***
‒ Когда приступим? – голос Марка звучит так неожиданно и непривычно громко, что Игорь невольно морщится.
Он обводит взглядом сидящих за столом товарищей. Они в ожидании смотрят на него. Спазм сдавливает вдруг горло, и мужчина некоторое время не может вымолвить ни слова. Потом, собравшись с мыслями и осторожно откашлявшись, Игорь произносит:
‒ Надо отложить испытание на некоторое время.
Голос звучит хрипло и неуверенно. Марк хмурится и подаётся вперёд.
‒ Прости, я не расслышал. Что ты сказал?! – спрашивает он, впившись в своего командира тёмными, как уголь, глазами.
Игорь повторяет ещё раз громче:
‒ Надо отложить испытания.
‒ Это шутка?! – на округлом лице Кати проступает нерешительная улыбка.
Её синие глаза разглядывают Игоря в ожидании какого-то подвоха.
‒ Я меньше всего склонен сейчас шутить, Катенька, ‒ отвечает тот. – Я серьёзен, как никогда. Мы откладываем испытания.
‒ Игорь, с тобой всё в порядке? – сидящая рядом Ника внимательно вглядывается в его лицо, словно ища признаки надвигающегося безумия.
‒ Я вам сейчас всё объясню, ‒ говорит Игорь, чувствуя себя неловко под прицелом девяти пар глаз.
‒ Да уж потрудись, ‒ недовольно отзывается Андрей с другого конца стола. – Потому что буквально пару минут назад ты убеждал нас начать испытания сегодня, чтобы к вечеру отчитаться Центру.
‒ Это прозвучит невероятно, ребята, но постарайтесь выслушать меня и не перебивать. Капсула работает, я это наверняка знаю, но нам надо всё тщательно проверить…
Он говорит, немного сбивчиво и торопливо, будто опасаясь, что никто не дослушает, решив, что он спятил. Но в рубке царит гробовое молчание, никто не стремится перебить его, возразить что-либо. И, когда он оканчивает свой рассказ, повисает томительная пауза. На лицах его друзей повисает тень недоверия и сомнений.
Первым голос подаёт Марк:
‒ И что же ты предлагаешь нам сейчас делать? Мы запланировали испытания, мы доложили об этом в Центр. Они будут ждать результатов вечером.
‒ Сошлёмся на форс-мажор, ‒ отвечает Игорь. – В любом случае, не вам об этом беспокоиться. Я беру на себя всю ответственность за отсрочку, я буду всё расхлёбывать, объясняться перед начальством. Вас это никоим образом не коснётся.
Андрей сокрушённо качает головой и недовольно поджимает губы.
‒ И какие будут предложения? – подаёт голос Славка, поднимаясь со своего места.
‒ Идите отдыхать, ‒ отвечает Игорь. – Даю вам два часа. Вечером мы займёмся проверкой установки. Надо убедиться, что всё в порядке.
Медленно, как бы нехотя все встают из-за стола. Игорь видит их недовольство, но, тем не менее, испытывает облегчение. Не важно, что они сейчас злятся на него, главное, что он сумел отговорить их от испытания и сохранил их жизни.
В своём боксе Игорь устало опускается на кровать. На плечи давит тяжесть, будто он прожил уже бесконечное множество жизней, умирал и рождался вновь. Одновременно ему хочется спать и в то же время охватывает какое-то радостное возбуждение. Получилось! Они живы! Прикрыв глаза, он даже успевает провалиться в лёгкую дрёму, когда мелодичный и одновременно неживой голос сообщает на всю базу: «Внимание! Всем работникам базы прибыть в технический корпус!»
Игорь подскакивает на кровати. Сердце, ещё секунду назад бившееся ровно и спокойно, переходит в бешеный галоп. В горле моментально пересыхает. Он срывается с места и выбегает в коридор, где сталкивается с Леоной.
‒ Игорь… ‒ она кажется растерянной и напуганной.
‒ Что происходит?! – он яростно стискивает её худенькие плечи и встряхивает девушку.
Чёрные, похожие на шёлк, пряди волос падают ей на лицо. Зеленовато-карие глаза распахиваются ещё больше, отчего Леона становится похожа на испуганного ребёнка. Её щёки вспыхивают румянцем.
‒ Игорь, отпусти, мне больно! – вскрикивает она.
‒ Кто в лаборатории? – орёт ей в лицо мужчина, позабыв том, что перед ним стоит девушка, в которую он влюблён.
