Пресс-служба Минсельхоза Узбекистана рассказало о результатах экспериментов по выращиванию местного чая, которые начались в 2018 году. Тогда до новостных лент добралось некоторое количество будоражащих воображение сообщений о том, что Узбекистан намерен стать заметным игроком на чайном рынке и что в нескольких областях страны будут созданы индустриальные чайные плантации общей площадью в 283 гектара, на которых к 2025 году будет ежегодно производиться 189 тонн чая.
Тогда, в 2018 году, чайные новости из Узбекистана прекратили поступать также резко, как и начали — и я решил было, что проект сдулся. Однако нет — просто люди работали на земле и с кустами, а не в медийном пространстве.
Оказывается, прямо сейчас идет активная работа по адаптации японских сортов чайных растений к климату и почве горных и предгорных районов Узбекистана, на высотах от 600 до 1500 метров над уровнем моря. Несколько лет назад специалисты кафедры земледелия и мелиорации Ташкентского государственного сельскохозяйственного университета совместно с коллегами из Токийского сельскохозяйственно-технологического университета выбрали пять японских культиваров чайного куста, завезли их в Узбекистан и для начала постарались добиться успешного размножения растений в тех самых горных и предгорных районах страны. После чего приступили к созданию первых опытных плантаций, которые сейчас располагаются в Сурхандарьинской, Кашкадарьинской, Джизакской, Ташкентской и Ферганской областях Узбекистана.
Отмечу, кстати, что к выращиванию чая в Узбекистане примеривались несколько раз и еще в советские времена — однако, добившись определенных успехов с выращиванием растений, от затеи отказались в силу высокой себестоимости полного цикла производства чая в этом регионе. Так что когда современные и, безусловно, интересные опыты по выращиванию узбекского чая обосновывают желанием вывести на внутренний рынок Узбекистана недорогой и качественный местный чай, начинаешь испытывать некоторое недоумение.
Узбекистан ежегодно импортирует порядка 30000 тонн чая, в основном из Китая и, в основном, зеленого. Перешибить этот чай ценой будет невероятно сложно. Ну и 189 тонн потенциального локального производства на фоне 30000 тонн импорта оставляют местному узбекскому чаю только три жизнеспособных варианта развития. Первый — это уход в дорогие специалитеты. Второй — это раскручивание локальной торговой марки и продажа под ней купажей, составленных из местного и импортного чая. Третий вариант — это комбинация двух первых — использование дорогих и качественных локальных специалитетов для продвижение локальных марок чая и последующее продажа под этими марками дешевых купажей на основе импортного сырья.
Ну а я буду следить теперь за узбекским чаем. Мне теперь недалеко, опять же. И да, кстати! В любом разговоре о чайной индустрии Узбекистана обязательно нужно вспомнить Самаркандскую чаеразвесочную фабрику. Которая, на минуточку, работает с XIX века. И которая производила неплохо известный советским любителям зеленый чай №95 — он изготавливался из китайского сырья и неплохо вписывался в среднеазиатскую потребительскую чайную культуру. Эта фабрика работает до сих пор и продолжает разными способами фасовать китайский, главным образом, чай.
