Это продолжение цикла о формировании современных границ Чехии и Словакии. Начало – здесь.
У чешского и словацкого языков, являющихся сегодня государственными языками соседних государств, две совершенно разные исторические траектории и крайне любопытная история взаимоотношений, которой стоит коснуться в этом цикле.
Близость двух языков в их литературной форме очевидна невооруженным взглядом, а отличия кажутся последовательными и предсказуемыми. Если же говорить о диалектах чешского и словацкого, то они представляют собой непрерывный континуум, причем говоры жителей Силезии и Татр обнаруживают сходства с польскими:
(Вообще, может возникнуть впечатление, что словацкий – это «чешский для ленивых», носителям русского, безусловно, более понятный как в письменной, так и в устной форме. Я бы даже сказал, что словацкий язык более любого другого годится на роль общеславянского – правда, нужды в таком до сих сор не возникало).
Первый текст на языке, который можно назвать чешским, датируется началом XIII века, а уже во второй половине столетия появляются переводы фрагментов Библии. Примерно между 1365 и 1375 гг. была создана Дрезденская Библия – первый перевод Библии на славянский язык (с латыни). Кстати, чешский стал третьим живым европейским языком, на который было переведено Священное Писание (после итальянского и французского). В 1488 г. появилась Пражская Библия, ставшая первым печатным и полным изданием Библии на славянском языке.
Чешская ученость была востребована в славянском мире – не только Slavia Romana, но и Slavia Orthodoxa. Под чешским влиянием появились польские и лужицкие переводы Библии, а первый полный свод книг Ветхого и Нового Завета на церковнославянском языке – Геннадиевская Библия – был подготовлен в Новгороде в 1499 г. при участии доминиканца Вениамина из Эммаусского монастыря в Праге (правда, по происхождению он мог быть хорватом, но это неточно). Наконец, в Праге же Франциск Скорина в 1517-19 гг. печатает свою Библию Руску:
Добавлю в это медовое описание старочешской книжности (которая и правда максимально симпатична) ложку дегтя: вот основные центры книгопечатания в XV веке:
...а вот распределение сохранившихся первопечатных книг по странам:
... и по языкам:
Еще одна иллюстрация ядра и периферии Европы.
Огромную роль в развитии чешского языка сыграло гуситство. В трактате De orthographia bohemica, появившемся около 1410 г. и приписываемом самому Яну Гусу, была предложена реформа орфографии, в частности, вводились диакритики: акут (čárka) для обозначения долготы гласных и точка (tečka) для палатализованных согласных. Позже точка превратилась в знаменитый háček, распространившийся от Балкан до Лапландии. Воистину великое изобретение, не зря в ЧССР про Гачека и его подругу Чарку даже был комикс:
Но к диакритикам чехи привыкали больше ста лет, пользуясь по старинке диграфами. В 1533 г. была составлена первая чешская грамматика:
В ней окончательно закрепляется гачек, а Кралицкая Библия (1579-93), изданная моравскими братьями, задает стандарт литературного чешского языка:
Однако орфография еще сильно отличалась от современной (желающие могут ознакомиться здесь).
Во многих национальных мифологиях Восточной Европы есть сюжет о золотом веке, который закончился с приходом злых захватчиков. Удивительно, но в случае Чехии именно так оно и было. В результате германизации и рекатолизации после поражения у Белой Горы начался упадок чешской культуры и письменности, а язык потерял свой статус (но расцвело музицирование).
А что там у словаков? С Х века их земли были в составе Венгрии, они обогатили славянским элементом венгерский генофонд, но родную речь сохранили. Начиная с XII века в латинских текстах появляются вставки на языке, который можно назвать словацким, а 1294 годом датируется первый документ, в котором этот язык называется по имени. В договоре межевания, составленном неким монахом Иванкой, указан ориентир: ad parvam arborem nystra slowenski breza ubi est meta. Nystra – это, очевидно, искаженное венгерское nyírfa (береза), ибо slowenski breza означает «а по-словацки береза». Очень трогательно, что именно от березы берет свое начало братский нам словацкий язык.
В XIV веке на словацкие земли начинает проникать чешский язык, который в «словакизированной форме» становится языком образованного культурного слоя. Это неудивительно, учитывая политический и культурный расцвет Чешского королевства. Именно на словакизированном чешском написан «самый старый словацкий текст» – Жилинская городская книга (1451). На нем же первая печатная словацкая книга – Бардеёвский катехизис (1581), катехизис Лютера, разумеется:
Под влиянием чешского в XVI-XVIII веках формируются три «культурных интердиалекта»: западнословацкий, среднесловацкий и восточнословацкий, взаимодействующие при этом друг с другом. Кроме того, у словацких протестантов чешский становится языком литургии.
Итого, к XVII веку близкородственные языки проходят совершенно разный исторический путь. Если чешский переживает расцвет, которому особенно способствовала Реформация, то язык словаков пребывает в аморфном состоянии и под влиянием более престижного языка соседей. Но в результате германизации и рекатолизации чешский сдает позиции. Национальное возрождение у чехов и словаков (в том числе борьба за язык) начинается параллельно, в последней трети XVIII века, но если первые апеллируют к великому прошлому, то вторые стараются построить что-то новое. При этом попадая под френдли фаер: многие словаки предпочитают считать себя венграми.
И немного карт.
Для начала языки Австро-Венгрии по переписи 1910 года:
Вообще это скрин венгерской интерактивной карты, которая показывает языки большинства по территориальным единицам низшего уровня:
Граница между чешским и словацким строго соответствует границе между Цислейтанией и Транслейтанией, что, конечно, является административным упрощением.
Вот карты современных диалектов чешского и словацкого от викикартографа Trevbus:
Восточноморавские диалекты чешского (которые также называют моравско-словацкими) плавно перетекают в западнословацкие. А североморавские (они же ляшские, laskie на карте ниже) диалекты чешского демонстрируют черты, роднящие их с польским (например, отсутствие долготы гласных и ударение на предпоследнем слоге):