После ужина Сергей высказал жене свое мнение о причинах поведения Анастасии:
— В их поколении это считается, типа, круто, — расставил пальцы для выразительности. — Кем они там себя считают: готами, шмотами, эмами...
— Сережа, наша Настя не какой-то там гот-шмот, — не согласилась Вера.
— Ну, значит, просто ей не достает внимания.
— Сережа, но это уже совсем по больному месту. Ты видишь, чем я целыми днями занимаюсь? Я целый день занимаюсь Светочкой. А папа Насти вообще неизвестно чем занимается. Теперь я очень жалею, что оставила ее на целый год с Анатолием, без присмотра.
— Верочка, ты можешь пилить себя сколько угодно, но таким образом горю не поможешь. Тут надо рассуждать конструктивно. Смотри, например, сегодня с Настей не удалось поговорить — поговорим завтра, — обрисовал идею Сергей. — Ну, что ты сейчас можешь сделать? Ничего. Давай посмотрим, понаблюдаем за ней: что она будет делать. — Румзин посмотрел на жену, которой, по-видимому, легче от его слов не стало. — В конце концов, она признала свою ошибку. Слышала, она сама сказала, что ошиблась, больше такого не повторится.
«Это было бы хорошо, если бы все произошло именно так, как говорит Сережа, — подумала Вера. — В любом случае должно пройти какое-то время... Что ж, поживем — увидим...»
***
За несколько дней жизнь семьи вернулась в старое русло. С Анастасией все было в порядке, и Вера уже было успокоилась, как вдруг ей поступил еще один тревожный звонок, когда женщина сидела на лавочке во дворе, беззаботно покачивая детскую коляску.
— Алло... — Звонили из школы дочери. — Да, хорошо, сейчас еду, — ответила Вера.
Ей сообщили, что Анастасия затеяла драку с одноклассницей. На перемене, прямо на школьном дворе Настя набросилась на Лизу Чернышову и жестоко избила сверстницу. Парни были неподалеку, заметили потасовку и бросились разнимать девушек.
К Насте тут же прилипла кличка Боец без правил. Если бы ее не оттащил Паша Камышов, лежала бы сейчас Чернышова, в лучшем случае, в больнице.
Но Вера, зная совою дочь, была уверена, что Лиза начала драку первой или, как минимум, спровоцировала Настю.
— Господи, что за черная полоса началась в нашей жизни? — сидя за рулем припаркованного возле учебного заведения автомобиля, произнесла вслух Вера. В это время подала голос лежащая в люлюке на переднем сидении Светочка, словно подтверждая слова матери.
***
В школе у Коротковой состоялся очень неприятный разговор по поводу поведения Анастасии с директором Валентиной Кузьминичной.
Кабинет руководителя был очень ярким, это раздражало и без того взволнованную мать. От почти белого цвета стен и пола отражался яркий свет новых светильников. А в воздухе пахло свежими строительными материалами. По-видимому, ремонт кабинета был сделан этим летом.
— ...Это на Настю совсем не похоже. Она ласковая, тихая девочка дома, — говорила Вера.
— Мама, не надо... — то и дело влезала в разговор Анастасия.
— Да помолчи! — реагировала на это мать и тут же переводила свое внимание на директора. — И в старой школе на нее никто не жаловался. Можете сами проверить.
— Вера Андреевна, что было в старой школе, я не знаю. Зато в нашей школе я вижу все, — сказала Валентина Кузьминична. — Ласковая девочка, говорите? — Женщина достала из выдвижного ящика своего стола перочинный нож. — А это что?
— Блин... — непроизвольно выругалась Анастасия.
— После того, как Настя Короткова устроила драку во дворе школы, охрана проверила ее сумку и нашла там нож. Что вы на это скажете? — Вера молчала. — В общеобразовательную школу, Вера Андреевна, с ножом не ходят. К тому же, у него есть все признаки холодного оружия. Ладно мальчик, а она ведь девочка...
Вере было очень стыдно. Ее дочь дерется и ходит с ножом, как настоящая бандитка, как будто бы у нее нет родителей. Как же так получилось? Когда мать упустила доверительную связь с Анастасией?
— Так, Настя, объясни мне, пожалуйста. Может быть, это не твой нож? — спросила Вера. — Может, ты его где-то нашла, или подкинул кто? Не молчи, объясни мне.
— А чего объяснять-то? — будто в порядке вещей вопросом на вопрос ответила Настя, глядя на мать в упор.
— Как это что объяснять? Про драку расскажи, про нож. Я жду.
Перед директором девушке говорить не хотелось. Для нее позора было и так достаточно. Поэтому Настя вновь окунулась в молчание. Она смотрела на младшую сестренку, которая сидела на коленях у матери и допивала простую водичку из бутылки через соску.
— Пожалуйста, повлияйте на свою дочь, — назидательным тоном попросила Веру директриса.
— Я постараюсь.
— Не постарайтесь, а повлияйте, — поправила женщину Валентина Кузьминична.
— Хорошо, — согласилась уставшая мать. Ей уже осточертело нахождение в этом неприятном помещении.
Мать и дочь встали из-за стола и вышли из кабинета.