Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Сибирское воспитание

Мордобой был частью жизни, сколько себя помню. Отец военный. Жизнь в разъездах: Оренбуржье, Краснодарский край, Смоленск, Сибирь… Новые города, дворы, школы. Детям переезды даются нелегко, ведь «новеньких» принято проверять на прочность. Рабочий способ заявить о себе в советском дворе – подраться. Страшновато, зато мгновенно становишься своим «в доску». В двенадцать, после очередного переезда, вашего покорного слугу отметелили так, что полопались капилляры в глазах, и я решил заняться боксом. «Великим вряд ли станешь. Но девочку защитить сможешь. Переодевайся,»- сказал тренер на первом занятии… С тех пор прошло двадцать два года. Я провел сотни боев на соревнованиях по всевозможным видам: бокс, боевое самбо, Армейский Рукопашный Бой, ММА. Подтягивал борьбу у вольников и грепплеров, учился бить ногами у «тайцев» и «кикеров», пять лет разбирался в классических методиках подготовки на факультете физкультуры НГПУ, проходил сборы в школах и клубах в разных уголках страны и за рубежом, дралс

Мордобой был частью жизни, сколько себя помню. Отец военный. Жизнь в разъездах: Оренбуржье, Краснодарский край, Смоленск, Сибирь… Новые города, дворы, школы. Детям переезды даются нелегко, ведь «новеньких» принято проверять на прочность. Рабочий способ заявить о себе в советском дворе – подраться. Страшновато, зато мгновенно становишься своим «в доску».

В двенадцать, после очередного переезда, вашего покорного слугу отметелили так, что полопались капилляры в глазах, и я решил заняться боксом. «Великим вряд ли станешь. Но девочку защитить сможешь. Переодевайся,»- сказал тренер на первом занятии…

С тех пор прошло двадцать два года. Я провел сотни боев на соревнованиях по всевозможным видам: бокс, боевое самбо, Армейский Рукопашный Бой, ММА. Подтягивал борьбу у вольников и грепплеров, учился бить ногами у «тайцев» и «кикеров», пять лет разбирался в классических методиках подготовки на факультете физкультуры НГПУ, проходил сборы в школах и клубах в разных уголках страны и за рубежом, дрался со звездами и новичками(индейцами). Победы. Поражения. Травмы. Перерывы. Начинал с нуля. Менялись виды и правила. Рос уровень соперников и соревнований. Рос и менялся я сам.

Сейчас мне тридцать четыре. Слова первого тренера оказались пророческими. Великим не стал. И миллионов не заработал. Иногда мои бои показывают на федеральных каналах. В коробке на балконе лежит ворох медалей и кубков. А стопки грамот хватит, чтобы обклеить стены крошечной комнаты. Нахватал травм, которые в методике физической культуры принято называть «сопутствующими виду спорта». Но жаловаться не на что! Однажды профессиональный боец ММА, чемпион мира по панкратиону и России по АРБ, Женя Бондарь сказал: «Победы, титулы, звания… Это все классно. Но не показатель того, кто ты…» Мордобой в моей судьбе был способом самоутверждения, хобби, профессией, образом жизни. Позволил раскрыться. Слепил личность. Научил не паниковать, когда страшно. Правильно отсчитывать движения в экстремальных ситуациях. Верить в команду. Идти до конца. Слышать собственное тело. Быть верным ремеслу. На Востоке это называют Путь. В учебниках именуют системой воспитания. Единоборства—модель жизни. Концентрат. В этом океане нет дна. И чем глубже погружаешься, тем отчетливее осознаешь.

Всем добра!