Но как же найти места, где можно купить комплектуху к компьютерам? Я предположила, что раз компьютеры — это электроника, то надо копать в сторону радиолюбительства. То есть надо поймать радиолюбителя и его хорошенько допросить. А где водятся радиолюбители? Правильно — рядом с большими антеннами! Я припомнила, что такая антенна есть и на нашей общаге. На всякий случай вышла на улицу — точно, на крыше стоит красивая такая здоровущая антенна! Поднялась на последний этаж и стала осматривать коридор. Вот он — пучок проводов от антенны! Он ведёт в одну из комнат.
Я постучала. Дверь открыл парень в очках, напоминающих телескоп — с такими же толстыми линзами. Я с деловым видом поинтересовалась:
— А это ваша антенна на крыше стоит?
Парень не удивился, наверное, ему такой вопрос каждый день задают. Просто молча кивнул в ответ. Я продолжаю.
— А вот если мне надо радиодетали купить, где это лучше сделать?
Парень насторожился.
— Смотря какие.
— Вообще-то меня интересуют детали к компьютерам, — призналась я.
— А, «Радио-86»? — понимающе кивнул парень.
— Не совсем. Мне нужны комплектующие к Ай-би-эм-совместимым машинам.
— К персоналкам? — парень явно в курсе. Он задумался. — У «Пионера» на Пешков-стрит бесполезно — там один ширпотреб. «Электрон» на Бутырской — там тоже вряд ли. «Электроника» на Ленинском, вот там может быть, но там как выставка, ничего не продают, всё по записи. Или по объявлениям искать, или ехать в выходные куда-нибудь в Покровское-Стрешнево.
— А там что?
— Там радиолюбители по выходным собираются — обмениваются, продают. Но там конторщики гоняют, можно влететь неслабо. Так что если поедешь, то осторожнее.
— А Тушинский радиорынок?
— Не слышал о таком.
Ну конечно — он же появится только в девяностом! Что-то я запуталась во времени.
— Спасибо!
Хоть какая-то ясность. Можно, конечно, попытаться снова позвонить Владимиру, у которого дискеты покупала, но ясно, что там всё государственное. Нет, надо ехать на стихийный радиорынок — там не будет этой двусмысленности.
В воскресенье с утра пораньше отправилась на поиски радиолюбителей, а нашла приключения.
Но обо всём по порядку. Выяснив, что Покровское-Стрешнево находится по Рижской железной дороге, поехала на Рижский вокзал. На самом деле пригородные кассы обнаружились вовсе не в вокзале, а в торце какого-то невзрачного тупика рядом с проспектом Мира. Ну ладно, с этим я разобралась.
Приехала на платформу, хожу туда-сюда — ничего похожего на рынок. Я же привыкла как? Продавцы на фанерку или газету выложат свой товар и курят рядом. А тут интеллигентного вида дядьки с чемоданами ныкаются по кустам. Вроде и подойти к ним неудобно, и даже спросить — а вы случайно не спекулируете радиодеталями? Вряд ли они с радостью закивают головой. Тогда как же быть?
И тут до меня дошло: надо дать знак «я своя»! Порылась в сумке, достала отвёртку, и стала вертеть её в руке, как гопник — нож-бабочку. Это сработало. Вскоре подошёл неприметный мужичок и негромко поинтересовался:
— Что интересует?
Так же негромко ответила:
— Комплектующие к Ай-Би-Эм Пе-Це.
Мужик внимательно поглядел на меня и кивнул на парня с чемоданчиком, который тоже прогуливался по платформе. На него бы я никогда не подумала. Но подошла к нему, и, продолжая играть отвёрткой, сказала:
— Меня интересуют запчасти к Ай-Би-Эм.
Парень оценивающе оглядел меня и уточнил:
— Что конкретно?
Ага, наконец-то я вышла на нужного человека!
— Для начала кабель «Центроникс», сетевой кабель с евро-вилкой, клавиатура с русскими буквами.
Отвернувшись в сторону, как будто высматривает приближающуюся электричку, парень ответил:
— Провода есть, клавиатуры с собой нет. Если нужна — можно подъехать ко мне на неделе.
— Провода почём?
— Сетевой — пять, параллельный для принтера — пятнадцать, комовский — десять.
Так, сетевой — это электрический с заземлением и евровилкой; параллельный — он же «Центроникс», потому что его придумала фирма «Центроникс»; а комовский — для подключения через последовательные порты, которые в документации называются «Com».
— А можно посмотреть?
— Не здесь, — ответил парень и показал в сторону кустов. Кусты, конечно, ещё голые, но всё же не у всех на виду. Парень спустился с платформы и пошёл по тропинке, я двинулась следом. Оглянувшись, я обнаружила, что приплатформенные кусты активно используются для совершения сделок между радиолюбителями. Отойдя чуть подальше, этим же занялись и мы. Парень открыл свой чемоданчик и достал провода. Но не успела я взять их в руки, как со стороны платформы раздался истошный крик:
— Атас! Менты!
