна. — Как с тем менеджером разобрались? Которого уволили за «профнепригодность», а потом выяснилось, что он отказался оформлять липовые накладные?
Лицо свёкра слегка потемнело. Он снял очки и начал протирать их платком — ещё один его характерный жест в моменты раздражения.
— Девочка моя, — начал он тоном, которым говорят с капризным ребёнком. — Ты молодая, неопытная. В бизнесе иногда приходится принимать непопулярные решения.
— Непопулярные — да, — согласилась Анна. — Незаконные — нет.
Она достала телефон и набрала номер мужа. Гудки шли, но Дима не отвечал. Типичная ситуация в последнее время — стоило возникнуть напряжению между женой и отцом, он исчезал с радаров.
— Передайте Диме, что я хочу его видеть. Немедленно, — она направилась к двери.
— Куда же ты? — в голосе свёкра появились заискивающие нотки. — Мы не договорили...
— Договорим, — Анна обернулась в дверях. — Когда мой муж и партнёр соизволит появиться и объяснить, почему принимает решения за моей спиной.
Выйдя из кабинета свёкра, она остановилась, пытаясь собраться с мыслями. В голове крутились цифры. Девятьсот тысяч предоплаты неизвестной фирме. Договор аренды, о котором она впервые слышит. И это не считая других странных трат за последние месяцы.
Телефон в руке завибрировал. Сообщение от Димы: «Прости, на встрече. Поговорим вечером».
Анна горько усмехнулась. Вечером он скажет то же, что и всегда: «Папа в этом разбирается», «Нужно довериться его опыту», «Он желает нам добра».
В их небольшом магазине было непривычно тихо. Обычно в это время собирались постоянные покупатели, выбирали экологичную косметику, спрашивали о новинках. Но сегодня — ни души.
— Странно, — пробормотала Анна, включая свет в подсобке. — Где все?
— А вы не знали? — удивилась продавец Света, высокая девушка с короткой стрижкой. — Виктор Степанович распорядился сегодня закрыться пораньше. Сказал, будет инвентаризация.
Анна замерла с папкой документов в руках.
— Какая инвентаризация? Почему я не в курсе?
— Так он с утра приезжал, — Света пожала плечами. — С какими-то людьми. Велели пересчитать товар, составить списки...
«Люди». У Анны похолодело внутри. Она бросилась к компьютеру, открыла базу данных. Так и есть — все файлы с отчётностью исчезли.
— Света, кто был с Виктором Степановичем?
— Двое мужчин, — девушка наморщила лоб, вспоминая. — Один такой... в костюме, с портфелем. Второй что-то всё фотографировал на телефон. А потом велели скинуть им базу клиентов.
— И вы скинули? — у Анны задрожали руки.
— Конечно, — кивнула Света. — Виктор Степанович же начальник. То есть... — она осеклась, глядя на побледневшее лицо Анны. — Ой, я что-то не то сделала?
Анна не ответила. Она судорожно набирала номер технической поддержки, моля небеса, чтобы успеть восстановить данные. Два года работы, наработанная клиентская база, все контакты и истории заказов — всё это могло исчезнуть.
— Здравствуйте, — раздался голос в трубке. — Служба поддержки...
— Мне нужно срочно заблокировать доступ к базе данных! — выпалила Анна. — И восстановить файлы за сегодня.
— Секундочку... — протянул голос. — А, вижу вашу учётную запись. Только что был сделан полный экспорт данных. И... запрос на удаление поступил буквально десять минут назад.
— Отмените! — почти крикнула Анна. — Это несанкционированный доступ!
— К сожалению, запрос поступил от администратора системы...
— От кого?
— Пользователь... — пауза. — Дмитрий. Ваш муж, я полагаю?
Анна медленно опустила телефон. Дима. Её муж дал отцу доступ к системе. Позволил выкачать все данные. И теперь пытается замести следы.
В кармане снова завибрировал телефон. Сообщение от свёкра: «Зайди ко мне. Нужно обсудить реорганизацию бизнеса».
Реорганизацию. Значит, вот как это называется. Анна почувствовала, как к горлу подступает тошнота. Она опустилась на стул, глядя на опустевшие полки магазина — их детища, которое они с Димой создавали два года. Вкладывали душу, время, все сбережения...
