Екатерина Маркус, размышляя о неотвратимости ухода, не утрачивает успокоительной смелости.
***
И эти все потоки головы
И облачные стайные пути
Сплетающийся узел из дождя
Одна струя — огонь
другая — яд
А третья — сладкий яблочный сироп
И есть поток составленный из жаб
И из морковок и еще из рыб.
Все звуки заплетаются в циклон
А ты в глазу и равно глаз в тебе.
И можно неприкрыто говорить
Причудами своими «я люблю»
Их некому теперь перевести
Кому узнать дождливую латынь?
И можно неприкрыто говорить
О смерти и невзрачном волшебстве
Все это все равно покроет дождь
И вой циклона память унесет.
Исходят струи рек из головы.
Многопоточный облачный режим.
***
Говорить с тобой —
касаться легкими пальцами
перебирая, постукивать по спине
во мне так много
умирающих предложений
они так и лезут вовне
но это тяжелая артиллерия
поглаживание или удар
объятие поцелуй щипок
пальцы нелегкие
вообще не пальцы
а с тобой можно
только подушечками
по абрису скул
иначе не складывается
иначе не тот разговор
иначе и нет его
***
Как уходящий поезд метро
Пикает на прощание
Оставляет тебя сиротой Казанской
На Московском вокзале в Санкт-Петербурге
Так уходит и целый город
Большегрузным седым пароходом
Оставляет тебя-Иону в ките вагона
Тоже поезда но другого
Движется будто бы город
А ты точка постоянства и невозврата
Не тебя трясет реальность трясется
Не поезд качает а небо
Стоишь на месте все движется
Даже земля сама из-под ног
Уходит
Читайте также:
Дыхание белых страниц Сергея Волкова: современная поэзия
#современнаяпоэзия #современныепоэты #стихи #формаслов