Кусты тут же затрещали под напором ломанувшихся в разные стороны радиолюбителей, но было поздно — за кустами виднелись фуражки милиционеров, оцепивших территорию. Парень побледнел и выронил провода на землю. Мне тоже стало не по себе. Что будет дальше, я примерно представляла — задержание, путешествие в отделение, составление протокола и изъятие товара. Последний пункт меня не касается, но мне хватало и предыдущих. Потому что менты тут же стуканут в институт, и тогда меня ждёт досрочный вылет в свободное плавание. За время учёбы я несколько таких историй слышала, хоть с жертвами обстоятельств лично знакома не была. А я планирую прокантоваться в институте и общаге до осени. И поэтому мне приключения сейчас не нужны.
Что же делать-то? Гляжу, парень с чемоданчиком тоже приуныл. А в нашу сторону через кусты уже пробираются двое парней в штатском откровенно конторского вида — в костюмах, с аккуратными причёсками и одинаковыми специфическими выражениями лиц. Понятно — опера из ОБХСС. Это основные действующие лица, а те, что в форме — это массовка.
Тут на меня нашло озарение. Я выхватила у парня его чемоданчик и бросила на землю, а самому парню приказала:
— Садись!
Усадив его на чемоданчик, я плюхнулась ему на колени и обхватила за шею. Шепнула ему на ухо:
— Обними меня!
И взасос поцеловала его в губы. Как раз в это время опера вылезли из кустов и наткнулись прямо на нас. Один из них хмыкнул, другой деликатно кашлянул. Я медленно повернула голову в их сторону и попыталась изобразить растерянность. Хотя изображать ничего и не надо — я и так уже достаточно напугана.
— Молодые люди… — осторожно начал первый опер, а второй полез в карман за ксивой.
— В чём дело? — срывающимся голосом спросила я.
— Документы предъявите, — наконец проявил твёрдость первый.
— Мы что-то нарушили? — безвыходность ситуации придала мне наглости.
— Ваши документы, — повторил опер.
— А я, когда иду на свидание, документы с собой не беру! — уже погромче заявила я.
— Тогда придётся поехать в отделение, — уже менее уверенно сказал опер.
— А за что? — я начала откровенно скандалить. — Уже и целоваться нельзя? Даже в кустах?
Второй опер подёргал первого за рукав.
— Оставь их, только время теряем.
Я ещё громче завопила:
— Вот до чего дожили! Уже целоваться с парнем запрещают!
— Не ори, а то действительно заберём, — пригрозил первый опер. — Давайте идите отсюда!
Я встала с колен парня и помогла ему подняться.
— Пойдём отсюда, нам здесь не рады!
И потащила его на тропинку, ведущую к платформе. Парень подхватил свой чемоданчик и послушно пошёл за мной. Я взяла его под руку и шепнула:
— Только не беги! И не оборачивайся!
Мы уже почти дошли до платформы, когда услышали шум тормозящей электрички. Тут наши нервы сдали, и мы, не сговариваясь, припустили к поезду. Сзади донёсся крик оперов:
— А ну стойте!
Но поздно — мы со всего ходу влетели в тамбур, и за спиной с облегчением услышали шипение закрывающихся дверей. Немного отдышались только к следующей остановке. Зашли в вагон, сели напротив и такие смотрим друг на друга. Я не выдержала первой.
— Как зовут человека, с которым я только что целовалась?
— Сергей, — улыбнулся парень. — А тебя?
— Анжела.
— Анжелика — маркиза ангелов, — прокомментировал Сергей. — Ты меня спасла.
— Нас, — поправила я. — Мне тоже в ментовку не хотелось.
Сергей поглядел в окно.
— Мы от Москвы едем.
Я ответила:
— Неважно, главное — от ментов.
Но всё же мы вышли в Павшино, нашли там какое-то кафе и душевно посидели почти час. Сергей всё оплатил, хотя я дала ему понять, что платёжеспособна. Назад в Москву поехали уже после обеда. По дороге болтали обо всём, только не о делах. После пережитого было как-то не до купи-продай. Но на Рижском я всё же вспомнила, зачем приезжала.
— Серёга, телефончик оставь. Компьютерное железо мне ещё понадобится.
— Лика, а ты неплохо разбираешься в компьютерах. Это вам в институте преподают?
— Нет, это скорее хобби, увлечение.
Он покачал головой.
— Довольно необычное для девушки увлечение.
Я поняла, что он не прочь отложить расставание на неопределённое время. Но, честно говоря, я сегодня уже порядком устала.
— Ну всё, пока, — попрощалась я, и встретив его взгляд, обняла и поцеловала в губы.
— Ещё раз пока!
И побежала к метро.
---
Анжела Огурцова