В кафе напротив их магазина было шумно. Анна сидела у окна, машинально помешивая давно остывший кофе. На экране телефона светилось сообщение от Димы: «Не делай глупостей. Папа знает, что делает».
Знает, что делает. Эта фраза преследовала её последние полгода. Когда свёкор настоял на смене поставщиков — знает, что делает. Когда уволил опытных сотрудников — знает, что делает. Когда начал распоряжаться финансами — знает, что делает.
Звякнул колокольчик над входной дверью. Анна подняла глаза и увидела Олега — того самого уволенного менеджера. Он заметил её и, помедлив, направился к столику.
— Привет, — сказал он, присаживаясь напротив. — Как дела в магазине?
— Ты был прав, — вместо приветствия сказала Анна. — Насчёт Виктора Степановича. Это всё было спланировано.
Олег кивнул, его лицо помрачнело.
— Я пытался предупредить. Когда он начал требовать оформлять поставки через свои фирмы...
— Расскажи, — Анна подалась вперёд. — Всё расскажи. Сейчас мне нужна любая информация.
— Помнишь тот день, когда меня уволили? — Олег говорил тихо, поглядывая по сторонам. — Я нашёл документы. На регистрацию новой компании. С таким же названием, как у вас, только букву поменяли. И договоры аренды на новые помещения.
Анна похолодела. Вот оно что. План был не просто в том, чтобы влезть в управление — свёкор готовил рейдерский захват.
— Он ведь просто... присматривает за бизнесом, — пробормотала она слова Димы. — Помогает семье...
— Помогает? — Олег горько усмехнулся. — Он systematically уничтожает ваш бизнес. Выкачивает деньги, отпугивает клиентов, меняет поставщиков. А теперь, видимо, решил, что пора делать финальный ход.
— Базу данных, — прошептала Анна. — Они забрали всю базу...
— И что теперь? — спросил Олег после паузы.
Анна достала телефон, открыла папку «Документы». Здесь хранились копии всех договоров, платёжек, накладных. Она параноидально сохраняла всё, не доверяя облачному хранилищу.
— Теперь я буду бороться, — она расправила плечи. — Есть доказательства вывода денег. Есть следы махинаций с поставщиками. Есть...
Телефон зазвонил. На экране высветилось имя мужа.
— Не буду мешать, — Олег поднялся. — Удачи. И... будь осторожна. Такие люди не привыкли проигрывать.
Анна кивнула и приняла вызов.
— Нам надо поговорить, — голос Димы звучал устало. — Я всё объясню.
В их квартире пахло растворимым кофе — Дима всегда заваривал его, когда нервничал. Дима стоял у окна, нервно постукивая пальцами по подоконнику. При виде жены он дёрнулся, словно хотел подойти, но остался на месте.
— Я всё знаю, — сказала Анна, опускаясь в кресло. — Про новую фирму. Про договоры. Про базу данных.
— Это не то, что ты думаешь, — начал Дима свою любимую фразу.
— А что это? — она устало посмотрела на мужа. — Объясни мне, что происходит. Только честно, Дим. Без этих вечных «папа знает, что делает».
Он потёр переносицу — жест, который раньше казался Анне милым, а теперь вызывал раздражение. Точно так же тёр переносицу его отец, когда проворачивал очередную махинацию.
— Папа считает, что бизнес нужно масштабировать, — начал Дима. — У него есть связи, опыт...
— У него есть план по захвату нашего дела, — перебила Анна. — И ты это знаешь. Знаешь и помогаешь ему.
— Не говори так! — впервые в голосе мужа появились эмоции. — Он хочет как лучше! Просто у него свои методы...
— Методы? — Анна достала телефон. — Вот, смотри. Перевод на неизвестную фирму. Договор с подставным поставщиком. Документы на новую компанию. Это методы?
Дима молчал, глядя в пол.
— Помнишь, как мы начинали? — тихо спросила Анна. — Свой первый магазин? Как радовались каждому клиенту? Как строили планы?
— Да, конечно, — произнёс он шёпотом. — А сейчас? — она поднялась и сделала шаг к мужу. — Сейчас ты даёшь своему отцу разрушать наше общее дело. И просто стоишь в стороне, не сопротивляясь.
— Он мой отец, — прошептал Дима.
