Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Взгляд, который не забыть

Начался новый учебный год и мы с детьми снова отправились в школу. Как мама школьников, я часто окружена детьми и непроизвольно что-либо наблюдаю.     Недавно я обратила внимание, что у детей из деструктивных семей особое выражение глаз. В них стыд, печаль, неуверенность, даже боль и страх.    Этот коктейль чувств выражается в совершенно особом взгляде. В нем запечатлен весь недетский опыт, который лёг на плечи ребёнка.      А главное, этот взгляд, как печать жертвы, сохранится и во взрослой жизни.        Вероятно, вы тоже замечали детей с этим тяжёлым будто взрослым взглядом. Возможно, вы живете с ним сами.     Взрослые люди с подобным выражением лица часто обращаются в терапию с повышенной тревожностью, паническими атаками, психосоматикой и другими проблемами. Часто выясняется, что в их семье были сильно пьющие взрослые. Алкоголь считается чем-то приемлемым и естественным. Мы выпиваем на праздниках и при встрече с друзьями. Иногда пьём, чтобы снять стресс или просто ужинаем

Начался новый учебный год и мы с детьми снова отправились в школу. Как мама школьников, я часто окружена детьми и непроизвольно что-либо наблюдаю. 

   Недавно я обратила внимание, что у детей из деструктивных семей особое выражение глаз. В них стыд, печаль, неуверенность, даже боль и страх. 

  Этот коктейль чувств выражается в совершенно особом взгляде. В нем запечатлен весь недетский опыт, который лёг на плечи ребёнка. 

    А главное, этот взгляд, как печать жертвы, сохранится и во взрослой жизни.   

    Вероятно, вы тоже замечали детей с этим тяжёлым будто взрослым взглядом. Возможно, вы живете с ним сами. 

   Взрослые люди с подобным выражением лица часто обращаются в терапию с повышенной тревожностью, паническими атаками, психосоматикой и другими проблемами. Часто выясняется, что в их семье были сильно пьющие взрослые.

-2

Алкоголь считается чем-то приемлемым и естественным. Мы выпиваем на праздниках и при встрече с друзьями. Иногда пьём, чтобы снять стресс или просто ужинаем с бокалом хорошего вина. Мы не придаём негативного значения алкоголю до тех пор, пока он не стал проблемой. Хуже, когда он стал причиной нарушенной психики ребёнка. 

    Жизнь ребёнка в семье алкоголиков зависит от того, придёт сегодня родитель трезвый или пьяный. 

  Каким будет сегодняшнее опьянение его мамы? Она будет много смеяться, громко разговаривать и всё разрешать? Они вместе будут петь песни, танцевать и позовут соседей? Или она придёт уже никакая, и снова вместо домашки по русскому нужно будет идти поднимать ее с пола, уговаривать дойти до постели, раздевать, умывать. 

   А что, если пьющий в семье дед или отец? Каждые выходные начинаются одинаково: сначала одна рюмка, немного пива. Дальше больше. К воскресенью он уже не в себе и способен на всё. Ребёнка убирают  в комнату подальше от беспредела. За стенкой малыш слышит крики, мат, удары и страшный грохот. 

   В детстве он ложится под одеяло и закрывает уши. После в комнату приходит заплаканная мама или бабушка и долго гладит его по голове. 

  К подростковому возрасту ребёнок алкоголиков уже вырабатывает свои отточенные навыки поведения. Не участвовать в «счастливой» стадии запоя родителя, никогда не верить ему в это время, сразу уходить из дома в его агрессивной стадии, отклоняться от ответов друзьям, почему нельзя к нему в гости. 

    Детский страх перерастёт в неуверенность во всем, печаль станет разочарованием, грусть трансформируется в постоянный стыд за свою семью. 

  В семье, где есть маленькие дети, злоупотребления алкоголем быть не может. 

-3

Такое прошлое запечатлевается во всем облике уже взрослого человека. Во взгляде, в первую очередь. Также в движениях, осанке, походке. 

   Люди, как животные, считывают друг друга бессознательно и молниеносно. Если человек пережил что-то страшное, люди это заметят. 

   Взрослым, выросшим в деструктивной семье, приходится прикладывать неимоверные усилия, чтобы избавиться от этого специфического выражения жертвы. 

   Это может быть не по возрасту детский взгляд или застывшее выражение. Человек скорее всего не будет смотреть в глаза. Брови - чуть приподняты, глаза - чуть расширены. Общее выражение лица будет будто потерянным. 

   Или это может быть компенсаторный вариант поведения. В этом случае человек будет наоборот излишне пассивно-агрессивен: отвечать с неохотой, огрызаться, смотреть исподлобья. 

   В любом случае его плечи и руки напряжены, спина чуть согнута. Он производит впечатление человека, который хочет как можно скорее уйти. Люди увидят жертву. Они почувствуют его внутреннее напряжение.

-4

Можно ли избавиться от печати жертвы? Возможно ли взрослому человеку расстаться с тяжёлым детским прошлым, снять с себя запечатлённый опыт, выглядеть и стать свободным и счастливым? 

   Возможно. Но с этим надо работать. Если детство было тяжёлым и травматичным, терапия необходима. 

   Вначале человеку придётся заставлять себя хотя бы выглядеть уверенным. Придётся предпринимать усилия, чтобы менять привычное выражение лица, выпрямлять спину, улыбаться. 

-5

По мере прохождения терапии искусственная уверенность начнёт превращаться в настоящую. Постепенно из взгляда уйдёт безнадёжность. Найденные внутренние ресурсы уберут напряжение. Окончательное прощание с прошлым поможет обрести свободу.