Она говорит что-то. Игорь видит, как шевелятся её губы, но не может разобрать ни слова. Жемчужный свет разделяет их, раскидывая во времени и пространстве…
***
Если бы он мог себе позволить, то взорвал бы Капсулу к чёртовой матери, но она пока нужна ему. Кулаки Игоря сжались в бессильной ярости. Эта серебристая сфера – как воплощение его отчаяния и ненависти. Она утробно гудела, будто насмехаясь над ним. Дразнила его. «Я разделаюсь с тобой, ‒ мрачно подумал он. – Но позже. И ты мне в этом поможешь».
На виске его болезненно пульсировала жилка ‒ напоминание, что он так и не смог пока найти ответы на свои вопросы. Что же пошло не так в их эксперименте с Капсулой? И главное, почему вопреки всем его усилиям предотвратить пуск «машины времени» он всё-таки каждый раз происходит?
Игорь шагнул к панели управления. В голове – уже готовый план, что он будет делать, если получится вернуться назад. Радикальный шаг, за который там, на Земле, его не погладят по головке, но это неважно. Гораздо важней девять жизней, которые он намерен спасти.
***
Он открывает глаза. Темно. Кровать, на которой он засыпал и просыпался несколько месяцев, кажется теперь жёсткой и неудобной. Игорь встаёт и торопливо одевается. Времени не так уж много, скоро все проснутся.
Коридор базы, ведущий в технический корпус, кажется длиннее обычного, и Игорь еле сдерживается, чтобы не сорваться на бег. Появляется неотвязное ощущение, что он уже шёл по этому коридору с тем же самым намерением, но он никак не может вспомнить, чем же всё закончилось. Игорь сомневается, что его действия одобрят остальные члены команды, вполне возможно, они решат, что у него поехала крыша. Он хорошо представляет грозящие ему неприятности, но думать об этом совсем не хочет. Не сейчас. Потом, когда будет за что отвечать.
В лаборатории дежурит Славка, и когда Игорь входит, тот поднимает на него покрасневшие от недосыпания усталые глаза.
‒ Не спится? – осведомляется он, и его покрытое веснушками лицо озаряет весёлая улыбка, отчего он становится похожим как две капли воды на своих сынишек, чьё фото стоит у него на тумбочке. Только что коротко стриженные волосы не торчат задорно во все стороны, как у них.
‒ Да, не спится, ‒ говорит Игорь как можно более спокойно, чтобы не выдавать своё волнение. – Хочу всё проверить последний раз перед запуском сам. Лично.
‒ Ну и правильно, ‒ кивает Славка.
Игорь подходит к нему и кладёт руку на плечо.
‒ Иди, отдохни пару часов. Считай, что я тебя сменил на дежурстве, ‒ говорит он.
Его друг удивлённо оборачивается и пытается возразить:
‒ Да я не устал.
‒ Иди-иди, считай, что это приказ, ‒ настойчивей повторяет Игорь, опасаясь, что товарища придётся выталкивать взашей. Но, видимо, Славка, на самом деле чувствует себя очень уставшим и возражает только из вежливости, потому что больше его уговаривать не приходится. Поколебавшись для порядка ещё минуту, он как бы нехотя кивает и выходит из отсека.
Одиночество давит на плечи и грудь. Сердце бьётся учащённо и немного тревожно. У него должно всё получиться именно сейчас. Нужно прервать порочный круг раз и навсегда. Панель управления реакторным отсеком заговорщицки перемигивается с ним индикаторами. Игорь замирает ненадолго, снова взвешивая свои действия и те последствия, которые они повлекут. Ребята будут живы – это плюс. Испытания Капсулы сорваны – это минус. Но это незначительный минус по сравнению с девятью жизнями. К чёрту Капсулу и весь проект «Поток». Кто не терял друзей и любимых, тот его не поймёт всё равно.
Игорь протягивает руку и вводит команду на экстренную остановку второго отсека реактора. Того самого, который питает серебристую сферу. «Внимание! Экстренное торможение реакторного отсека!» ‒ сообщает неживой голос ему и всей остальной базе заодно. Игорь усмехается, мысленно представляя, как его товарищи торопливо выбегают из своих боксов, пытаясь понять, что происходит. Пусть приходят. Тут они и поговорят не торопясь.
