Заха Хадид (Zaha Hadid) — единственная женщина-суперзвезда в архитектуре. На пути к архитектурному Олимпу она пробила больше стеклянных потолков, чем все ее коллеги мужчины вместе взятые, и в результате освободила архитектурную геометрию, придав ей совершенно новую выразительную идентичность.
Заха уже в 8 лет решила, что станет архитектором. После католической школы в ее родном Багдаде, пансионов в Швейцарии и Великобритании, Американского Университета в Бейруте, Хадид поступила в архитектурную школу Архитектурной Ассоциации в Лондоне. Там она сначала училась у Леона Крийе, а затем перешла к Элиа Зенгелису и Рэму Колхасу. Именно новые наставники познакомили будущую звезду архитектуры с тем, что надолго станет главным вдохновением для нее — русским авангардом. Эль Лисицкий, Любовь Попова, Иван Клюн и, конечно же, Казимир Малевич оказали неизгладимое впечатление на Заху.
"Я была зачарована супрематизмом и тем как абстракция существует в пространстве, разрушая привычные догмы о том, что такое архитектура... это действительно освободило меня от всех правил".
— Заха Хадид.
Свой дипломный проект ("Тектоника Малевича") архитектор создала на основе скульптуры "Архитектон Альфа", преобразовав произведение Казимира Малевича в отель на мосту через Темзу. В своих последующих проектах Заха Хадид также вдохновлялась работами супрематистов. Клуб “Пик”, пожарная часть в кампусе Vitra, Оперный театр залива Кардифф, Центр современного искусства Розенталя и прочие проекты Хадид пронизаны эстетикой супрематизма.
Постепенно преобразовывая творческое наследие русского авангарда через призму самых современных технологий Заха Хадид совместно с Патриком Шумахером создала концепцию параметрической архитектуры, которая стала визитной карточкой ее архитектурного бюро.
В 2004 г. она стала первой женщиной лауреатом Притцкеровской премии, которую ей вручили в Санкт-Петербурге. В своей речи Хадид отдельно отметила влияние супрематизма в ее творчестве:
"Изучая революционное наследие русского авангарда я осознала, что современная архитектура строится на прорыве, достигнутом абстрактным искусством, завоевавшим ранее невообразимую область творчества. Раньше искусство было репрезентацией, а не творчеством. Абстракция открыла возможность беспрепятственного изобретения нового.
Знакомство с творчеством Казимира Малевича и Эля Лисицкого во время моего обучения в архитектурной школе при Архитектурной Ассоциации позволило мне заново пережить этот волнующий момент. Было важно вернуться к этому первоначальному источнику энергии, который вдохновил современную архитектуру…
Использование изометрической и перспективной проекций привело к мысли, что само пространство может искажаться и деформироваться, создавая архитектурный динамизм и сложность, не теряя при этом связности и непрерывности. Несмотря на свою абстрактность, вся моя работа всегда была нацелена на архитектурную реальность и реальную жизнь".