— А я твоя жена, — в голосе Анны зазвенели слёзы. — И твой партнёр. Но это, видимо, ничего не значит.
В кармане завибрировал телефон. Анна даже не стала смотреть — наверняка очередное сообщение от свёкра.
— Я подала заявление в полицию, — сказала она, глядя мужу в глаза. — Час назад. Мошенничество в особо крупном размере, превышение полномочий, подделка документов — там всё: выписки, договоры, доказательства махинаций.
Дима резко побледнел.
— Ты что... Зачем? — он схватился за голову. — Это же отец! Семья!
— Семья? — горько усмехнулась Анна. — Семья не уничтожает друг друга, Дим. Семья не ворует, не обманывает, не предаёт.
Продолжаю финальный, шестой раздел рассказа:
— Я всё исправлю, — Дима шагнул к ней. — Поговорю с отцом. Он поймёт...
— Нет, — Анна покачала головой. — Уже поздно что-то исправлять. Завтра к нам придут с проверкой. И знаешь, что самое страшное?
Она подошла к окну. На улице зажигались фонари, люди спешили домой с работы. Обычный вечер, только их жизнь рушилась на части.
— Самое страшное — я не знаю, на чьей ты стороне, — её голос дрогнул. — Когда начнётся разбирательство, когда всплывут все махинации твоего отца... Что ты будешь делать?
Дима молчал, и это молчание было красноречивее любых слов.
— Он уже всё продумал, — продолжила Анна. — Новая фирма, готовые договоры, база клиентов. Небось, и помещение присмотрел поближе к нашему магазину? Чтобы удобнее было переманивать покупателей?
— Откуда ты... — начал Дима и осёкся.
— Значит, я права, — она горько усмехнулась. — И ты знал. Всё это время знал и молчал.
В прихожей раздался звонок. Дима вздрогнул, но Анна даже не пошевелилась.
— Это твой отец, — сказала она. — Приехал спасать ситуацию. Наверное, привёз какие-нибудь новые договоры. Или, может, предложит мне отступные?
Звонок повторился, более настойчиво.
— Не открывай, — попросил Дима. — Давай просто поговорим...
— О чём? — Анна повернулась к нему. — О том, как твой отец планомерно разрушал наш бизнес? Или о том, как ты ему в этом помогал?
Звонок зазвучал почти непрерывно. Потом в двери загрохотал кулак.
— Анна! — раздался голос свёкра. — Открывай немедленно! Нам нужно поговорить!
Она подошла к двери, но останавливаться рядом с мужем.
— Знаешь, что самое обидное? — спросила тихо. — Не предательство твоего отца — от него я другого не ждала. А то, что ты выбрал его сторону. Даже не пытался сопротивляться.
— Я не выбирал...
— Нет, выбрал, — она грустно улыбнулась. — Каждый раз, когда молчал. Каждый раз, когда отводил глаза. Каждый раз, когда говорил «папа знает, что делает».
За дверью что-то щёлкнуло — видимо, свёкор достал свой комплект ключей.
— Я подала на развод, — сказала Анна, глядя, как медленно поворачивается замок. — Документы пришлют завтра. Вместе с постановлением о проверке бизнеса.
Дверь открылась. На пороге стоял Виктор Степанович, раскрасневшийся от злости. За его спиной маячили какие-то люди в костюмах.
— Ну что, договоримся? — спросил он с привычной снисходительной улыбкой.
Анна молча взяла сумку и направилась к выходу.
— Ты делаешь большую ошибку! — крикнул вслед свёкор. — Мы же семья!
— Нет, — она обернулась в дверях. — Семья так не поступает.
Уже в такси, глядя на проплывающие за окном огни города, Анна подумала, что впервые за долгое время чувствует облегчение. Возможно, она потеряла бизнес. Возможно, придётся начинать всё сначала. Но она сохранила главное — самоуважение.
Телефон в сумке снова завибрировал. Анна достала его, ожидая увидеть очередное сообщение от мужа или свёкра. Но это была Света, их продавец:
«Я сохранила резервную копию базы. И у меня есть записи всех странных распоряжений Виктора Степановича. Если нужно будет свидетельствовать — я готова».
Анна улыбнулась. Всё-таки не всё потеряно. И она обязательно начнёт сначала. Только теперь будет умнее.