Под потолком неожиданно вспыхивает красная лампа, заливая помещение болезненным светом. «Тревога!» ‒ сообщает равнодушный неживой голос. Игорь удивлённо озирается по сторонам, не понимая, что произошло. Капсула угрожающе гудит, как огромный растревоженный улей. Перламутровый туман расползается в разные стороны, поглощая всё вокруг…
***
Звёздное небо раскинулось над ним чёрным бархатным пологом. Звёзды равнодушно смотрят на него миллионами немигающих глаз. «Почему? – думает Игорь. – Что я сделал не так? Сколько раз я уже стоял здесь, под этим звёздным небом? Сколько приложил усилий, чтобы всё исправить? Что на этот раз?» Ощущение, что всё это уже было ни единожды, подступает к горлу, и хочется кричать. Он прислушивается, ожидая, когда система жизнеобеспечения скафандра напомнит ему о своей замене, но нет. Всё тихо, слишком тихо. Что-то не так…
И вдруг понимает: он стоит на серой безжизненной равнине, залитой солнцем, но вот скафандра на нём почему-то нет. Запоздалый ужас подкатывает к горлу, сдавливает, перекрывая дыхание. Почему он до сих пор ещё жив?! Как оказался без скафандра не просто снаружи, за порогом шлюзов базы, а ещё умудрился отойти от неё на приличное расстояние? Он силится вспомнить, что случилось. Испытания… Гибель друзей… Капсула… Технический отсек… Остановка реакторного отсека… Туман…
Понимание приходит неожиданно, отчего становится одновременно и грустно, и легко на сердце. Это не его друзья погибли. Он сам умер, и теперь блуждает в собственных мыслях, бесконечно проигрывая вероятности событий. Но лучше уж так. Пусть он, чем все они. Игорь шагает вперёд и с хрустом наступает на что-то. Наклоняется и поднимает Радужницу, надёжно заключённую под стекло. Улыбается ей, как своей старой подруге. Он – как эта бабочка. Вечный пленник безжизненной спутницы его родной планеты. Но он ни о чём не жалеет. Теперь его душа так же легка, как эта бабочка.
Шлюзовой отсек он преодолевает беспрепятственно, как и полагается бесплотным духам. И теперь идёт по коридорам с лёгким сердцем. Он не может видеть своих друзей, но чувствует из присутствие, угадывает в каждой мелочи. Ему даже кажется, что он слышит их голоса, но очень издалека. На его лице проступает счастливая улыбка. Живы. Они живы…
***
‒ Что теперь будет? – Леона склонилась над лежащим на кровати Игорем, заглянула в его бледное безжизненное лицо.
‒ Кто бы это знал… ‒ вздохнул рядом Андрей.
Лицо его было мрачнее самой безлунной ночи. На высоком лбу прорезались неизгладимые складки.
‒ Неужели ему нельзя помочь?! – срывающимся голосом спросила Леона.
Кто-то из подруг сочувственно положил ладонь ей на плечо. Девушки в команде уже давно догадываются о намечающихся романтических отношениях между ней и Игорем.
‒ Сомневаюсь, что кто-то сталкивался с подобной ситуацией ранее, ‒ ответил Андрей. – В Центре ответили, что они высылают за ним модуль.
Леона повернулась к товарищам. Её глаза подозрительно поблёскивали при ярком свете ламп.
‒ Кто-нибудь из вас может хотя бы предположить, что с ним такое? – спросила она, переводя взгляд на всех по очереди, но каждый из них отводил глаза. ‒ Он спит? В летаргическом сне? В коме? Что это за состояние такое?!
Марк, откашлявшись, сбивчиво начал:
‒ Я могу только предполагать, Лео, ты особо не принимай всё на веру. Думаю, Игорь попал в поток. Его сознание стало пленником временной петли. Знаешь, как щепка, движущаяся в бурном течении реки. Она то плавно плывёт, уносимая потоком, то её начинают закручивать водовороты и тогда она долго блуждает на одном и том же месте. С Игорем произошло нечто похожее… Его тело и сознание разделились. Тело здесь, с нами, а сознание где-то ещё… Ну, я так предполагаю.
‒ Нам не стоило запускать эту Капсулу. Не сейчас. Не сегодня. Такого же не должно было произойти, ‒ Леона закусила губу.
‒ Этого никто не мог предположить, ‒ развёл руками Славка. ‒ Очевидно, какой-то сбой работы Капсулы. Мне надо перепроверить все данные за последние несколько суток, и особенно в последний час перед запуском. Может, мощность реактора снизилась…
Он умолк, растерянно переминаясь с ноги на ногу.
‒ Он не очнётся сам? ‒ с надеждой спросила Леона.
‒ Вряд ли… ‒ ответил Марк. ‒ Его тело и сознание в разных временных потоках…
Игорь издал еле слышный звук – стон или вздох. Его товарищи, не сговариваясь подались вперёд в надежде на какое-нибудь чудо. Но он по-прежнему лежал, плотно закрыв глаза. Лишь иногда по лицу пробегала лёгкая тень каких-то чувств, переживаемых где-то, когда-то во времени. И вдруг лицо их командира озарила слабая, но искренняя улыбка.
‒ Ребята… ‒ прошептал он еле слышно сквозь время. – Как хорошо, что вы живы…
#фантастика #космос #рассказы