Я (всегда с себя начинаю…) трус, наверно. Боюсь смерти и потому о ней не думаю, а загружаю себя почти непрерывной мозговой работой, очень трудной. И один из трудов – суметь передать моим читателям, какие бывают не трусы – ницшеанцы. Они настолько ненавидят Этот мир с его порядком и, в частности, с наличием смерти, что этой смерти не боятся, хоть в крайних контрах с её существованием для себя. Хармса привела в такую крайность советская действительность, способная крайность внушить. Вот он и впал в подсознательное ницшеанство. Того идеал – метафизическое иномирие, принципиально недостижимое. Но творческим людям лафа – можно создать его образ, и кажется, что его достиг. Так если ТУТ – рациональность, значит то, что ТАМ, можно выразить абсурдом. Звонить — лететь (Третья цисфинитная логика) I Вот и дом полетел. Вот и собака полетела. Вот и сон полетел. Вот и мать полетела. Вот и сад полетел. Конь полетел. Баня полетела. Шар полетел. Вот и камень полететь. Вот и пень полететь. Вот и миг поле